Папа для Бусинки
Шрифт:
– Раньше всегда дома или в поле рожали, а потом сразу косить шли и ничего! – ворчала я себе под нос. – Лучше иди, отдохни, вон какие круги под глазами, или ты забыла, что тебя теперь двое?
– Трое!
– Чего трое?
– У меня двойня будет! Позавчера на УЗИ бегала. Правда, пока не ясно кто, но два плода точно.
– Вот это да! Ромке сказала?
– Нет еще, сегодня хотела, вроде как дополнение к подарку. Он точно от меня сбежит… А вот тебя устрою, тогда и отдохну. И кстати… - она сорвалась с места и куда-то убежала.
Я посмотрела на Руслана.
– Да положи ты ее, спит ведь!
– тихо рассмеялась я.
– Наверное, покормить надо, а она вон дрыхнет!
Он поднял глаза, полные нежности:
- Я наглядеться не могу! Вас ведь в больницу заберут на несколько дней, я уже скучаю. Как назовем Бусинку?
– Не знаю, не думала пока, а ты как бы назвал?
– Мне София нравится! София прекрасная!
– Ну вот и отлично! Очень красивое имя!
Принеслась Тонечка, держа в одной руке пакет и бутылку шампанского с бокалами в другой.
– Поздравляю с днем рождения! – она чмокнула Руслана в щеку и протянула ему плоский пакет золотистого цвета, перевязанный ленточкой в тон. – И давай открывай бутылку, мы хоть с тобой выпьем по бокальчику в честь тебя и малышки! Как назовете?
– Уже назвали! София она у нас! – я забрала ребенка у отца. – У нас еще один именинник имеется, позовите и его. Я тоже подарки готовила! Тонь, там, в тумбочке, в нижнем ящике достань, пожалуйста.
– Ну, тот именинник квасит с родственниками, до нас ему дела нет, – она выдвинула ящик. – Тут две коробки, тебе какую?
– Обе давай. И Ромку зови, а то меня заберут, поздравить не успею.
– Кто тут по мне соскучился? – в двери показался поднос с едой, а следом кудлатая белобрысая голова. Его яркие глаза озорно блестели, видно было, что он уже немного успел отметить. – Вот, велели мамочек накормить!
Я долго выбирала подарки братьям и купила им дорогие ручки, сделала красивую гравировку, уж не знаю, понравятся ли. Одну коробочку я отдала Руслану, поцеловав его в губы. Другую коробку Ромке, и тоже поцеловала, в щеку естественно.
Тут, неожиданно ожил телефон. Тоня, с набитым ртом, успела-таки закусить, подхватила трубку.
– О, Муравей на связи! – это она так своего начальника величает, прекрасный доктор, хоть и молодой совсем, тридцати еще нет. – Да! Да, привет! Ага, звонила. Саш, у нас тут форс-мажор приключился, да… да не, все в порядке! Тася родила, девочку. «Скорую» не смогли вызвать… ну да, на улице че творилось-то, мы и на машине не рискнули.
Она ходила по комнате вперед-назад, парни о чем-то шептались, открывая подарки. А я внимательно вслушивалась, ведь речь обо мне:
– Да, роды стремительные, за два часа управились, … нормально все… – она с минуту слушала, что ей говорил Муравей. Потом снова затараторила в трубку:
– Да, да… по шкале Апгар девять. Рост пятьдесят один, вес, примерно три двести, кантором взвешивали, … ага, спит… да, поняла, давай, ждем! – Тонечка положила мобильник на тумбочку и посмотрела на меня. – Сейчас сам приедет, говорит, раз все хорошо, «скорую» не стоит беспокоить. Сказал, еще медсестру
Через час приехали врачи, взяли кровь на анализ, осмотрели нас и остались довольны. Александр долго хвалил Тоню, жал ей руку, сказал, что на экзамен может не приходить, зачет ей обеспечен, как и место в роддоме. Потом уехали, пообещав навестить завтра.
Руслан раздобыл где-то большую корзину, обработал ее спиртом, постелил и уложил дочку, которую я уже немного покормила. Мы не успели оборудовать детскую, собирались прикупить детскую мебель и вещи как раз после выходных, так что пока наша Бусинка поспит в корзине, как Дюймовочка!
Дело было уже к обеду, родные по очереди снова пришли к нам в комнату, свекровь накормила меня бульоном, а Ромка увел Руслана с Тоней вниз, хоть поесть по-человечески. Свекровь смотрела на малышку, смахивая слезы тайком. Она очень добрая, жалостливая, мы с ней как подруги, всегда делимся своими радостями и горестями. Я взяла ее руку и погладила.
– Мам, ну ладно вам плакать, давление опять поднимется! Все же хорошо!
– Да, детка, все хорошо, слава Богу! Я рада, что ты счастлива, наконец, и что Руслан счастлив тоже! Знаешь, хорошо, что вы поженились и родили это чудо! Гриша, он ведь кроме своей работы ничего замечать не хотел, оставлял тебя все время одну, я его всегда ругала. Это ведь Руслан должен был ехать в Австралию, но он категорически отказался, сказал, что его место рядом с тобой. Я помню, зашла в комнату Руслана, месяца за три-четыре до отъезда Гриши, а они втроем спорят. Ромка тоже брата осуждал, за такое отношение к тебе. А тот раскричался, что достали его все, забирайте себе свою Тасю, и нянчитесь с ней, тогда Руслан предложил ему поехать вместо него, а тот с радостью согласился. Вот тогда стали спешно документы переделывать. Ты не переживай, с Русланом не пропадешь, он тебя по-настоящему любит, и никогда не бросит!
– А я и не переживаю, знаю, что любит! И я его тоже люблю! С Гришей у нас и семьи-то не было, так, товарищество… мам, вы бы пошли, прилегли. Вам отдохнуть надо, а то давление снова поднимется.
– Да, пойду. А вот и смена караула!
В спальню вошел муж, мой любимый ангел! Он устроил корзину с Софией на низком журнальном столике рядом с кроватью, потом улегся возле меня, спросил, как я. Вскоре мы уже спали, вымотались. В доме все стихло, домочадцы разбрелись по комнатам отдыхать.
17.
Дни летели, прошло уже три недели после рождения дочки, даже не верилось. Июнь заканчивался, стояла несусветная жара, спасали лишь кондиционеры. Я уже пришла в себя после родов и решила потихоньку приводить себя в порядок. Стала бегать по утрам, часов в шесть, пока большая часть нашего поселка еще сладко дрыхла.
Мне нравилось свежее утро, небольшая прохлада приятно щекочет кожу, в наушниках надрывается томным голосом Энрике Иглесиас, а во всем теле чувствуется бодрость и жизнерадостность.