Паргелий
Шрифт:
Видя, что он не торопится, еще рассчитывая меня уговорить, добавила:
– Если, конечно, не хочешь послужить пособием для учениц.
Невинная фраза придала ищейке неслабое ускорение, и я проводила его до приемного зала, на ходу советуя все же обратиться к медикам. Кажется, он ни вулкана не слушал.
Не удивлюсь, если через месяц явится с еще одной печенкой…
Глава 2. Как испортить ищейке утро
После незапланированного ночного бдения над ищейкиной печенкой мне полагался выходной, и я была твердо намерена провести его с максимальной
Для жриц, правда, визит сулил совершенно иные выгоды. Высокий спрос вполне ожидаемо сказался на шелках и побрякушках, а вот тканевые маски, призванные обезопасить своих владельцев от вездесущего пепла, резко упали в цене: какая же леди станет прятать лицо, когда впереди маячит возможность очаровать самого принца? Торговцы изощрялись как могли, снижая стоимость и рисуя на масках дивные узоры, но повлиять на ситуацию так и не сумели. Незамужние красавицы предпочитали потратиться на посещение целителей или Храма после отъезда Его Высочества, но во всем соответствовать столичной моде хотя бы на время его визита. Я собиралась воспользоваться текущим положением дел и затариться масками посимпатичнее на полгода вперед, но моим планам, увы, не суждено было сбыться.
Проблемы начались еще с первой фазой. Стоило мне залечь в келье и сомкнуть глаза, как хлопнула дверь и встревоженный голосок возвестил:
– Мира, ты просто не поверишь!..
По совести, на тот момент я была готова уверовать в невинность хелльских магов, праведность проклятия королевской семьи и во все окрестные пантеоны разом, лишь бы мне дали поспать еще пару часов. Но Лили - на редкость уравновешенная и невозмутимая девушка, и если уж она к кому-то вламывается с воплем на рассвете… значит, я просто не поверю, что бы там ни стряслось.
– Келья Дарины выгорела подчистую! А из-под кровати камарилл вытек!
Я села на постели и с недоумением захлопала глазами.
В том, что я вообще ни сном ни духом о пожаре, ничего удивительного нет. На нижних уровнях Храма может случиться нашествие демонов, там может полыхать огонь и с криками носиться хоть сама Верховная, но в приемных покоях всегда будет тишина и благодать. Кроме того, келья Дарины - ближайшая к кухне и печам, и если уж где мог разбушеваться пожар, то в первую очередь - там, и здесь тоже поражаться особо нечему.
Другой вопрос, что обиталище пропавшей жрицы сначала осматривало Сыскное отделение, а потом и мы сунулись и перевернули все вверх дном в поисках хоть каких-нибудь зацепок. Как такая толпа народу могла пропустить кусок драгоценного металла, да еще такой большой, чтобы при пожаре он мог откуда-то вытечь?! Разумный вариант я видела всего один.
Кто-то пробрался в келью и подбросил камарилл. Но зачем? И вообще…
– Это ж как полыхать должно, чтобы
– сообразила я наконец и, соскочив с постели, заметалась по келье. Лили вошла и молча прикрыла за собой дверь, терпеливо дожидаясь, пока я соберу разбросанную впопыхах одежду.
Гарью запахло еще в соседнем коридоре, а повариху на кухне мы застали в таком шоке, что стало ясно: сегодня Храм полным составом завтракает в ближайшем трактире, хозяина которого постигнет либо инфаркт, либо небывалое благочестие. Келья сестры Дарины щеголяла оплавленными стенами и блестящей металлической лужей в углу. Из мебели не уцелело ничего, от двери остались одни воспоминания - и те какие-то куцые. Языки пламени успели вырваться в коридор, изрядно проредить коллекцию гобеленов и закоптить потолок; его-то и осматривала печально поджавшая губы Верховная, поджидая нас.
– Сестра Нарин, - почти синхронно поклонились мы с Лили.
Сухопарая женщина в темно-синем платье обернулась, демонстрируя дивно гармонирующие с ее нарядом синяки под глазами, и кивнула в ответ - на этом все церемонии и закончились. Красивые расшаркивания - это для прихожан.
– Мира, туда никто не заходил. Проверишь?
Я прикусила губу.
Тут и проверять нечего. В обиталище сестры Дарины жарче, чем на кухне, несмотря на то, что в последней горючих предметов явно больше, да еще кирпичные печи, подолгу хранящие тепло… значит, сначала кто-то поджег келью, а уж потом позаботился, чтобы пламя перебросилось на соседнее помещение и не угасало как можно дольше.
– Очаг возгорания - здесь, - уверенно сказала я.
– Для поджога использовалась магия, но какая-то она… неправильная, что ли? Неживая как будто, - неловко закончила я, не зная, как передать свои ощущения, и виновато пожала плечами. В конце концов, толком меня никто не обучал, а маги-самоучки - любимая тема народных анекдотов, так с чего бы ждать от меня толкового доклада?
Но, видимо, из моего рассказа Верховная поняла больше, чем я сама, потому что опустила взгляд и ссутулилась так, будто из ее позвоночника выдернули тот железный штырь, который заставлял немолодую уже женщину тащить на себе всю громаду Храма, гордо подняв голову и не боясь пререкаться с сильными мира сего.
– Сыскное отделение так или иначе узнает о пожаре, так что лучше мы сами сообщим им, - подумав, решила сестра Нарин.
– Мира, тебе придется повторить свои показания. Отправляйся немедленно.
О-о да, представляю себе выражение лица той желтушной ищейки, когда я, едва отбрив все его поползновения меня разговорить, притащусь в отделение и вывалю на него такие новости! Я открыла было рот, чтобы описать свое видение сложившейся ситуации, посмотрела на хмурое лицо Верховной… и молча кивнула. Ей лучше знать.
Будем надеяться, что ищейка отсыпается после бурной ночки, а говорить придется с его сослуживцами.
Какому-то из окрестных вулканов снова не спалось, и улицы планомерно засыпало горячим красновато-коричневым пеплом. К тому моменту, когда я добрела до Сыскного отделения, мои защитные очки можно было использовать вместо шор на глаза, а тканевая маска превратилась в бесполезную тряпку, мешающую дышать; потому моя реакция на выглянувшее из пылевого облака приземистое здание с не опознаваемым уже флагом несколько отличалась от адекватной: я ему искренне обрадовалась.