Овладевание
Шрифт:
– Это опасно, – я покачал головой и вновь тупо уставился в плещущее пламя.
– По мне похоже, что я боюсь опасностей?
– Ты, может и нет, а что Лис? – сам не знаю, пытался ли я отговорить собеседницу или мне просто было интересно.
– Этот балбес сам не знает, чего хочет. Вечно печётся своей миссией, хотя ему прекрасно известно, что его просто отослали подальше. Ему больше некому верить, а ты ведь спас ему жизнь.
– Его спасла ты, ну может Шарлотта, но никак не я. Я просто оказался в нужном месте в нужное время.
– Скромничаешь ты, красавчик, – я не мог посмотреть ей в глаза, не знаю почему. Может, боялся вновь
– В общем, он твоя полная противоположность?
Ишет улыбнулась мне в последний раз, и, послав воздушный поцелуй на прощанье, ушла готовиться ко сну. Сколько я ещё так просидел, уставившись в трепещущее пламя костра?
– Запомни, Максим, ты должен быть предельно осторожным, когда будешь погружаться в субреальность. Каждый твой шаг, может повлиять на действие твоего мозга и организма в целом…
Вот уже битый час, профессор Букинов пытался вдолбить в меня истины. Наставлял, давал советы. Но его речь так сильно была запружена всевозможными терминами и прочими непонятными словами, что до моего мозга доходило от силы процентов двадцать всей информации. Я же не доктор наук, что бы знать всё это!
– И главное, ты слушаешь меня? Главное, не находиться в субреальности слишком долго и помнить, что это всё – не настоящее! Ты понимаешь меня? Ты будешь находиться под постоянным воздействием реалистичных образов, и если разовьётся шизофрения, потом вновь научиться отличать реальность и вымысел может стать невозможным!
– Я понял, я понял, Павел Сергеевич. Не волнуйтесь. Я не первый год увлекаюсь всякими компьютерными играми.
– Не путай, Максим, это абсолютно разные вещи. Пока ты этого не понимаешь, но обязательно запомни мои слова на будущее! – Букинов порылся в каких-то бумагах и, поправив очки на носу, сказал, – пробное погружение устроим послезавтра. Ты закончил тренировки?
– Да, Павел Сергеевич.
– Ты прочитал инструкцию?
– Да, Павел Сергеевич.
– Ты всё запомнил?
– Да, Павел Сергеевич, я готов, как пионер.
– Не забывай. Всё, что ты увидишь – не реально! Ты понял?
– Да, да! Ну сколько можно?!
Утро не принесло ясности. Куда идти по-прежнему никто не знал, и как назло все ожидали от меня каких-то стратегических решений.
– У меня есть идея, – пришла на помощь Шарлотта, которая как раз запрягала лошадей, – У меня есть один старый друг, он живёт прямо на границе со Шрамом, – девушка задумчиво потеребила упряжь, – не знаю, сможет ли это нам помочь, но лучше мыслей всё равно ведь нет.
– Шрамом? – я свернул плед в рулон и затолкал его в седельную сумку.
– Вы с ума сошли? Шрам? – Лисор, оказавшийся неподалёку, явно был не в восторге от этой идеи, – Да там может водиться чёрт знает что!
– Все твари из Шрама давно перебрались в более пригодные для обитания места, – в разговор вступила потягивающаяся Ишет.
– Да что за Шрам-то?
– У тебя есть предложения получше? – Шарлотта оторвалась от своих дел и, повернувшись к Лису, упёрла руки в бока.
– Эм… нет, но, – замялся маг-недотёпа.
– Хватит меня игнорировать! – я потихоньку начинал выходить из себя, – объясните мне, о чём вы.
– Неужели ты никогда
– Нет, раздери вас демоны бездны!
– Это твоё тайное пожелание? – демонесса плотоядно улыбнулась.
– Понимаешь, Торвальд, легенды о Шраме у нас знают даже маленькие дети, – протянул Лис.
– Значит я ещё младенец!
– Ладно, ладно, не кипятись. Даже мы, маги, мало что знаем об этом месте. Ходит много… легенд и историй, одна невероятнее другой. Но и по сей день никто точно не знает, как появилось это проклятое место, – Лис задумчиво уставился на носки своих ботинок, – Там практически ничего не растёт, а обитатели тамошней флоры не могут существовать вне Шрама – это феномен.
– А что ты говорил насчёт фауны?
– Понимаешь, лет двести назад все близлежащий земли донимали всевозможные монстры. В летописях так же указано, что так было и триста и четыреста лет назад. Шрам появился задолго до появления Наэлье. Да что там, задолго до появления человечества на лице Земли.
Вот как, древняя земля…– Но лет тридцать назад всё внезапно затихло. Больше ни одна тварь не сунулась за пределы Шрама. Знающие люди говорят, что их там вовсе больше нет. И никто не знает почему. Раньше всевозможную нечисть туда тянуло, словно пчёл на мёд, и вдруг бах, и ничего, – Лис карикатурно взмахнул руками, изображаю пресловутый "бах", – если быть честным, то для поисков артефакта неизвестного происхождения Шрам – наилучший выбор. А, Ишет мне всё рассказала, – произнёс Лисор, заметив мой взгляд, – и я хочу помочь! Правда! Я обязан вам жизнью. К тому же, мне нужно развиваться, повидать свет.
– Вы спорьте, спорьте, но решение всё равно за нашим красавчиком.
– В самом деле, Торвальд, ведь ты единственный кто может почувствовать, где лежит ключ, ты же сам так сказал, – в конец добила меня монашка.
Я добросовестно попытался прислушаться к своим ощущениям. Ничего. Просто ноль. Да и чего они от меня ожидают, в конце концов?! Я вам пророк что ли.
" – Порой судьба подбрасывают абсолютно безумные решения, которые оказываются единственно правильными."
" – Ая, ведь ты должна знать, где он!" " – Выбор лишь за тобой, мой бравый рыцарь." Её серьёзность напрочь выбила меня из колеи. Ну что ж они за люди такие… Ну ладно, не совсем люди, то есть не совсем все люди, ну то есть. А ладно, все уже поняли, о чём я.– Ладно, решено. Отправимся к твоему другу, Шарлотта. А там… а там видно будет.
Знаете, я стал привыкать к лошадям. Всё ведь лучше чем сбивать ноги, да? Солнце уже перевалило за полдень, продолжая одаривать нас лучами своего тепла. Мы двигались на север, и если вдуматься это чувствовалось. Тепло, конечно, никуда не ушло, лето ведь, но прохладный ветерок, который порой трепал мои волосы, да пасмурность, явственно говорили, что сейчас притащат с севера старуху зиму. Но сейчас небо было чистым, прохладный ветерок – невероятно приятным и освежающим, а щебет птиц ласкал слух. Всё чаще на пути встречались холмы, сначала совсем маленькие, но со временем они увеличивались. Ну что ж, это не удивительно, впереди ведь горы, по крайней мере, так говорит Лис.