Папа для Бусинки

Сурина Лилия

– Трое. Пьяные все… на третьем этаже…

 Я вытащила телефон, стала звонить Ромке. Не берет. Что ж, попробую сама помочь девочке. Отдала мобильник Ольге:

– Узнай адрес и звони в милицию, «скорую» и, главное вот – «Ромка» написано, дозвонись обязательно. Скажи, что Тася просила приехать к заброшенным домам, где мы на работу ездим, срочно! И пусть наряд вызовет… сама спрячься где-нибудь рядом, а я пойду…

– Ты одна не справишься, их трое…

– Посмотрим, – я достала травматический «Макарыч».
– Я из милиции. Звони быстрее Ромке! – пошла

в подъезд, на который указала Оля.

Крадучись стала подниматься по лестнице на третий этаж. Послышался пьяный гогот. Твари, как вас земля носит?! Плачущий голосок умолял отпустить.

– Не дергайся, сучка! Че, подружка сбежала? Будешь сейчас и за нее отдуваться, – послышался звук пощечины.

– Эй, Грач, а если та… ментов вызовет, а? Может, ну ее, валить отсюда надо…

– Обделался? Придурок обдолбанный, какие менты? Ей до них три км бежать надо, а телефон вон у Мосла. Эй, Мосол, че интересного нашел?

Я осторожно выглянула из-за угла. Так, один возле лежащей девочки, двое склонились над мобильником, видимо отобранным у Ольги. Уже хорошо, что не все возле Сандры. И не боятся, тоже хорошо.

Ну что, мрази, щас будет вам «сюрпрайз»! А если стрелять, то куда, чтоб побольнее? Эх, жаль не боевое оружие, табельный в кабинете, в сейфе… ну ничего, как кто-то умный сказал: не бойся, что не получится, бойся, что не попробуешь! Ну, при желании из травмата и убить можно… О, знаю куда пальну, сам Бог велел!

Я вышла из-за угла, расставила ноги:

– Стоять! Стреляю без предупреждения! Отошли от ребенка подальше, твари! – твердым голосом проговорила я громко.
– «Господи, хоть бы Ромка уже ехал сюда! Страшно-то как!» - подумалось мне. – Оружие на землю!

Один бросил что-то в битые кирпичи. Другой, тот, что боялся, попятился к окну.

– Не смей прыгать, третий этаж, переломаешься весь… - крикнула я, поняв, что парень от страха сиганет вниз сейчас.

– Я не хотел, это они… они заставили… - он взлетел на подоконник и выпрыгнул в окно.

Послышался удар и вскрик. Так, осталось еще двое. Девчонка стала подниматься с пола, я на секунду отвлеклась и оставшиеся подонки заметили мою заминку. Они сразу вдвоем бросились ко мне. Выстрелить я успела один раз, прямо между ног.

Раненая мразь заорала благим матом. Согнувшись, он рухнул на колени, схватившись за свое недобитое сокровище. Другой выбил пистолет из моих рук и толкнул меня в бок. Нет паря, не на ту напал, я не только в тир ходила, но еще и на борьбу. Схватила его за шею и ткнула головой в стену.

– Что ж вы, гады творите, неужели у вас нет сестер и матерей? Как им в глаза смотреть будешь, а сволочь? – ворчала я, сваливая его возле того, что корчился на полу.

Подхватила девчонку под мышки и, пока этот не очнулся, поплелись с ней к выходу. Она совсем не могла идти. Я на себе выволокла Сандру на улицу, надеясь, что «скорая» уже на месте.

Возле дома было тихо и пусто. Никого. Что же делать? Телефон я Ольге отдала… сходить, найти ее мобильник? Но обратно так не хотелось. От стены метнулась тень, я вздрогнула от неожиданности.

Оленька!

 27.

– Ну, где все? Ты дозвонилась?

– Нет, я адреса не знаю… а Рома твой не отвечает, я ему голосовое оставила, пока молчок.

– Поищи табличку с адресом, на стене где-нибудь должна быть…

– Я искала, темно, не видно…

 На дороге показалась машина. Я посадила пострадавшую девчонку возле стены, а сама выскочила на проезжую часть. Ноги почему-то плохо слушались меня, в глазах мельтешили мурашки. Загородив автомобилю путь, молилась, чтобы это был Ромка. Но нет, из нее выбрались два высоких парня. Один кинулся ко мне, другой к девчонкам, стал что-то спрашивать у них.

И тут на меня стал надвигаться асфальт. Парень подхватил меня, и мы опустились на землю. «Видимо стресс», - подумалось.

– Что случилось? – молодой мужчина смотрел прямо на меня. – Вы кто?

– Старший лейтенант милиции Лебедева Таисия Сергеевна… Нападение на двух школьниц. Трое нападавших, двое в доме на третьем этаже, один сзади дома под окнами валяется… а ты кто? – я смотрела ему в глаза, таких красивых никогда не видела. Они были темно-янтарного цвета и в свете фар метали искры, создавая ощущение нереальности. – Нужна «скорая»… девочкам, срочно! И милицию…

– Кит, «скорую», быстро! У нас ножевое ранение! – крикнул он другому парню. Посмотрел на меня, улыбнулся.
– Меня Стас зовут. Потерпи, сейчас врачи приедут…

– Кто-то из девочек ранен? – спросила, едва ворочая языком. Чего-то я устала…

– Не знаю. Вроде нет. Это у тебя ножевое, вся рубашка в крови.

– Где? – прошептала я слабеющим голосом, понимая, что вляпалась по-полной.

– Вот, в бок… - Стас откинул подол рубашки и, достав из кармана белый платок, приложил его к ране, пытаясь остановить кровь. Я чувствовала касания его чутких пальцев к своему животу, которые вызывали нежное волнение в груди.

– Вот зараза, зацепил-таки! Я и не почувствовала даже… - прошептала уже еле слышно, пытаясь сосредоточиться на своей ране.

От красивого молодого мужчины с янтарными глазами пахло чем-то очень приятным. Смесью какой-то краски и смазки для мотоцикла. А еще лесом. Хвоей что ли? От этого запаха у меня мурашки побежали по спине, а в животе завязался тугой узел.

Захотелось прижаться к нему, поцеловать в пухловатые губы. Странно, никогда не чувствовала такой тяги к незнакомым мужчинам. Стас снова улыбнулся мне. Ба, да у него еще и ямочки на щеках, какая прелесть!

– Стас, поцелуй меня… - прошептала, не понимая, что делаю.

– Что? – он наклонился ниже. – Что сделать?

– Поцелуй, пожалуйста! Может, это последнее… что я испытаю в жизни…

– Ты не умрешь! – прошептал он, но, тем не менее, склонился еще ниже и прикоснулся к моим губам. Слаще этого поцелуя я никогда не знала! Даже нежность мужа не вызывала столько эмоций.

– Я бы могла влюбиться в тебя… но, не в моих правилах изменять мужу.

– Я рад это слышать, не люблю, когда девушки неверны своему мужчине…