Пари
Шрифт:
— Про что?
— Про татуировку.
— Ой Инн, я забыла совсе…
— Ли-ид, узнай, а? Это очень важно! И сразу — ко мне. У Дашки полный #%#!
— Ну, мать, на тебе лица нет. Неужели все так плохо? — Инна поспешно провела подругу на кухню, включила чайник.
— Не знаю… — Даша пожала плечами. — Не знаю. Плохо? Для кого — как…
— Так. По порядку. Что с Даниилом? Он в порядке? — Инна достала из шкафчика чашки и сахарницу.
— О! С ним все в порядке. Даже более чем. — Она со вздохом присела на табурет. — Он — сын соучредителя
…Осколки от чайных принадлежностей разлетелись по полу.
Инна протирала влажной тряпкой следы от сахара, когда раздался звонок домофона.
— Лидуська пожаловала. Надо же, как оперативно.
Лида зашла прямо на кухню, в обнимку с сумкой, и у нее был слегка растерянный вид.
— А че это у вас тут? Коньячок? С утра? Че не сказали — я бы лимончика прихватила.
— Да мы тут… У Дашки настроение испорченное, вот и решили немного расслабиться. Снять напряжение, так сказать.
Лида осторожно прошла к окну.
— Боюсь, мои новости не поднимут ей настроение
— Давай, чего уж там… выкладывай свои новости, хуже не будет
— Ээ-э… как сказать, как сказать… — Она сделала вдох, словно перед длинным рассказом. — В общем… — она замолчала, как будто силясь подобрать слова, — эмм… налейте-ка и мне коньячку.
Инна с Дашей переглянулись, и хозяйка достала из шкафа еще одну рюмку.
— В общем… — казалось, Лида не знает с чего начать.
— Лида, я тебя сейчас убью.
— В общем, Данил проходил по делу об изнасиловании.
На кухне воцарилась такая тишина, что стало слышно, как на улице скрипят качели.
— Кем… проходил?.. — к Инне первой вернулся дар речи.
— Вначале — подозреваемым, потом — свидетелем. Потом, так написано, он и свидетелем не выступал. Вроде бы как его тогда не было… эм… на месте происшествия.
— Вроде?..
— Большего узнать пока не удалось. Сава сказал, что поговорит с кем надо, и узнает, что произошло на самом деле
— О, Боже!
На Дашу было жалко смотреть — глаза ее округлились до невозможных пределов, а рукой она прикрыла рот, словно боясь вскрикнуть.
— Этого не может быть! — наконец, проговорила она. — Только не Данил, нет! Он не такой!!!
— Кхм… — Инна выразительно посмотрела на подругу, и та осеклась. — Давайте-ка обойдемся пока без громких заявлений. Я вот тоже думаю, что Данил не станет… участвовать в чем-то подобном.
— Собственно, и я так думаю, — Лида включилась в разговор. — Если бы Сава подозревал на самом деле, что Данил может представлять опасность, он бы уже давно предпринял что-нибудь. А он как раз и не хотел ничего рассказывать, но я настояла. Сказала, что у Даши полная задница, и что это как-то связано с Данькой. Пришлось ему расколоться. А что у вас тут произошло?
— У нас произошло то, что Данил — сын одного из соучредителей «Сигмы».
— !!!
— И, вероятно, скоро женится…
— На Дашке?!
— Боюсь, что не на Дашке…
— А почему никто не
— Давай сперва ты, твои новости важнее.
— Я бы могла, конечно, поспорить… — Лида покосилась на Инку, которая угрожающе подняла сковородку, — но не стану. Но, не потому что это, действительно, важнее, а потому что вас больше…
— Лида!!!
— …и сила на вашей стороне. — все-таки закончила Лида.
Даша молча опрокинула в себя коньяк.
— Дарь, ты бы притормозила. — Лида обернулась к Инне, — дай закуски какой, что ли… — И снова к Дарье, — Звони матери. Скажи, что заночуешь у меня. А то чует мое сердце, все это плохо кончится.
— У меня мобильник выключен.
— Звони с моего, Теть Люда там есть в контактах. — Лида пригубила коньяк. — Знач так… года три назад у нас в городе были байкеры…
— Они и сейчас есть, — вклинилась Инна.
— Не перебивай. Дослушай. Были байкеры, которые устраивали по ночам скоростные заезды.
— Они и сейчас их устраивают!
— Ну, ты дашь мне договорить?! Есть! Но ЭТИ — устраивали на городском шоссе. Прямо между машинами. Даже удивительно, что эти приключения не закончились чем-то ужасным. Впрочем, с какой стороны посмотреть…
— Не отвлекайся. Данил был среди них?
— Ну да. И они тогда сделали себе характерные татуировки. Идиотский выпендреж…
— Данька так это и назвал.
— Так ты знала?
— Про байкеров — не знала. Просто он про тату именно так и выразился, как ты сейчас.
— Ага. Ну вот. Их много раз останавливали, но отпускали. Ребятки там были непростые, а родители особо не вникали, что за нарушения. Люди в ГАИ заявят — те приедут. Пара звонков и все разъехались. Правда, они хотя бы на время прекращали этот беспредел.
— Инн, — Даша прервала Лиду, — можно покурить на балконе?
— Кури здесь. Только в окно.
— А потом случилась какая-то некрасивая история с изнасилованием, — продолжала Лида. — Не знаю, впервые это произошло, или нет. Но одна из пострадавших оказалась не просто девочкой с улицы и смогла наказать подонков. Сава говорит, что сперва Данила тоже подозревали, потому что он подходил под описание. Но после очной ставки его отпустили. А поскольку его тогда там не было, то как свидетель он тоже не проходил. Но «банда» с тех пор распалась.
— В принципе, возможно, так оно и было… — Даша выкинула окурок в окно. — Вопрос в другом: впервые ли произошло подобное? Знал ли Даня? Пытался ли остановить… «друзей»?
— А ты сама как думаешь?
— Еще вчера мой ответ был бы однозначным. А сегодня… А сегодня я поняла, что его круг — это ЕГО круг. И я чужая там.
— Даш, ну не надо…
Дарья жестом остановила Инну:
— Только что я второй раз за день убедилась, что ничего о нем не знаю… Ничегошеньки. — Глаза ее вдруг наполнились слезами. — Кроме того, что он любит другую-у… — и Дашка разрыдалась, выпустив, наконец, свой секрет наружу.