P&S - агентство "пережить смерть"

Дионмарк

— Приятного аппетита! — меня осенило, какой же я дурень, что не видел такого очевидного выхода из сложившейся ситуации.

***

— Иваныч… еще раз здорова! Я помогу вам, только ничего не спрашивай, а просто слушай! Убийцы знают, что я знаю про них!..

— Кто они! Говори, кто они! — заревел в трубке Дмитрий Иванович.

— Я не скажу…

— Тебя ведь они прибьют, идиот!!!

— Успокойся, Иваныч, побереги своё сердце. Я же говорю, что помогу вам, но не скажу кто они.

— Ничего не понимаю…

— И не надо, просто слушай меня! Я живой пока, только из-за того, что знаю про небольшой клад. Видишь ли, будучи Ильёй

в момент его смерти, узнал, где он спрятал двенадцатикилограммовый слиток, незадолго до часа икс. Мне дали два дня на то, чтобы я указал место схрона, иначе убьют в течение двух дней. Я ведь не могу указать на убийц, ты же знаешь, а вот где лежит золото, могу. А ещё я скажу им тоже, где оно закопано…

— Ах, ты какой шельмец, мальчик мой, я горжусь тобой! Понимаю, понимаю… мы их заманим в свою паутину?

— Точно! — я как раз смотрел на паутину, в это время паук почти заплел кровопийцу в кокон. Надо же, какое совпадение…

Часть 4 Глава 10

— Катерина, добрый день… я скажу, где золото! Любите дачу?.. Ага, знаете где находится заброшенная яблоневая роща?… Отлично, от тропы, с северной стороны, третье дерево… думаю, если присмотритесь, увидите… Да… Я никуда не уйду… Договорились. — Паутина была сплетена, менты в засаде, а моё дело маленькое — сидеть дома и ждать, ну и немного продолжать попивать.

Почти час я уже умирал от скуки, очередная бутылка опустела, макароны съел, котлеты проглотил. Что там у Антохи, на работе? Слегка пошатываясь, пошёл звонить секретарю.

— Алло? Серёжа, у тебя всё в порядке? — ага, он там в определитель смотрел.

— Ээээээ… уууу… — невнятно промямлил и понял, что зря позвонил. В таком состоянии было тяжело говорить, и я положил трубку. Время тянулось очень медленно. Как там охота на ведьм?

Звонок в дверь, наверно Лиза пришла проведать дядю Серёжу, а он в таком неадекватном состоянии. Надо было тихонько спровадить её домой, иначе своим ключом откроет, и будет ругаться. В таком состоянии она меня не видела, все же удавалось сдерживать себя уже довольно долгий промежуток времени.

— Лизочка… я сегодня… ик… занят… пожалуйста, иди домой! — я стоял у двери и соображал, что ещё бы сказать… эдакое, незаплетающееся.

И тут как во сне увидел разлетающийся замок и услышал выстрел. Как в каком-то дешёвом боевике, со стороны подъезда выпнули дверь и в квартиру влетел Леша, собственной персоной.

— Привет, сука! — в мой лоб упёрлось дуло то ли ружья, то ли обреза, с него вился дымок, и оно ещё было горячее.

— Оооо, какие люди… мог бы просто, попросить открыть, ик… а тебя уже выпустили?

— Очень смешно, ушлёпок… не хило ты обманул Катьку! Видел я всё со стороны, как её повязали… неплохо сработали мусора… У меня дикая интуиция, всегда чувствую палево! Мне теперь срать, эти шакалы всё равно выйдут на меня и раскрутят эту дуру, а вот тебя напоследок заберу с собой! — направив в мои ноги свой обрез, он без промедления выстрелил.

Было очень больно, но терпимо. Я рухнул на пол, понимая, что пришла смертушка. Наконец-то реально почувствую, каково это по-настоящему быть убитым. И в этот момент испытал облегчение, вот и встречусь с мамой, может она не хотела такого раннего моего прихода, но как говориться — се ля ви. Страх пропал, спасибо алкоголю.

— Что тварина, пожалел? — он откинул разряженный карабин в сторону, схватил меня, лежащего за шкирку, и потащил к стенке. Я смотрел и удивлялся количеству крови, льющейся из ног, а ещё думал, как это можно с одного выстрела получить столько много кровоточащих ран на обеих ногах.

— Ну, каково это

знать, что сейчас ты реально ноги двинешь? Экстрасенс х…в! — уперев меня к стене, он из кармана вытащил охотничий нож, с зазубринами с тупой стороны лезвия, и поднёс его к моим глазам. — Посмотрим, как ты будешь терпеть, по лоскуткам нарежу кожу твою… как там звали того урода с вырезанной улыбкой?

— Гумплен… — подсказал я этому уроду, сплёвывая в сторону. С каждой секундой чувствуя слабость, глянул на своего мучителя, просипел: — Ты думаешь, я буду умолять тебя? А вот не дождёшься. Меня сотни раз вешали, жгли, топили, стреляли, кислотой обливали, бетоном живьем заливали, я готов к любой смерти. Дохнуть — моя привычка, мудила! Начинай, только поторопись, могу потерять сознание…

— Падла! Ааааа! — и тут на меня рухнул мой мучитель, осыпая стеклом.

— Офигеть… — над нами, лежащими, стоял Антон с коньячной «розочкой» в руке, — Вот это у вас вечеринка, а меня не позвали…

И я благополучно, почти с удовольствием, потерял сознание.

* * * *

Почти месяц я пролежал в больничке, десять осколков извлекли из моих ног, и я теперь вправе и без иронии, мог назвать себя стреляным воробьём. Слава богу, важные сосуды не были задеты, обошлось «малой кровью», литра два, не больше. Отдельно и горячо поблагодарил Лизу за её страх перед пауками, и она, не понимая о чём это, рекомендовала мне обратиться ещё и к психиатру. Антон рассказал, что когда услышал мой звонок, то понял, что это я так маякую ему, хотя на самом деле, просто не мог связать слова, и с чего это он выстроил такую цепочку, непонятно, ну он же мастер логических построений, вы же помните… Такие вот стечения обстоятельств. А ещё, друг Ильи перевёл нам сто рубликов, и как договаривались, все отдал секретарю. Слишком много функций этот мальчик выполняет, теперь ещё и охранные обязательства взвалил на себя, и фигушки я его отпущу в эти менеджеры, будь они неладны…

По секрету скажу, сын Ильи уговорил меня, за физические увечья и непроизвольную помощь ему, взять десятую часть от клада. Теперь отдельный мой счет пополнен на 3 миллиона… так, на чёрный день, мало ли что….

Часть 5 Глава 1

Когда меня спрашивали, и ответ на вопрос подразумевал либо «да», либо «нет», я отвечал — не знаю! Даже если у меня был категоричный ответ, я чисто из вредности выбирал средний вариант. Я любил всем противоречить, и себе в том числе. Мама меня называла несносным ребёнком, учителя — бездарем, начальники на работе — тугодумом… а жена — идиотом. Моё нутро спорило со всеми этими оценщиками, а мой мозг не соглашался с моим нутром, такой вот дисбаланс по жизни, а может и баланс, это смотря с какой стороны посмотреть. Поэтому как-то мягко всё пришло к своему завершению, без боли и обид. Маму я похоронил, учителя растворились в потоке времени, начальники скатились с горочек, а с женой развёлся. Так и остался один на этом свете, как говорится: ни да, ни нет. У меня было очень много «я» да «себя» — тавтология одним словом, и не было совершенно друзей или родственников. В своё время завёл черепаху, она не спорила со мной по причине своей немоты и меня это устраивало. Жрала свои капустные листы да морковку и постоянно гадила, где ей вздумается. Мне было плевать, и даже когда она нечаянно перевернулась на спину… а может и чаянно, кто её знает, мимо проходя, я только глянул на неё. Она смешно дергала лапками, я улыбнулся и прошёл мимо, так она и отлетела в мир иной в своём панцире на второй день. Может и в первый, но заметил только на второй.