Парень с собакой
Шрифт:
– Он в спальне, - сказал я уже из дверей. Милосердный Господь попал ему в голову.
Куилла Джун все время отставала, ее мутило, а может, она пыталась сообразить, куда подевались ее трусики.
Мое оружие заперли в одном из кабинетов "Бюро контроля услуг". Пришлось сделать небольшой крюк мимо моего отеля, где под крыльцом был припрятан ломик, который я умыкнул с автозаправки, а оттуда уже мы прямиком направились в БКУ. Какой-то клерк попытался меня остановить, и я развалил ему ломиком голову. Затем выбил дверь в кабинет Лью,
К тому времени Куилла Джун начала что-то соображать:
– Куда же мы теперь, куда же мы теперь... о, папа, папочка!
– Давай-ка без папочки, Куилла Джун. Ты сказала, что хочешь идти со мной. Я ухожу. А ну, встряхнись! Если решила быть со мной, крошка, не отставай.
Она была слишком напугана, чтобы возражать.
Я вышел на улицу и увидел, что прямо на меня катит взбесившийся зеленый сторожевой ящик щупальца выпущены, а вот перчаток не было, вместо них торчали крючья.
Я опустился на колено, намотал ремень винтовки на предплечье, аккуратно прицелился и вломил ему прямо в огромный глаз на передке. Один выстрел, бам! Выбил ненавистный глаз, стекла брызнули во все стороны, посыпались искры, зеленый ящик зашипел и на полном ходу влетел в дом, дымясь и изрыгая пламя. Красиво.
Я обернулся, чтобы поторопить Куиллу Джун, но ее не было. Зато по улице неслись обитатели городка, а впереди всех, как подраненный кузнечик, ковылял с палкой Лью.
И вдруг раздались выстрелы. Оглушительная пальба. Из "сорок пятого", который я дал Куилле Джун. Она пристроилась на крыльце, профессионально уложив ствол на перила, и валила по толпе, как Дикий Билл Элиотт из фильма сороковых годов.
Но глупо, мамочка моя, как глупо!.. Сейчас нам нельзя терять время, надо уходить.
Прыгая через три ступеньки, я подбежал к ней.
Она улыбалась и смеялась. Целясь в какого-нибудь идиота из толпы, она высовывала язычок, глаза ее блестят... Бац - идиот валится на землю.
Просто создана для стрельбы!
Наконец Куилла взяла на прицел свою костлявую мамашу. Я хлопнул ее по затылку, пуля прошла мимо, а старуха, споткнувшись, запрыгала дальше.
Куилла Джун обернулась, и в глазах ее плясал огонь убийства.
– Из-за тебя я промахнулась, - сказала она, и мне стало не по себе.
Я отобрал у нее "сорок пятый". Пустая трата патронов.
Таща девчонку за собой, я пробежал через все здание, нашел подходящий балкон и прыгнул вниз. Куилла поначалу испугалась, но я сказал:
– Телке, которая преспокойно собиралась завалить собственную мамашу, не к лицу бояться такой высоты.
Она перебралась через перила и повисла на руках.
– Не бойся, - успокоил я, - ты даже трусов не намочишь, у тебя их нет.
Она заклекотала, как птичка, и отпустила руки.
Я поймал ее, мы выскочили на другую улицу и огляделись. Погони было не видно.
Схватив
Вот и он, большой воздухозаборник.
Я сбил ломиком засовы, и мы влезли внутрь.
Вверх уходили лестницы. Все правильно - должны же они его ремонтировать и чистить. Все, как и должно было быть. Мы полезли вверх.
Мы лезли долго, очень, очень долго.
Каждый раз, выбиваясь из сил, Куилла Джун спрашивала меня откуда-то снизу:
– Вик, ты любишь меня?
Я все время говорил "да". И не только потому, что так и было. Главное, это помогало ей лезть.
10
Мы вышли к поверхности в миле от того места, где спускались в подниз. Я отстрелил заглушки и болты, и мы вылезли наружу. Им следовало быть поумнее. С Джимми Кэгни[Джеймс Кэгни (1899-1986) - американский актер, одна из первых звезд говорящего кино. Прославился исполнением роли гангстера в фильме "Враг общества".] шутки плохи!
У них не было ни единого шанса.
Куилла Джун выдохлась. Я ее не винил. Но проводить ночь в поле я не собирался. Там творилось такое, о чем я и днем старался не думать. Между тем темнело.
Мы побрели к шахте.
Блад ждал.
Выглядел он плохо. Но ждал.
Я наклонился и поднял его голову. Он приоткрыл глаза и тихо сказал:
– Привет!
Я ему улыбнулся. Боже, как я был рад его видеть!
– Мы выбрались, слышишь?
Он попытался подняться, но не смог. На раны было страшно смотреть.
– Ты ел?
– Нет. Вчера поймал ящерицу... или позавчера. Я голоден, Вик.
Подошла Куилла Джун. Блад увидел ее и закрыл глаза.
– Надо спешить, Вик, - сказала она.
– Пожалуйста. Они могут преследовать нас и наверху.
Я попытался поднять Блада. Он был тяжелый, как труп.
– Слушай, Блад, я смотаюсь в город и достану еды. Я быстро обернусь. Ты только жди.
– Не ходи туда. Вик, - прохрипел он.
– Я ходил на разведку спустя день после твоего ухода. Они поняли, что мы не сгорели в спортзале. Не знаю как, но поняли. Может, какой-нибудь пес учуял следы.
Я все время был здесь, сюда они не суются. Не удивительно - ты не представляешь, что здесь творится ночью... ты не представляешь...
Он задрожал.
– Успокойся, Блад.
– Город для нас закрыт, Вик. Нам нельзя туда возвращаться. Надо искать другое место.
Это резко меняло дело. Выходит, в город нельзя, а идти дальше при таком состоянии Блада мы не могли. И я знал, что каким бы крутым одиночкой я ни был, без него мне не выжить. А здесь не достать еды. Ему требовалась пища, требовалась хоть какая-то медицинская помощь... Что-то надо было делатьбыстро. И умно.