Папарацци
Шрифт:
Чеддер, радостно помахивая хвостом, носился по прибрежной полосе, то преследуя отступающую волну, то отскакивая от набегающей.
Стэнли задумчиво чертил самому себе непонятные знаки на влажном песке. Все его мысли были обращены в прошлое, в то время, когда он впервые ступил на этот остров…
4
Дверь камеры отворилась с металлическим скрежетом, и появившийся в проеме охранник произнес:
— Спейси на выход.
Стэнли непонимающе
— На выход?
— Тебе повезло, кто-то внес залог. Ты можешь идти.
Все еще не веря в то, что нашелся человек, небезразличный к его судьбе, не отвернувшийся даже тогда, когда все друзья поспешили забыть о самом существовании Стэнли Спейси, он поспешил покинуть камеру.
На выходе молодого человека поджидал еще один сюрприз: толпа журналистов. Оказавшись беззащитным перед безжалостными вспышками фотоаппаратов, Стэнли растерянно остановился, не зная, что делать дальше.
Неожиданно кто-то властно схватил его за руку и втащил в подъехавший автомобиль. Ошеломленный Стэнли даже и не подумал сопротивляться. Как только за ним захлопнулась дверца, водитель рванул машину вперед, спеша вырваться из кольца репортеров.
Едва здание полицейского участка осталось позади, Стэнли решился взглянуть на своего спасителя и не смог сдержать возгласа удивления. За рулем, в лихо надвинутой на глаза кепке, восседал Генри Стоун. Подмигнув изумленному Стэнли, он произнес:
— Все в порядке, сынок, нам удалось избежать погони. Обычно журналисты не спешат расставаться со своей жертвой.
В голове Стэнли все смешалось: события последних дней, тюремная камера и похищающий его всемирно известный режиссер. Нервы сдали, глухие рыдания подкатили к горлу и вырвались наружу.
Генри, понимая, что творится в душе молодого человека, дружески потрепал его по плечу.
— Ну-ну, перестань. Все уже позади. Отныне ты не одинок. Вместе мы выкарабкаемся из всех неприятностей. Я тебе помогу.
И Стэнли поверил ему так, как никому до этого не верил. В голосе старого режиссера было что-то отеческое, от чего становилось легче на сердце.
Успокоившись, он решился задать мучивший его вопрос.
— Почему? Генри, почему вы делаете это?
Тот печально улыбнулся, отчего около его рта пролегла жесткая складка.
— Сынок, ты рассуждаешь как истинный голливудец, если ищешь в стремлении одного человека оказать помощь другому какую-либо причину. Впрочем, неудивительно. Ты вырос в среде, где за все необходимо рано или поздно расплачиваться. Откуда тебе знать о простых человеческих отношениях.
— Но почему именно я?!
— Я верю в тебя. Несмотря ни на что, у тебя есть сердце. Сердце, способное любить, страдать, ненавидеть… В этом-то и заключается весь секрет «обаяния Спейси». В каждую свою роль ты вкладываешь себя полностью, живя жизнью своих героев, принимая все их муки и боль. А это значит, что ты не способен причинять боль другим. Поэтому я и верю в твою невиновность. Поэтому сейчас я с тобой.
Стэнли, искавший после смерти Шерил человеческого участия, пожал руку неожиданно обретенному другу.
— Спасибо вам, Генри! Спасибо за все. Я этого никогда не забуду!
Краб
Стэнли, глядя, как это отважное существо упрямо борется с морской стихией, силы которой в тысячи раз превышают его собственные, испытывал чувство родства с маленьким бунтарем. Он также стремился вырваться из привычного течения жизни, чтобы вдохнуть свежего воздуха, не оскверненного лицемерием, ханжеством и предательством. И также был отброшен назад, когда уже предчувствовал освобождение. И теперь, действуя импульсивно, Стэнли подхватил упорное создание природы и положил на песок вне пределов досягаемости моря.
— Вот так, дружок, теперь ты свободен.
Неожиданно до слуха Стэнли донеслись странные ритмичные звуки. Как будто несколько десятков рук били в деревянные барабаны. Учитывая, что остров, на котором построил свое убежище старый режиссер, считался необитаемым, появление на нем кого бы то ни было удивляло.
Завидев вышедшего из бунгало Стоуна, Стэнли поспешил к другу.
— Генри, вы слышите эти звуки? Что это?
— Это наури. — Заметив непонимание в глазах молодого человека, он пояснил: — Когда я покупал этот остров, бывшие владельцы сочли своим долгом предупредить меня, что раньше на нем размещалось капище богов племени наури, члены которого и по сей день собираются на нем для выполнения своих обрядов. Наури приплывают сюда со всех концов земли. Эти образованные люди, среди которых немало талантливых врачей, ученых и художников, несколько раз в год оставляют цивилизацию и, облачившись в набедренные повязки, встречаются на острове, чтобы приобщиться к миру предков и не дать угаснуть памяти о своем народе. Говоря по правде, я уже привык к их визитам. Это привносит некоторое разнообразие в мое островное обитание. Кстати, вождь племени уже передал нам приглашение на праздник, так что сможешь все увидеть сам.
Стэнли с необъяснимым нетерпением ожидал вечера. Он все еще жил под гнетом вины за смерть Шерил. Ему казалось, что душевный покой навсегда утерян и образ погибшей возлюбленной вечным укором будет стоять перед его глазами.
Бесцельно бродя по пустынным пляжам острова, Стэнли часто думал о том, что уже никогда не станет беспечным, как прежде. Словно сама жизнь угасла в его теле, предоставив оболочке одиноко влачить земное существование. Наблюдая за огненным шаром солнца, гасящего последние лучи в морской воле, молодой человек тяжело вздохнул, провожая еще один день своей жизни.
— Когда умирает солнце, в этом есть что-то печально-торжественное, не правда ли? — Мягкий женский голос заставил его оглянуться. Незнакомка, нарушившая его уединение, приветливо улыбнулась. — Меня зовут Шайна. Генри попросил проводить вас к месту праздника.
Стэнли смотрел на таинственную посланницу Стоуна. Небольшого роста, загорелая, темноволосая, она излучала удивительное спокойствие. На вид ей было не больше двадцати. Лишь поблескивающие подобно двум редкостным сапфирам в закатных сумерках глаза отражали необычную для столь юного возраста житейскую мудрость.