Ожидая рассвет
Шрифт:
– Я не творю дел!
– воскликнул Бастиан.
– Ты посадила меня в тюрьму!
– он всё-таки шагнул к решётке.
– А я должен принимать всё, как есть?!
Аджит заулыбалась:
– Ты помнишь, как сказал мне, что не будешь пытаться мешать Марилу? Что тебе больше не нужна корона, и что на троне должен быть он?…
– Власть в Алвалене всё равно моя!
– заворчал Бастиан, морщась.
– Ат Лав - только марионетка! Он смеет творить Ночь знает что, а ты, когда я противлюсь этому, только суёшь меня в подземелья!
– если бы у Бастиана было достаточно силы, сейчас он непременно сломал бы железные прутья, так он вцепился в них.
– Ильтор мёртв, шумиха притихла, -
– Назначенный Марилом Ат Лавом лорд Кесау неплохо справляется со своей ролью. Как ни странно, мальчик сделал хороший выбор - я уверена, что ему кто-то посоветовал, но вот кто, пока не знаю…
– Я, конечно, рад, - процедил нынешний заключённый.
– Но я не могу больше сидеть здесь!
– он повысил голос, глаза гневно засверкали.
– Ненавижу! Выпусти меня!…
– Ты снова станешь чинить препятствия и пытаться устроить бунт, - лениво вздохнула Аджит.
– Твоё величество, ты пытаешься отказаться от собственных слов. Сейчас не то время, когда стоит хвататься за голову и вспоминать, как по глупости дал власть упрямому малышу.
– А ты помогаешь ему только потому, что боишься Хозяина, - парировал Бастиан, зная, что ей будет неприятно это услышать.
Циэль равнодушно отозвалась, ощутив неожиданный холодок и потому запахивая накидку:
– Мне дорога моя шкура. А Марил и сам мне кажется излишне самоуверенным. Тем не менее, он успешно воюет, недавно был ранен во время битвы.
– Ранен?
– быстро переспросил Бастиан, Циэль даже не успела понять, со злорадством или всё-таки с тревогой.
– Он написал мне письмо, - Циэль помахала извлечённым из внутреннего кармана свитком.
– Вернее, два. Одно официальное, написанное явно писцом, а другое - его собственным корявым почерком, судя по тому, как тут часто теряется мысль, в полубреду. Кажется, он опять дрался с Бару во время штурма Сэнктима и едва выжил, а Лорд Котли избежал смерти, хотя его разыскивал целый отряд Стражей.
– Котли?
– переспросил Бастиан.
– Постой… Штурм Сэнктима? Мы воевали с Орденом Хранителей?…
Аджит внутренне восторжествовала. Стоит Бастиану понять, что он чего-то не знает, как у него взгляд становится слегка растерянным.
– Я совсем запутался в этой войне, - он выпрямился и потряс головой, вызывая своим видом слабое сочувствие.
– Кто наш враг, а кто - нет?… А ты ещё засунула меня сюда, здесь я не просто один - я ещё и ничего не знаю.
– Я делаю всё, что могу, чтобы сохранить какой никакой покой в твоём королевстве, - Циэль убрала письмо обратно.
– Твоё величество не задумывается о том, что я не стала бы этим заниматься, если бы не Хозяин, не Хранитель Тэрмис?… Что мне должно быть наплевать на тебя, твой город и твои амбиции?
Бастиан не отвечал. То ли пытался понять, почему его войска во главе с Ат Лавом атаковали Сэнктим, то ли не знал, что ответить Аджит.
– Как там Зверь?
– лениво протянул он, опускаясь обратно на кресло. Эта особая камера была обставлена, как уютная комнатка, если бы не решётка и не отсутствие окон, она бы ей и казалась.
– Скучает по тебе, и берёт еду только от меня.
– Я один здесь сам сдохну. Когда мы сидели с Тэмом в самой обычной камере, на куче гнилой соломы, а Радак и Бару правили Алваленом, мне было куда лучше, чем сейчас. Если ты выпустишь меня отсюда, я не буду ничего творить, - он поднял на неё глаза.
Аджит отрицательно покачала головой. Бастиан не то, чтобы не держит своего слова… Порой он готов его забыть в порыве ярости. А за свою власть он как раньше перегрызёт кому угодно глотку, так и сейчас, уже лишившись её навсегда, может попытаться это сделать.
– Я даже день своей коронации
– простонал Бастиан, обмякая в кресле.
– Во что превращается мой род, и я, как его представитель.
"Твой род просто закончился", - подумала Аджит, пытаясь представить себя на его месте. Но она не стала этого ему говорить, наверное, он и так это понимал, просто согласиться с этим было сложно. Бастиан был не готов признать, что больше он не король.
– Я, пожалуй, прикажу повару приготовить ужин, и приду к тебе сегодня вечером, хочешь?
– Свидание в стенах подземелья?
– попытался иронизировать Бастиан.
– Отпразднуем день твоей коронации. Может быть, не так пышно, как твоё величество привыкло, но ты хотя бы будешь не один…
Он опустил голову и пожал плечами:
– Наверное, я был бы рад.
– Тогда я пойду и отдам нужные распоряжения. Не отчаивайся так, Бастиан, - Циэль вздохнула. Король Алвалена сейчас был просто ребёнком, у которого отобрали самую главную и любимую игрушку, и мудрой матери ему точно не хватало. И хотя уж чего не было у Циэль Аджит, так это материнского инстинкта, ей не хотелось видеть его таким тусклым.
Бастиан больше ничего говорить не хотел, и она, не попрощавшись, ушла. Мтара ещё возился с дверью, а она поднималась в темноту наверх по узкой лестнице, спотыкаясь о подол собственного платья.
Огни впереди предупредили Увлера о признаках жизни на безлюдных холмах Шавалина. Халм оказался идеальным проводником - вёл их в обход крупных городов и гарнизонов, полных эмералдморцев, но зато указывал на все небольшие поселения, где можно было поменять коней. Увлер с каждым часом всё больше проникался расположением к шавалинскому солдату, а вот Тия опасливо избегала отвечать на его добродушные замечания, грубоватую заботу и даже просто вопросы. В редкие минуты отдыха, пока они разжигали костёр, а Тия сидела в стороне, Халм что-нибудь рассказывал - то о себе, то о своей службе, то о последних событиях в Шавалине… Увлер даже радовался, что не поехал в Такею вдвоём с Тией, без проводника. Нет, дорогу бы он и так безусловно нашёл, а белый плащ Стража - несомненная привилегия для прохода в любое место, но Халм скрашивал этот путь, даже если в нём не было необходимости.
– Застава, - вздохнул шавалинец, останавливая коня.
– Не знаю, заметили ли они нас. Можно попытаться обойти, друг.
Прошло почти четверо суток, как они расстались с Стражами. Увлер не переставал думать об их дальнейшем пути - слишком много опасностей вокруг стало даже для тех людей, с которыми Сила Дня.
– А какова вероятность, что они нас уже увидели?
– задумчиво спросил Увлер. Тия беспокойно оглядывалась. Она устала к этому очередному беспокойному вечеру, и мечтала уже поскорее оказаться в такой страшной стране, как Такея. Сейчас Такея была для неё символом долгого отдыха хотя бы от постоянной скачки, если не от волнения.
– Их лазутчики могут уже следить за нами, - Халм пожал плечами.
– Друг, тебе они всё равно ничего не сделают.
– А тебе?
Халм махнул рукой.
– Не будем медлить… Вы же торопитесь!
– он первым направил коня в сторону огней. Увлер, полный нехороших предчувствий, последовал за ним, наблюдая, как постепенно выступают из вечерних сумерек силуэты укреплений и людей.
Страж удивлялся, почему он не может заставить себя забыть о предосторожностях. Он хотел убедить себя в том, что эмералдморцы ему не враги, по крайней мере, пока, но у него не получалось - он воспринимал их как врагов без особой на то причины. И это навевало на него тоску - как Страж Света может мыслить подобным образом?