Овидий
Шрифт:
Я опёрся об стог сена и с интересом слушал его, а он продолжал:
– Был ещё один король, который с трудом собрал вокруг себя рассыпающуюся империю ящеров, но мы и его убили, хотя это было куда сложнее, чем с первым. Этот держал вокруг себя охрану и не расставался с мечом ни днём, ни ночью. Но однажды он шёл в окружении охраны и ему навстречу вышел хас в балахоне, король даже не понял что перед ним не ящер. Всё было кончено в один миг, а нашего героя ещё целый месяц пытали, прибили к кресту и он умер мучительной смертью. Нам казалось, что
– Как гарпии? – спрашиваю.
– Почему как гарпии? – Удивляется, - гарпии вообще разумны.
– Но они ведь не говорят по-нашему.
– Некоторые говорят, - отвечает он и продолжает. – Гидра, понятное дело, не могла править народом ящеров и стала для них чем-то на подобии культа. Они молились ей, преподносили разные подаяния, приносили в жертву разумных существ. А в ответ она служила их бессменным королём. Ну, иногда ещё участвовала в нападениях, хотя по большей части просто символизировала единство империи.
– Но как же она правит, эта гидра?
– Правит не она, а круг шаманов. Они трактуют все её решения, и вся огромная болотная империя подчинена их воле. А решение у гидры только одно – убить всех мыслящих существ, всех до одного кроме ящеров и населить весь мир ящерами. Гидра «сказала», что больше не будет никаких указаний до тех пор, пока её подданные не воплотят в жизнь её первый указ.
– Серьёзная заявка, - качаю головой.
– С тех пор начались тёмные времена для моего народа. Мы оказались не в силах убить гидру. И наш народ стал вымирать. Последний полноправный вождь хасов был убит несколько лет назад. Пройдёт ещё несколько лет и на свете не останется ни единого хаса.
– Зачем убивать гидру, это же бессловесная тварь? Убили бы их шаманов.
– Мы поначалу активно этим занимались. Трое моих сыновей погибли, убивая шаманов. Но на место одного всегда становился другой, прямо как головы у гидры. И ничего, по сути, не менялось. – И тут он посмотрел мне прямо в глаза. – Сэр Овидий, нам нужен герой способный убить гидру. Нам нужны вы.
«Ты нужен нам, Оби-ван Кеноби», - пронеслось в голове.
– Я? – отвечаю, а сам себе говорю: «Типа сразу не догадался к чему всё идёт». – Да вы её видели, она же, как автобус, чем я могу убить её.
– У нас есть люди, у нас есть оружие. Мы дадим вам всё что надо – только убейте рикшезианскую гидру. Это единственный шанс для моего народа. А мы за это, объявим вас герцогом, верховным правителем хасов. Вы получите всё что пожелаете.
– А вы уверенны, что у вас есть то, что пожелаю я? – начинаю торговаться.
– Скажите, что вам нужно, мы это купим, украдём, мы хасы, мы достанем то, что вам нужно.
– Мне нужно узнать, как вернуться в свой мир, - говорю и вижу, что поставил его в тупик.
– У нас есть
Мы выходим во двор, и тут я снова вижу гарпию. Она смотри на меня своими большими карими глазами и взмахивает ресницами. Я смотрю на неё и опускаю взгляд. Бешено колотит сердце.
«Хватит. Да ладно, она же не человек. Я просто девушек давно не видел».
– Мне нужно всё обдумать, - говорю вождю.
– Обдумайте и примите правильно решение, - Алкин накидывает на спину дублёную шкуру какого-то болотного гада, и обвязывается кожаными ремешками. Гарпия взмывает в воздух, впивается когтями в эту шкуру, поднимет вождя в воздух и пускает его вниз со скалы.
«Гарпийские авиалинии - мы работаем, вы перевариваетесь», - подхожу к краю и смотрю в пропасть. Голова кружится от этой высоты.
Я возвращаюсь в свой сарай и тут слышу за спиной:
– Эу, - в дверях стоит она, гарпия, и смотрит на меня. Чувствую себя неловко. Никогда не оставался наедине с такой красивой девушкой.
Бегло вспоминаю как правильно себя вести с девушками и тут же понимаю, что понятия не имею, как это делать.
«Втянуть живот… а ну да у меня же нет живота… без разницы втянуть кубики пресса. Поправить причёску».
В общем, стою я перед ней как дурак, перебинтованной рукой причёску поправляю и не знаю, как заговорить.
– Рада, что ты жив, поправляйся, - вдруг выпаливает она.
– Что?! – в шоке я, - ты же по-нашему не разговаривала. Не могла же ты так быстро по-человечески говорить научиться.
– Не уметь говорить и не желать этого, разные вещи, - хитро улыбается она. А мне от этой улыбки ещё хуже становится.
«Ну же, давай, думай, как поддержать разговор».
– Ты прости за то, что я тебя тогда по голове ударил.
– Ну… я ведь тебя пыталась убить,- немного смущается она, - так что… Извинения приняты!
– смеётся – Я тоже хороша.
Проклятая улыбка. Стою и боюсь пошевелиться, застыл как статуя.
«Может пошутить».
Вспоминаю народное творчество: «Стоит статУя в лучах заката, а вместо … у ней граната». Нет, это явно здесь не подходит. Попытаюсь так заговорить.
– Присаживайся, чувствуй себя как дома. – Осматриваюсь: затхлый сарай да солома. Да-а, нашёл, куда девушку привести.
«Да что на тебя нашло!» - буквально орёт на меня внутренний голос. – «Соберись тряпка». Он бы и пощёчину мне дал, если бы мог.
Но она послушно садится туда, куда я указал, прямо на солому. Её пышные чёрные как смоль волосы сплетаются с такими же пышными крыльями, а голые коленки она прижимает к своей груди. Я прямо не знаю, на что пялиться: на коленки или на грудь. Или на волосы, так прямо и хочется провести рукой по её волосам.
– Чем ты тут занимаешься?
– пытаюсь выдавить из себя улыбку и задаю тупейший вопрос, который только можно задать в такой ситуации.