Пария
Шрифт:
Она смотрела на меня. В ее зеленых глазах не было страха — хотя она понимала, что вряд ли ей удастся остаться в живых.
— Зачем? — спросила я. — Зачем вы это делаете? Вы ненавидите нас?
— Помоги… — выдохнула она.
— Помочь? Вам? Вы все разрушили! — закричала я, чуть не плача. Я была вне себя от ярости.
— Мы должны были разрушить все здесь, — с нажимом произнесла она. — Ты ничего не знаешь. Это место должно быть стерто с лица земли.
Ее руки скользили, но по-прежнему цеплялись за переломанное влажное дерево и серебристую булавку, которая слегка
Я протянула руку к манжету и отключила его.
На ее лице промелькнуло изумление. Она больше не имела власти надо мной. Она уже не могла использовать силу своего разума, лишь пальцы удерживали ее от падения.
И их силы оказалось недостаточно.
Судорожно раскинув руки и ноги в попытке удержаться, она полетела вниз, в дождь и темноту.
До земли было очень далеко. Я не видела, как она упала — и, сказать по правде, ничуть не жалела об этом.
ГЛАВА 12
Я выдернула из подоконника серебристую булавку. Она могла сослужить мне хорошую службу, став моим оружием, если под рукой не окажется другого. Я спустилась вниз, один за другим преодолевая темные лестничные марши. За распахнутыми дверями я видела сваленную кучей мебель и пожитки, которые бросили другие обитатели школы при своем поспешном бегстве.
Теперь самым громким звуком был рокот двигателей летающих машин. Прожекторы осветили окна, потом их свет стал удаляться. Я была полностью уверена, что это были боевые вертолеты — военные машины, нанятые, или украденные, чтобы разделаться с нами. Я чувствовала, что нападение было не случайным, а тщательно спланированным действием, плодом долгой, расчетливой злобы, направленной на нас. Возможно, вертолеты скоро откроют огонь по школе? Возможно, они сравняют это место с землей, разнося камень за камнем из своих лучевых пушек и орудийных батарей?
И тут я услышала другие звуки. Удары, с которыми открывались двери и окна. Люди — агенты нашего неизвестного врага — штурмовали школу. Я решила, что, возможно, это дает мне некоторое преимущество. Вертолеты не будут стрелять по зданию, занятому союзниками. И с людьми я могла бы договориться. С вертолетами — нет.
Я подумала о женщине, которую убила — ну, или отправила на верную смерть. Эта мысль привела меня в короткое замешательство, но не нашла никакого отклика в моей душе. Наши враги явили свою истинную сущность. Они объявили нам войну, и мы лишь старались защитить себя во имя Императора, нашего светоча и покровителя.
Во имя Святой Инквизиции, это полностью оправдывало наши действия. А чем могли оправдать свои дела эти еретики?
Я закинула мой мешок на плечо и устремилась к западной двери. Вдруг откуда ни возьмись передо мной возник Рауд. Он нес свой вещмешок и оружие, которое достал неизвестно где. Перепуганный парень наставил его на меня, пока не понял,
— Хаджра, — произнес он.
— Знаю, — ответила я.
— Они дьяволы… — сказал он. — И они везде.
— Просто выходи, — сказала я. — Тебе не нужна пушка. Выходи. И спрячься.
Рауд был долговязым и неуклюжим — в последнее время он сильно вытянулся — и состояние его кожи оставляло желать лучшего. Он был похож на мальчишку, размахивающего игрушечным пистолетом — только пистолет был настоящий.
Дверь у него за спиной с грохотом распахнулась. Ее почти сорвало с петель ударом ручного гидравлического тарана, который расколол замок. В помещение вошли двое мужчин, один из них отбросил в сторону тяжелую цилиндрическую болванку тарана. Оба были одеты в темную одежду, мокрую от дождя. Кроме этого, на них были темные очки с маленькими круглыми линзами и бронежилеты.
— На пол! — рявкнул один из них.
Рауд выстрелил в него.
Рауд отлично стрелял. В этой части он просто не знал себе равных. Одну за другой он выпустил четыре пули в лицо и шею человека, отдавшего приказ, — тот рухнул в дверной проем. Его очочки с разбитыми линзами взлетели вверх, пока он падал.
Второй выхватил лазерный пистолет. Он прокричал что-то в свою вокс-гарнитуру и выстрелил в нас.
Лазерный заряд снес часть дверного косяка рядом со мной, заставив меня подпрыгнуть и взвизгнуть от неожиданности. Я посмотрела на Рауда. Он выглядел совершенно спокойным.
— Пожалуйста, беги, Бета, — бодро произнес он. — Беги другой дорогой.
Еще два выстрела полетели в нас. Рауд развернулся и начал стрелять в ответ. Только тогда я заметила у него в спине маленькое отверстие, не больше кончика пальца. Из него курился дымок. Лазерный луч прошел навылет.
Он выстрелил в человека, который подстрелил его, а потом они оба медленно упали на колени.
Я бежала. Я ничего не могла сделать для него — но еще могла воспользоваться последним, что он сделал для меня.
Я свернула налево, в холл нижнего этажа, пробежала сквозь тренировочный зал до кладовки, которая примыкала к южному выходу.
Но и эту часть здания уже штурмовали. В тот миг, когда я вбежала в помещение, большие старинные двери с грохотом рухнули на пол — их вышибли снаружи.
Вместо того, чтобы бежать дальше, я повернула направо и рванула сквозь холодные промозглые помещения старых кухонь, расположенных в цокольном этаже. Я бежала, пока с разгону не столкнулась с чужаком, появившимся из южной двери.
Это был не человек.
Это было нечто вроде ящика — большого металлического ящика, напоминавшего то ли трон, то ли железный контейнер. Сооружение висело над полом, удерживаемое антигравитационными механизмами. Оно двигалась настолько тихо, что я столкнулась с ним, с разгону впечатавшись в его гладкий, обтекаемый нос.
Металл был теплым.
Перепуганная и ошеломленная, я отскочила назад. Я не знала, что это такое — понимала лишь, что это еще один прислужник нашего врага, очевидно, какое-то бронированное устройство которое решили использовать для штурма здания.