Паровоз для царя
Шрифт:
– Нет, – возразил Вусц, – на Круписе я бывал неоднократно. Там ничего похожего и совершенно иное население. Не говоря уж о климате.
– Да, неприятная история, – согласился Удалов.
Тут в дверь постучали.
– Кто там? – спросил Грубин.
– Это я, Ложкин, – ответили за дверью. – Выходи скорей. У нас на дворе пустой космический корабль стоит. Может, его обитатели уже разбежались по квартирам с целью грабежа.
– Заходи, Ложкин, – пригласил Грубин. – И будь спокоен.
Ложкин
– Мне очень обидно, – заметил Вусц. – Неужели подобные подозрения свойственны населению Земли? Должен отметить, что это говорит о низкой цивилизованности местного населения.
– Да я же не хотел. Но поймите, выхожу на двор, стоит корабль, незапертый, может, кто из мальчишек заберется.
– Да, – вздохнул космонавт. – Грустно попасть в отсталое общество и подвергнуться подозрениям. Было бы время, многому бы вас научил и просветил.
– Мы никогда не отказываемся от уроков, – сказал Удалов.
– Так что же теперь делать? – спросил Грубин.
– Делать? – Вусц поглядел в окно. Дождь перестал, выглянуло блеклое осеннее солнце. – Есть ли среди вас кто-нибудь, кто разбирается в гравитационных моторах?
– Вообще-то я техникой интересуюсь, – сказал Грубин. – Но с гравитационными двигателями дела не имел.
– Жаль, – огорчился Вусц. – У нас на каждом углу станции обслуживания. И миллионы, может быть, даже десятки миллионов механиков отлично разбираются в гравитационных двигателях.
– Ну, это понятно. – Ложкин хотел загладить свою вину. – При вашей цивилизации это неудивительно.
– Что ж, – сказал Вусц, – пойдем поглядим, что там…
Они с Грубиным пошли к кораблю. Грубин захватил с собой отвертку и плоскогубцы. Ложкин с Удаловым последовали за ними.
– Больших успехов вы добились в науке? – спросил Удалов по пути.
– Громадных, – ответил космонавт. – По сравнению с вами – даже поразительных.
– Рассказали бы, – попросил Удалов. – Мы соберем общественность, многие придут. А вы расскажете.
– Ну что ж, может быть, и выберу минутку, – предположил Вусц.
Космонавт жестом пригласил Грубина в корабль. Грубин с трудом пролез в люк. Подошвы его ботинок скрылись внутри, потом вновь показалось лицо.
– Тут мне, простите, без вас не разобраться. Где, к примеру, свет зажигается?
Вусц глубоко вздохнул и развел ручонками, словно хотел сказать присутствующим: «Какая темнота! Разве можно доверяться вашим механикам, если они даже не умеют зажигать свет!» Присутствующим стало неловко, и Удалов сказал укоризненно:
– Ну, Саша, чего же ты!
– Выключатель справа в каюте, – сообщил космонавт.
Когда Грубин снова исчез внутри, космонавт сказал:
– Кстати, у нас механики
– Да, – согласился Удалов, – у нас до этого еще далеко.
– Этот метод, – продолжал Вусц, – распространяется и на медицину.
– В отсутствие? – спросил Ложкин.
– Нет, с помощью телепатии, – ответил космонавт и сокрушенно покачал головой.
«Да, – подумал Удалов, – трудно ему у нас, когда такой удручающий разрыв в уровне цивилизаций».
В люке снова показалась голова Грубина.
– Послушайте, – начал он. – А в чем у вас поломка? Может, покажете? Я, честно говоря, так и не разобрался, где тут двигатель, а где кухня.
– На меня не рассчитывайте, – отрезал космонавт. – Я вам, простите, не механик. Если бы у нас каждый занимался не своим делом, мы никогда бы не достигли таких великих успехов.
– Ну и я тогда не буду чинить, – сказал Грубин.
Он уже наполовину вылез из люка, и Ложкин с Удаловым начали запихивать его обратно, чтобы занимался делом.
– Но что я могу поделать! – возражал Грубин. – Они на сто лет нас обогнали, а у меня нет специального образования. К тому же там на всех приборах пломбы висят.
– Вы чего ж нам про пломбы не сказали? – обернулся Удалов к Вусцу.
– Откуда я знаю, есть там пломбы или нет! – возмутился тот. – Я лечу на Крупису, случается поломка не по моей вине, и я оказываюсь на дикой, отсталой планете, в окружении грубых аборигенов, меня никто не понимает, мне никто не хочет помочь.
– Не волнуйтесь, – успокаивал его Удалов. – Мы понимаем ваше состояние. Я сейчас схожу на автобазу, там есть мастер Мишутин, золотые руки.
– Так зовите его! Меня ждут дома!
Удалов, понимая вину человечества перед случайным гостем, поспешил за два квартала за Флором Мишутиным и вскоре возвратился с ним. К тому времени уже все обитатели дома № 16 вышли во двор, познакомились с новым пришельцем, а Коля Гаврилов даже угостил его яблоком.
Флор Мишутин был человек серьезный, он посмотрел на космический корабль и спросил:
– Какой принцип полета?
– Вроде бы на легких гравитонах, – ответил Вусц. – Хотя я не уверен. Но в школе мы проходили, что на легких гравитонах. Если бы на тяжелых, то другая форма корпуса.
– Ага, – сказал Мишутин. – А тип двигателя вы в школе проходили?
– Ни в коем случае. Я специализировался в географии и счетоводстве.
– Мало от тебя проку, – сказал Флор Мишутин.
– Вы не имеете права так говорить, – сказал космонавт. – Вы еще не доросли до критики вышестоящей цивилизации.