Пантеон
Шрифт:
Я вытащил из своего кармана кусочек черного тартариума и засунул его непосредственно под кучу, так сказать, на самой границе между двумя слоями. После этого выпрямился и начал ждать результатов. В это время позади меня раздались звуки выстрела серо, а через пару мгновение это стало повторяться буквально повсюду, со всех сторон. Черти и не думали долго отсиживаться в бесформенном состоянии, быстро регенерировались и пытались снова вернуть свою основную форму и продолжить свое старое занятие, только с новыми участниками.
– Итак, скажите мне еще раз, только более внятно, зачем все это было нужно?
Афина стояла впереди меня. Нас разделяла куча принесенного
– Я хочу проверить, является ли пепел из ущелья таким же, как и здешний эквивалент. То есть, обладает ли он возможностью создавать жизнь, а если быть точнее, способен ли он становиться основой для формирования нового тела для новой сущности. Поэтому мы собственно и здесь. Ты не хуже меня знаешь, из чего и как формируются местные черти, и поэтому, должна понимать, почему я выбрал именно это место для проведения своего эксперимента.
– Вы хотели воссоздать идеальные условия для формирования?
– Да.
– А разве вы не могли бы попытаться попробовать провернуть это в своей, как вы там ее называете, лаборатории? Ведь все компоненты вам прекрасно известны.
– Есть одна трудность, с которой я столкнулся уже достаточно давно, еще при экспериментах с остатками от тел тех чертей, которые мы заполучили во время их нападения. Несмотря на все мои усилия, тартариум в пепле не срабатывает, когда он находиться на поверхности. Вот я и решил, что будет правильно для начала воспроизвести технологию на месте ее первоначального применения, а уже потом пытаться воспользоваться ею в лабораторных условиях.
– И почему я только сейчас узнаю обо всем этом?
– Ты вроде как не интересовалась.
– Хм, обычно вы сами сообщаете мне все новости, как только получаете их.
– Ладно, извини, что особо не распространялся. Просто ничего масштабного я тогда не делал, так что, какой смысл был об этом говорить? Зато сейчас мы снова работаем вместе!
– В очередной раз, проверяя вашу очередную безумную идею.
– Зачем об этом говорить таким убитым голосом?
– Вы уверены, что это получиться? Я не вижу никакой реакции. Обычно при начале формировании чертей из пепла, начинается изменение фона реацу. А здесь все глухо.
– А черти его знают! Пепел совершенно другой, хотя и имеет много общего с местным. Так что не думаю, что все начнется сиюминутно.
Между тем количество выстрелов серо и ударов балой становилось все больше и больше. Адьюкасы стреляли во все подряд, поднимая тонны пепла в воздух, тем самым серьезно ухудшая видимость. Мне даже пришлось сделать выброс своей реацу, чтобы отогнать образовавшиеся облака от себя и осадить разгорячившихся воинов.
– Деймос, какого черта вы творите? Вы тут все в пух и прах разнесете!
– Господин Арес, черти лезут как муравьи! Смотрите сами!
Я мгновенно оказался рядом с живым кольцом адьюкасов и с удивлением обнаружил, как пепел перед нами волновался, словно это была поверхность моря при сильном ветре. Эти волны начинали накатывать на нас, на ходу превращаясь в волну наступающих чертей. Выглядело это действительно пугающе. Смотреть, как тебя наступают волны врагов, тесными и сплоченными рядами,
– Оба на! Как интересно! Кажется, мы слегка переборщили с численностью нашего отряда. Вот они и стали серьезными. Хорошо, что до серо не дошли.
– И что нам делать, господин Арес?
– Что-что? Отстреливаться, конечно. Хорошо, что они не образуются под нашими ногами. Так что, стреляйте перед собой во все, что движется, или потенциально способно двигаться.
– И как долго?
– Пока это возможно, естественно. Неплохая проверка для твоих бойцов. Афина, не могла бы ты тоже оказать поддержку Деймосу. Адьюкасы из моей группы. То же самое. Ассистенты. Вы остаетесь со мной. Будем наблюдать за ходом протекания эксперимента.
– И как долго ваш эксперимент будет длиться? Этих тварей становиться лишь больше с каждым разом.
– Ты главное стреляй, Деймос.
– Есть, стрелять. Вот ведь черти!
Ураган реацу, который выделяли адьюкасы, довольно плохо сказывался на моих подчиненных пустых первого поколения, которые не были способны выдерживать такую мощь, но я мог слегка снижать это давление на них, используя свою реацу. Эти двое были довольно важны для меня, так как обладали немалыми знаниями по врачебному делу еще по опыту своей жизни, а став пустыми, оказались в моих руках. С тех пор я посильно пополнял эти их знания, адаптируя их под реалии Уэко Мундо, и они стали моими важнейшими помощниками в работе с новым экспериментальным материалом. Их помощь была неоценима в работе с сыворотками для трансформации в гиллиана, а также в разработке новых средств для совершенной пустофикации.
Наверное, сплошной ад длился минут десять или двадцать. Яростная битва с волнами врагов, которые непрерывно напирали со всех сторон оказалась самым настоящим испытанием не только для молодых адьюкасов, но и для более старших и опытных собратьев, которым еще не доводилось сражаться таким образом. Да, египетские воины могли похвастать тем, что они при жизни имели дело с такими вот ситуациями, когда им приходилось сражаться с врагами, имевшими плотный строй, но ведь тогда они не были пустыми, и не использовали для сражения когти или клыки, а также рога, хвосты или что-то наподобие этого. Если в самом начале они держали врагов на расстоянии благодаря серо, то потом, когда все потратили основную массу своей реацу, им пришлось сражаться врукопашную, что было намного сложнее. Афина во время сражения использовала недавно приобретенный навык стояния в воздухе, и обстреливала своих врагов с высоты нескольких десятков метров, иногда резко срываясь в сонидо и мощными ударами своего меча, лишала жизни врагов десятками. Да, наверное, если бы не Афина, немало наших вояк пало бы в сегодняшнем бою. А так, выжили практически все. Конечно, были и раненые, но для адьюкаса с его регенерацией было не так сложно восстановиться.