Папа для Бусинки
Шрифт:
– Ну, Ром, ну поставь вальс или танго! Ну, или самбу, на худой конец! – взмолилась я.
– Нетушки! Давайте! Просим, просим! – он захлопал в ладоши и весь народ поддержал.
– Ладно, Ромашка, получишь ты у меня на пряники! – я погрозила зятю кулаком. Руслан подошел сзади, шепнул на ушко:
– Ладно тебе, прекрасный танец. Вот раскушаешь, потом тебя за уши не оттащишь! – он крутанул меня на месте, потом поднял мой подбородок, и тут… я увидела его глаза!
Они буквально искрились! После долгих тренировок тело само
Глаза ангела манили, губы что-то шептали, его тело было горячим и бархатистым на ощупь… мускулы на руках, на груди то вздувались, то опадали… Внезапно, музыка закончилась, раздались аплодисменты, кто-то даже засвистел.
Я отпрянула от Руслана и только сейчас заметила, что он без рубашки, оглядела себя, надеясь, что хоть я одета. Все было на месте, почти… Легкий газовый шарф отсутствовал, одна бретель слезла с плеча, а юбка, и без того короткого, черного вечернего платья, задралась, выше некуда…
25.
– Как красиво! Белокурый Ангел и темноволосая Нимфа! Потрясающий танец! – всхлипнула Аленка, обнимая своего мужа.
– Ва-а-ау! – прохрипел Тарасик. – Ничего эротичнее не видел! Повторите на бис?
– Да ну вас! – я замаскировала смущение смехом. И правда неловко, я совсем позабыла о гостях, растворилась в танце и ощущениях.
– Другие тоже хотят потанцевать! Аленка, бери Илюшу и вперед!
– Куда нам до вас! – Алена подошла ко мне, обняла и прошептала на ухо: – Ты так ловко с Руслана рубашку сдернула, как у тебя это получилось?
– Не помню, если честно… увлеклась танцем, наверное…
Когда все разошлись спать, мы с мужем поднялись в нашу комнату, я взяла его за руку:
– Я хочу подарить тебе подарок… он, как мне кажется, олицетворяет нас с тобой, – я надела на его правую руку браслет из золота перевивающимся с черненым серебром.
Я давно искала такой и, когда нашла, не могла оторвать глаз. Вот это красота! Волшебное, оригинальное плетение двух драгоценных металлов сияло под светом солнца, а при искусственном освещении мягко мерцало. Сама я не люблю побрякушки, но такое бы носила с удовольствием. – Видишь – светлое золото это ты, темное серебро – я! Если не хочешь, можешь не носить, я не обижусь…
– Ну что ты, родная! Я буду беречь твой подарок, браслет мне очень нравится! Я люблю тебя! – он нежно целовал меня в губы, целовал мои ладони и запястья…
Утром Ромка увидел мой подарок.
– Ого, брат, да тебя на цепь посадили!
– А тебе ошейник нацепили?! – Руслан кивнул на его новый галстук.
– Один-один! – засмеялся насмешник.
– То-то же! И не обсуждать подарки любимых! – внезапно голос ангела потерял смешинку и стал серьезен: - Брат, у меня дело к тебе. Я уеду, на месяц… ну, может чуть больше, присмотри тут…
– Куда? – полюбопытствовал пронырливый Ромка.
– У меня в секретной лаборатории работа, рассказать
Я стояла за стеной и все отлично слышала. Выйти было неудобно, подумали бы, что я нарочно подслушиваю. Потихоньку отошла назад. Да, я буду скучать без моего ангела, без его теплых рук, требовательных губ. Но это его работа и он ее любит, так же как я свою.
26.
Июнь еле тянулся. Руслан, как Карлсон – улетел, но обещал вернуться. Звонил очень редко, раз в три дня, скажет пять слов и все. Было очень скучно, хоть Ромка и выполнял свое обещание. Он водил нас в кино, в клуб и музей. На работе тоже затишье, преступники словно впали в дремоту от жары, стоящих дел не было. Вот я и завалила себя бумажной работой, хоть, наконец-то сдам все отчеты и рапорты.
Как-то в пятницу задержалась допоздна, осталось совсем немного, не хотелось оставлять на выходные недоделки. В субботу решила прогуляться с дочкой по городу, сходить на пляж. Я решила весь день посвятить Бусинке, малышка скучала без отца.
Доделав дела, глянула на часы. Ого, уже двенадцатый час ночи, в участке, небось никого не осталось давно. Сдала ключи от кабинета дежурному, села на «Джиксер» и двинулась домой, хотелось побыстрее залечь в пенной ванне, поболтать за чаем с Тонечкой. Наверное, ждет меня, не спит.
Путь мой лежал мимо пустых, заброшенных домов, подлежащих сносу. Не люблю это место, но так ближе до дома. Надеюсь, в скором будущем здесь построят новые, уютные жилища, а может магазины или спортклубы, или еще чего. А пока, прибавив скорость, хочется быстрее проехать ужасное место, здесь даже фонарей почти нет.
Это часть старого города, когда-то тут кипела жизнь. Бли-и-ин! Кажется, и сейчас кипит, судя по серой тени, которая кинулась мне под колеса. Едва вырулила, чтобы не сбить глупого бомжа. В ярости спрыгнула с байка, схватила за шиворот присевшего от страха бродягу.
Но это был не бомж! Худенькая, дрожащая от испуга девчушка что-то пыталась мне сказать, размазывая по своему юному личику остатки косметики вместе со слезами:
– Там, там, там Сандра! Они ее убьют, помогите… – шепотом, вздрагивая, пролепетала она.
– Ты кто? Что за Сандра? Где?
– Я Оля. Сандра моя подруга, а эти… они нам в клубе что-то наливали, ей совсем плохо, а они… - девочка заплакала еще пуще. – А я… я убежала, милицию надо! Они меня хотели… вот, порвали все… - сбивчиво объясняла она.
Только сейчас я поняла, почему поначалу приняла ее за бомжа. Одежда клочьями висела на ней, вся в крови и волосы взъерошенные.
– Я боюсь, милицию надо…
– Сколько их? – я задавала вопросы, а сама уже выстраивала в уме порядок действий.