Пари
Шрифт:
Но вместо эмоций, я стою с нейтральным выражением лица, хотя чувствую себя так, словно кто-то ударил меня в живот. Сегодня Брандо достаточно уже пережил.
– Он собирается опровергнуть слухи. Если все будет хорошо, слухи благополучно затихнут. У него достаточно больший опыт в этом деле. И у него отличная пиар-команда. Он знает, кому можно доверять и к кому можно обратиться за помощью.
Я отступаю и отворачиваюсь - я не в силах больше ни на кого смотреть. Я чувствую себя как будто
– Он, скорее всего, это выдаст за шутку, - говорит Брандо, и его голос становится ближе ко мне.
– Это прозвучит непринужденно, будто ему все равно, что говорят люди. Потому что правда в том, что нет причин этому верить. Каждый поверит ему, когда он выступит с заявлением.
Я чувствую, как Брандо обнимает меня за плечи, и закрываю глаза.
– Он, - начинаю я говорить дрожащим голосом, - Эмм…он сказал что-нибудь еще?
Брандо некоторое время помолчал, потом сказал:
– Он спросил, как ты.
Я напряглась, сожмурив глаза, пытаясь остановить надвигающиеся слезы. Оборачиваюсь и прижимаюсь к груди Брандо. Я слышу его резкий выдох.
– Ой, извини, - бормочу я, пряча свои эмоции.
– Тебе больно?
– Я в порядке, - говорит он, глядя на меня, прижавшуюся подбородком к его груди.
– Что случилось с тобой?
– спрашиваю я, легонько проводя пальцем по запекшейся крови на его предплечье.
– Попасть к Рексу оказалось немного сложнее, чем я предполагал.
Я с сочувствием смотрю на него.
– Он ведь засранец, верно?
Брандо кивает с сожалением.
– Прости. Он такой. Как ты думаешь, он когда-нибудь захочет встретиться со мной?
Знаешь, - говорю я, беря Брандо за руку и ведя его к дивану, где мы оба усаживаемся, - это забавно. Я готова была на все, чтобы встретиться с ним хотя бы раз, перед всем, что произошло: до моих записей, до тебя, до тура. Но сейчас… я даже не знаю. Мне как будто уже все равно. Есть только то, что есть… и я не хочу ничего менять.
Брандо мягко улыбается и расчесывает мои волосы.
– Может быть теперь, когда ты самостоятельно прошла через многое, ты поймешь, что тебе никто не нужен, - говорит он.
Я смеюсь и ласково прижимаюсь к нему.
– Все, что ты сказал - неправда. Я сделала это не одна. И мне определенно кое-кто нужен. Роулэнд мне звонил, пока тебя не было. Он сказал, что у меня сейчас типа “перерыв”.
– Итак, мы вернулись к началу, - говорит Брандо, ухмыляясь и прижимая меня.
– Мы уже проходили через это, не так ли?
– Но на этот раз у нас есть целый альбом.
Я вздыхаю.
– Нет у нас его. Маджестик оплатит студийное время и Джоша. Это их альбом.
Брандо
– Они слышали песни с него?
Я мотаю головой.
– Нет. Он еще не завершен.
– Отлично.
– Он молчит, обдумывая.
– Не забывай, я твой менеждер в Маджестик. Они оплатят только твое студийное время и все. Им интересен только готовый продукт, а до этого момента им все равно - хороший альбом или нет. Насколько я знаю Джоша, он держит эти записи под такой тайной, что скорее сожжет их, чем передаст их лейблу.
По мере того, как я обдумываю слова Брандо, до меня начинает доходить. Я не так облажалась, как думала.
– Значит ли это, что мы сможем выпустить его сами?
– Точно, - говорит Брандо, обнимая меня за талию.
– Снова только ты и я.
– О, Господи! Это потрясающе!
– я завизжала и прыгнула на колени к Брандо.
– У тебя все еще есть видеокамера?
– я шепчу ему на ухо, прижимаясь своей щекой к его щеке.
– Это зависит от того, что ты хочешь, - говорит Брандо своим мягким голосом.
– Это для музыки или для нас?
– О, на этот раз все для нас. Полностью.
Эпилог
Брандо
Несмотря на то, что мы сидим в огромном зале с тысячами людей, и везде стоят камеры, я не могу отвести глаз от Хейли, которая сидит рядом со мной.
Сегодня она в кожаной куртке, узких черных легинсах и в легком светло-голубом платье. Она выглядит настолько горячей, как никогда раньше, и сводит меня с ума. Ее волосы сегодня в сумасшедшем очаровательном беспорядке. Я никогда даже не думал, что она сделает это. Мы на Грэмми!
Я притворяюсь, что обращаю внимание на происходящее на сцене, но как только зрители начинают аплодировать, я протискиваю свою руку под ее платье, ощущаю мягкий шелк ткани с одной стороны и нежную кожу с другой.
Хейли отстраняет мою руку и продолжает хлопать. Еле двигая губами, чтобы камера не заметила, она говорит мне:
– Брандо, я убью тебя, как только мы уйдем отсюда.
– Я знаю, - говорю я, даже не пытаясь скрывать это, - твое платье меня мучает.
Аплодисменты смолкают, и ведущий продолжает вести дальше.
Я поворачиваюсь в сторону, где сидят Джакс и Лиззи. Места были зарезервированы для мамы Хейли и Джоша, но я знал с самого начала, что они захотят смотреть Грэмми по телевизору.
– Спасибо, что пришли.
– Ты издеваешься?
– говорит Лиззи, прислонившись к Джаксу.
– Я бы в жизни не упустила такой возможности.
– Мне кажется, я волнуюсь больше чем Хейли.
– Ты проделал долгий путь, дружище, - добавляет Джакс, слегка кивнув.
– А у меня такое чувство, что мы только начали.