Овод
Шрифт:
Овод въезжает на заправку, а затем идём в столовую, забитую людьми. Он требует, чтобы я плотно поела, покупает несколько контейнеров с едой на мой выбор, воду и крекеры. Потратив полчаса, возвращаемся в машину. Успеваю осмотреться, вылавливая взглядом автомобили, которые мне кажутся подозрительными. Я так и не сказала блондину, что связалась с Тимом, видимо, он ошибался, когда решил, что мой телефон отследили, потому что сейчас нет даже намёка на преследование, а по пути не встретилась ни одна патрульная машина. Может, того полицейского
Едем дальше, а меня не отпускает мысль, что наши с Оводом истории похожи. Вот только его отец жив, да и мама тоже. Ему есть куда приткнуться, в отличие от меня. Но всё же интересно, насколько тесные у него с родителем отношения.
– Можно вопрос? – Не отвечает, но кивок означает, что Овод даёт добро. – Ты близок с отцом?
– Нет. Почти год не видел. И не хочу, если честно.
– Почему так? Он ведь родной человек, причина твоего появления на свет. Самых близких нельзя вычеркнуть из жизни в одно мгновение.
– Слишком недолго ты живёшь, Цветочек. Иногда есть непреодолимые моменты и люди, которые не желают принимать твоё мнение. И как раз-таки тот факт, что они «причина твоего появления», и является рычагом воздействия.
– Он давил на тебя, чтобы заставить делать то, что ему нужно?
– Да. Но передавил. Пожалел об этом, конечно, но всё уже было сказано и сделано. Я хлопнул дверью и свалил на вольные хлеба. Ничего не взял, ни разу не попросил помощи. Выбирался сам. Всегда. И планирую дальше делать так же.
– А были моменты, когда требовалось его просить?
– Были. Когда в тюрьме сидел.
– В тюрьме?.. – сглатываю, плохо представляя Овода в камере. – За убийство?
– Нет. Кража. Папаша примчался, за ручку адвоката крутого притащил. Он бы условки со штрафом добился, но я родителя послал. Потерял два года жизни.
– Жалеешь, что отказался от помощи?
– Нет. Мне и бесплатный адвокат неплохо помог. Срок дали реальный, но условия были сносные.
Ужасно, что по причине гордости и нежелания принять помощь отца блондин попал за решётку. Утверждает, что не сожалеет, но мне кажется, что лукавит. Несвобода уничтожает человека. И это я знаю по себе.
– А потом?
– Вышел, столкнулся с приятелем, он рассказал про перевозки. Подтянул, замолвил словечко, денег на приличную тачку занял. Отбил я их быстро, потом влился. С тех пор я тот, кого ты видишь перед собой.
Придвигаюсь, заняв место за Оводом, потому что хочу спросить о том, что интригует со вчерашнего дня.
– А когда успел побыть в роли мужа?
– Вот ради чего ты тему подняла, – смеётся, мгновенно просчитав меня. – Сразу после армии. Папаша подобрал «достойную кандидатуру», преподнёс на блюдечке.
– Она была ужасной?
– Нет. Симпатичная, неглупая девчонка, которой приказали
– А разве так бывает? Средневековье какое-то… Человек сам должен выбирать, сердцем. В противном случае ничего не выйдет.
– Я тебя разочарую, Цветочек, но, скорее всего, тебя ждала такая же участь.
– Нет! – возражаю, не веря Оводу. – Папа никогда бы так не поступил, понимаешь? Он на маме по любви женился и даже на Владе.
– Увы, мы этого никогда не узнаем, – задумчиво произносит. – Теперь ты сама решаешь, с кем и в каком направлении двигаться. Главное, Цветочек, не ошибиться, потому что иногда от выбора зависит наша жизнь. В прямом смысле.
– Я не ошибаюсь в Тимуре. Точно.
– Время покажет. Кстати, наступит этот момент скоро.
А точнее, сегодня, но Овод не знает, что я подстраховалась. Главное, чтобы Тим приехал вовремя и увёз меня в новую, счастливую жизнь, где я больше никогда не буду чувствовать себя лишней.
– Последний вопрос: почему ты развёлся?
– Решение было обоюдным. Мы не оправдали надежд семей, точнее, не смогли дать того, чего все ждали. Развод был мирным, если ты об этом. Через год она вышла замуж снова.
– А ты?
– А я оказался в тюрьме.
– Грустная история.
– Это не история – это жизнь, и, как правило, паршивых моментов в ней больше. Необходимо учиться на новом опыте, уметь решать проблемы и адаптироваться к изменяющимся условиям. Элементарный рецепт выживания. Так что учись справляться с трудностями.
– Думаю, мне твой совет не пригодится, у меня будет мужчина, который способен решить проблемы.
– Главное, Цветочек, чтобы он тебя в душе успевал ловить, – щёлкает меня по носу, – иначе свернёшь шею, так и не познав реальной жизни.
Произнеся это, Овод окидывает меня странным взглядом, а затем останавливается. Я расслабилась, чувствуя себя в безопасности, но сейчас вновь накатывает приступ паники.
– Перебирайся вперёд, – хлопает ладонью по сиденью, приглашая занять место рядом.
Молча исполняю приказ, устроившись там, куда он никого не пускает. Не трогаю сиденье, опасаясь сломать что-то в машине и навредить себе.
– Ты же не любишь, когда кто-то сидит рядом.
– Нам осталось ехать два часа, – указывает на экран, где отсчитывается время пути, – сделаю исключение. Кто знает, может, мне понравится.
– Опасно, – хихикаю, – так и до повторной женитьбы недалеко.
– Точно нет. Отношения – это для тех, у кого много нервных клеток, а после двух дней в твоей компании мой запас на критической отметке. Так что, Цветочек, сиди спокойно и постарайся не уничтожить остатки.
Делает музыку громче, а я, подогнув ноги, замолкаю. Неприятное осознание приходит неожиданно: всего два часа, и я его больше не увижу. Никогда.
Глава 10