Парадокс Анны
Шрифт:
— Поеду, — сказал он. И тут же отряхнул с себя наваждение. — То есть, нет, не надо. Спасибо.
— Я так и думала, — сказала девушка, спрыгнув с повозки. — Другого тебе надо.
Чет и сам уже отлично понял, чего ему надо. Девушка взяла его за руку, повела за собой. На обнаженной спине ее красовалась искусно сделанная татуировка — змея. Чет, вообще-то, не любил татуировки, особенно у девушек. Но, как говорится, есть вообще, а есть в частности.
Его же будут искать. Телефон не работает… Но Чет, как зачарованный, шел за голой спиной красавицы. Они отошли недалеко — до
Пройдя за девушкой по узкому проходу меж двух скал, очень скоро он оказался в огромной полутемной зале. Здесь она остановилась. Обернулась. Он подошел ближе. Он ведь правильно все понял? Она сделала шаг навстречу.
Теперь их тела, их лица разделяло не более сантиметра воздуха. Но они не касались друг друга. И преодолеть это расстояние, которого почти и не было, казалось невозможным.
Она сделала легкое движение рукой. Непонятно откуда идущий мягкий приглушенный свет появился и заполнил все. Она чуть-чуть отодвинулась, сделала движение глазами — смотри! Момент был упущен. Но ведь не окончательно?
Однако на то, что осветил свет, не отвлечься было невозможно. Зеленые стены пещеры будто светились всеми оттенками зеленого. Причудливейшие сталактиты свисали с потолка, уходящего куда-то в небо. Целеустремленные сталагмиты, подобно огромным фаллосам, росли им навстречу, оставляя за собой внизу потоки застывшего камня. Прямо посередине пещеры светилось зелено-голубым небольшое озерцо. У берега его росло огромное уходящее вверх каменное дерево, увитое каменными же цветами. Где-то он видел такие переплетения. Но где?
— Тебе нравится?
— Еще бы! — он кивнул. — Но… Я даже не знаю, как тебя зовут. Он сжал ее руку, заглянул ей в глаза — вот сейчас — момент для поцелуя, переходящего во что-то большее. Он прижался губами к ее губам и… понял, что никого перед ним больше нет.
Черт. К черту все эти мороки. Они там его потеряют. Надо идти назад. Вот только… Он заметил, что один из каменных цветов, увивающих дерево, будто не доделан, будто чуть хуже других еще тогда, когда пытался поцеловать незнакомку. Теперь он рассматривал дерево. Да, так и есть. Вот этот. Чуть-чуть бы поправить, вот здесь. Чет взял почему-то оказавшийся рядом инструмент, похожий на молоточек, и чуть-чуть подправил. Да. Так гораздо лучше.
— Меня зовут Арина, — сказала опять появившаяся рядом девушка. — И она сама подошла и поцеловала его.
— Ты останешься со мной, Данила? — спросила Арина много позже.
— Меня зовут Чет.
— Конечно. Так ты остаешься?
Чет на секунду вспомнил, как корчился в судорогах перед белыми людьми, пока из него лезли зубастые змеи-пиявки.
— Да, — сказал он.
Чет спасает мир
Много дней и ночей провел Чет в подземных чертогах Арины вместе с Ариной. Их дни были прекрасны, а ночи изумительны. Они с Ариной почти не расставались. И лишь изредка
И все же, начинать с чего-то нужно было. Может, начать с вот этой маленькой изящной вещицы, что стоит на изумрудном столбе прямо посредине одной из зал? Ведь есть же манера у некоторых хранить самые ценные вещи на самых видных местах? Трудно себе представить ценность такого столба самого по себе, но раз есть малюсенькая вещь, которой он служит всего лишь подставкой… Вещь выглядела, как изящная резная шкатулка.
С чего-то совершенно точно надо начать.
Если взять посмотреть самому, наверняка зазвенит сигнализация, опустятся вокруг него стены клетки, или неведомо откуда появится пара Рудокопов… А, какого черта!
— А что это за штучка? — спросил Чет у Арины напрямую, выбрав удобный момент.
— Ерунда, просто пульт управления всем на свете. — Арина взяла шкатулку в руки. Видишь этот цветок внизу? Это преобразователь. Вот сюда, прямо в венчик, заливается концентрированная в специальном растворе пси-энергия. И дальше я могу править миром. Вкладывать в любую голову любого вашего правителя или вообще любого нужного человека любую нужную мне мысль.
Она это серьезно?
— И мне можешь?
— Запросто. Это даже Настя твоя может. Вот, например, — она подошла к выдвинувшейся по ее движению клавиатуре и, не отрывая взгляда от Чета, что-то набрала на ней.
— Этого ты могла бы и не приказывать, — сказал подошедший Чет, склонился к ее шее и зубами потянул за шнур, развязывающий хитро держащееся на одном узле платье. Оно соскользнуло вниз, оставив Арину абсолютно обнаженной и абсолютно готовой… Ко всему.
— Поверил? — спросила, смеясь, обернувшаяся Арина. — Что есть Управитель всем на свете, универсальный ответ на все вопросы? — она опять дразнила его. Через секунду они уже были на полу, моментально превратившемся в волнующееся и нежно щекочущееся пространство.
— Это просто шкатулка, — сказала она много позже. — Произведение искусства ваших людских мастеров, восемнадцатый век. Посмотри, какая она. Она опять сняла шкатулку с пьедестала и протянула ему.
Чет уже смотрел и не мог оторвать глаз. Он прикоснулся к вещи, подавив дрожь в руках. Она была слишком прекрасна, чтобы прикасаться к ней. Прекрасна, как сама Арина. К которой он только что прикасался так, что стены пещеры тряслись и сталактиты звенели им в такт.
Он вглядывался в узоры, линии… Между тем, Арина что-то говорила:
— … У нас нет ни малейшего желания вами управлять, — Чет, к сожалению, начал слушать не с самого начала, — вы интересуете нас не больше, чем популяция белочек, живущая в соседнем лесу. Пока вы нам не мешаете, вы можете сколько угодно собирать орешки, рожать бельчат и драться за право быть царем белок. Тебе когда-нибудь пришла бы в голову идея стать царем белок? Или управлять белками?
Разумеется, она опять дразнит его. Чет аккуратно поставил шкатулку на место. И вот как тут поймёшь, где она врала, в первый или второй раз?