Парадокс Анны
Шрифт:
Внезапно ставший суеверным, Чет решил положиться на судьбу.
Поедет Булыжечник в другой коридор — значит, не судьба, надо ещё подготовиться. А поедет в этот — значит, так тому и быть.
Чету внезапно пришла мысль нацепить платье на себя. Ну а что? Сразу, чтобы там не возиться с укрыванием. Не помешали бы в таком случае и чулки серого цвета, но идти искать их было поздно.
И вот сейчас Чет поспешно натягивал на себя платье. Голова прошла — уже хорошо, а на то, что пройдут ещё и плечи, он и не рассчитывал.
Он поспешно обмотал двумя другим платьями колени, чтоб
Черт, и как теперь во всем этом лезть на стену? А потом ещё и висеть враскоряку?
Чет все продумал. Он углубил незаметно кое-где впадины на стенах, сделав подобие незаметных ступенек. И все равно висеть под потолком долго не получалось. Так что он несколько дней тренировался быстро взбираться по стене и замирать на потолке в позе, подходящей для спрыгивания. Спрыгивать он не тренировался, ибо одно дело прыгать в идущую почти под потолком гору камней, а другое — в самый низ, на пол. Ведь коридоры высотой даже чуть выше Булыжечника, а прыгать с высоты роста Булыжечника… да ну его.
Вот только все эти все женские дела с переодеванием как-то вылетели у него из головы.
Послышался знакомый грохот.
«Хоть бы не сюда», — подумал Чет, и услышал, как Булыжечник прогрохотал в его коридор.
Путаясь в юбках и чуть не уронив одно из платьев на землю, Чет кое-как вскарабкался на стену, и даже ухитрился распластаться почти под потолком, между камней, упираясь спиной, руками и ногами в противоположные стороны.
Грохот приближался. Он замер. Черт, одно из платьев, из тех, что должны были защитить его ноги, размоталось и теперь свисало предательски вниз. Чет, выставив вперед одну ногу, попытался делать ей вращательные движения, чтобы платье намоталось. Равновесие оказалось утерянным. Он покачнулся. Вторая нога соскользнула. В последний момент Чет ухитрился все же вцепиться в камни и тут же понял, что пофиг на платье, первой же в проход войдет телега. Лишь бы только платье не свалилось отдельно от него, где-то в видном для монстра месте.
Грохот уже был совсем рядом, кажется, Булыжечник вошел в ближайший поворот. Да вот она, телега!
Чет даже успел сгруппироваться, прыгнул… и… повис на зацепившемся за камень платье. Дернул, попытался просто снять его… И тут в него врезалась голова Булыжечника. Монстр отдернулся, отбросил с лица непонятный предмет. В результате Чет оказался в телеге, но теперь это уже было не актуально. Он поспешно слез, и под хохот разглядевшего его Булыжечника, проскочил у него под ногами и помчался назад.
Булыжечник, перестав смеяться, задом выбрался из узкого коридора, где по-другому у него и не получилось бы, развернулся и бросился за ним.
Булыжечник Арины был точь в точь, как Булыжечник Авроры. Может быть даже, это был тот же самый Булыжечник.
Злобный монстр грохотал за ним по подземным переходам.
Чет, помня их первое знакомство с Булыжечником и хитрость Леонида, безуспешно искал какое-нибудь узкое ответвление туннеля, какую-нибудь узкую щель, куда тварь не пролезет за ним, и ничего не находил. Грохот неумолимо приближался. Булыжечник уже показался из-за поворота, он уже увидел
Чет бросился в ближайший поворот, сам не ожидая от себя такого проворства, полез по покатой стене вверх, вжался в узкую трещину, замер, как успел, прикинувшись ветошью.
Булыжечник, тупой ужастик, прогрохотал прямо под ним. Его грохот счастливо становился тише… Уфф.
Грохот остановился… И Булыжечник погрохотал, гад, назад. Черт! Это мы уже проходили! Радостный вопль монстра дал знать уже и так из последних сил державшейся за маленькие выступы в стене несчастной жертве, что она замечена. Чет соскользнул и свалился прямо под ноги монстру.
Тот, радостно хмыкнув, нагнулся, но Чет уже успел проскочить у него под ногами, под колесом телеги и вперед, откуда пришел Булыжечник.
Здесь ему повезло — Чет увидел ещё один, узкий поворот, как раз такой, как он искал, и до которого не добежал лишь чуть-чуть. Чет бросился в него. Булыжечник — за ним. Телега упёрлась в края прохода. Чет мчался узким лазом дальше, слыша, как монстр пыхтит, рычит и бьётся телегой о края прохода, слишком узкого для него. Чет мчался дальше.
Поворот. Ещё один. Теперь лаз вверх… Сюда уж Булыжечнику точно не пробраться. И через минуту голова Чета, а затем и весь Чет оказался в зале, где он уже был.
Лабиринт!
Лабиринт светился зелёным светом. Так. А что же дальше?
Грохот телеги раздался откуда-то слева. Черт, там большой проход, вполне нормальный для пяти человек, а значит, возможно, и для телеги!
Телега с грохотом побилась о края, а потом голова Булыжечника показалась в проходе.
Вот почему у девчонок: у одной — крылья, у другой — туман в голове, читающий чужие мысли, а у него — только способность рожать через рот саблезубых пиявок! Блевать саблезубыми пиявками! Вот если б он мог плеваться саблезубыми пиявками, тогда да! Да ещё тогда, когда он этого хочет… А может, попробовать? Чет сконцентрировался и… Со всей силы плюнул в Булыжечника жалким комочком слюны.
Вам, как говорится, Булыжечника напугать или рассмешить? Булыжечник уж точно не напугался, не рассмеялся и даже не оскорбился. Он вообще не заметил.
Да какого черта! Вспомнив, как рассказывал девчонкам о своей воображаемой победе на Булыжечником Авроры, Чет подобрал тяжеленный камень и, что есть силы, запустил Булыжечнику … не туда, куда говорил девчонкам, а в глаз.
Это было большой ошибкой. Булыжечник пришел в яркость. Оставив попытки пролезть вместе с Телегой, он протискивался в проход.
Чет, что уж там оставалось, ступил на зеленый мрамор лабиринта.
Но никаких чудес не произошло. Зато Булыжечник, уже без телеги, выкарабкался из лаза, догнал Чета и впечатал его со всей дури в зелёную слизь (которая до того казалась вполне себе твердой и зеркально отполированной изумрудной дорогой).
Слизь, будто обрадовавшись такому событию, немедленно принялась обволакивать Чета и втягивать в себя. Чет попытался барахтаться, но это лишь усугубляло ситуацию. Вогнанный Булыжечником изначально в слизь по пояс и торчащий в ней, подобно гвоздю, местом, где должна быть кепка, вверх, он погружался все глубже.