Овертайм
Шрифт:
А потом внезапно умер отец Артема, который не смог жить без своей любимой жены, его сердце просто остановилось от тоски, безусловно, в этот момент мне очень важно было находиться рядом с Артемом и поддерживать его. Я больше не подходила к нему, просто молча помогала Насте, молча стояла в сторонке на кладбище и впитывала в себя его боль, чтобы просто он знал, что я рядом. Прошла неделя после похорон, Артем пришел ко мне сам, шла домой и увидела его у подъезда, я сразу поняла, что он выпил, стоял и качался. Родители уехали на дачу, поэтому я его завела в квартиру, он молчал и я молчала. Дала ему полотенце, чтобы он принял душ, молча поила его горячим чаем. И
А потом я в деталях вспоминаю ту сцену, когда я пришла к нему в квартиру, чтобы он только не улетал и не бросал нас, потом вспоминаю аэропорт и задаю себе вопрос: «Можно ли простить?». Наверное, ударь он тогда меня, пусть бы наорал, но выслушал, поговорил бы со мной, я бы его простила, но очень сложно простить, когда из тебя вытряхнули душу и хорошенько по ней потоптались.
27
Мы с сыном прилетаем ранним утром, жду, когда все пассажиры выйдут из самолета и пытаюсь разбудить Мирона, на руках его нести уже очень тяжело, полусонный Мирон радуется морю, которого он еще ни разу не видел.
— Мама, а моле где? — задает мне вопрос сын, когда мы спускаемся по трапу.
— Скоро увидишь, сынок, отсюда не видно море, еще немного нужно потерпеть- в лицо бьет теплый морской воздух, он действительно другой, какой-то легкий, люди спешат быстрее, толкаются, я же намеренно отстаю, чтобы насладиться моментом. Потом мы получаем свой багаж и идем искать свой трансфер до отеля. Сын начинает капризничать, ему жарко, да и дорога его очень утомила. В отель мы добираемся только спустя четыре часа, по своей глупости даже не посмотрела насколько далеко от аэропорта расположен отель. Не знаю, что сыграло роль, понравилась ли я турку с ресепшена или он пожалел моего измученного дорогой сына, но нас заселяют практически сразу, мы заваливаемся спать с Мироном, совершенно не думая о том, что теряем день у моря. Спали мы с Мироном долго, потеряли почти весь день. На телефоне очень много пропущенных. В первую очередь звоню маме и прошу прощения, что сразу не позвонила. Я не думала, что перелет с ребенком меня настолько утомит, звоню Артему, но он не отвечает. Мы с сыном идем гулять по отелю, территория просто огромная, я специально выбирала семейный отель, чтобы были развлечения и анимация для Мирона. На территории отеля есть все, чтобы ребенок не скучал, мы так увлекаемся с Мироном, что возвращаемся в номер только к вечеру. Сын счастлив, что наконец-то искупался в море, а еще полетал с горок аквапарка, потом было целое представление у бассейна для детей.
— Ну вот сыночек, сейчас мы с тобой сходим в душ, переоденемся и пойдем на ужин, а потом спать, сегодня был очень насыщенный день — говорю сыну, открывая дверь в номер, проходим с сыном в комнату и вижу на кровати Артема.
— Артем?!
— Папа! — в один голос с сыном кричим, только я удивлена, а сын счастлив и бежит к Артему, крепко его обнимает и целует. Мирон очень тактильный ребенок, но такие приступы нежности у него случаются нечасто, а сейчас он не может отлипнуть от отца.
— Ты как здесь? — спрашиваю Артема.
— Ты не отвечала на звонки, я очень испугался- прижимая к себе крепко Мирона, отвечает Артем- как же я по вам соскучился, я даже не
— Мы так устали после перелета, что сразу уснули, а потом я тебе перезванивала, ты не брал трубку.
— Я уже был в самолете — совершенно буднично говорит Артем- летел к вам.
— Как ты … так быстро? А как ты узнал что мы именно здесь? — не могу поверить, что Артем сидит передо мной.
— Если захотеть- можно в космос полететь, знала об этом — внимательно рассматривая меня, говорит Артем- я и по тебя безумно соскучился, но ты ведь не дашь себя обнять…Кровать в номере большая, но одна. Мы идем все вместе на ужин, а я до сих пор не могу прийти в себя от внезапного появления Артема.
Сын засыпает за столом, Артем берет его на руки и спустя каких-то двадцать минут Мирона уже не разбудить даже пушками.
— Ты очень красивая, Ариана- Артем жадно разглядывает меня.
— Да, конечно, с облаком на голове — я захмелела от выпитого вина и солнца — ты только посмотри на мою прическу, опять эти кудри, выпрямлять бесполезно, из-за влажности все снова завивается.
— Ты безумно красивая с этим облаком на голове- смеется Артем.
— Идем в номер, я тоже безумно устала- пытаюсь перевести тему разговора- да и тебе нужно выспаться, сколько часов ты летел? Ты надолго?
— Я на два дня, Ариана, завтра нас переселят в другой номер, сегодня такой возможности нет. Поэтому сегодня нужно будет потесниться- Артем встает аккуратно из-за стола, чтобы не разбудить Мирона. А на меня, наверное, неправильно действует морской воздух, не могу перестать любоваться им, он такой красивый, что невозможно оторвать от него взгляд.
— Ариана, прекрати, пожалуйста так на меня смотреть, обещаю в номере дать не только посмотреть на себя, но еще и потрогать разрешу- смеется Артем.
— Больно надо- бурчу я и плетусь за своими мужчинами, невольно ими любуясь.
Артем укладывает Мирона, мы ложимся с Мироном, по краям.
— Поцелуй меня, малышка — шепчет Артем. А я как под гипнозом тянусь к нему через спящего сына и впиваюсь в губы, как самая настоящая пиявка, мы отрываемся друг от друга из-за нехватки воздуха.
— Не гони, пожалуйста, Ариана, не сегодня- едва восстановив дыхание, умоляет Артем- дай мне эти два дня, если хочешь меня наказать, дай мне эти два дня рядом с вами, покажи мне чего я лишился по собственной глупости.
28
— Значит, наш сын сделал первые шаги в восемь месяцев — шепчет Артем- расскажи, Ариана, он капризный был, когда только родился? Часто ли плакал? Болел? Как ты со всем этим справлялась одна?
— Ох, сколько вопросов- смеется в ответ девушка- нет, Мирон никогда не был капризным, Артем. Я даже сейчас на него смотрю, когда он играет со сверстниками, он какой-то для меня особенный, кажется, что он не по возрасту старше других мальчишек, а умом. Или это уже моя материнская, слепая любовь.
— Ты самая потрясающая мама для нашего сына, Ариана — проводит костяшками пальцев по щеке и аккуратно заправляет за ухо выбившуюся прядь.
— Не подлизывайся! Так вот, я никогда не была одна, мама и папа всегда были рядом, поддерживали меня. А потом как-то в магазине столкнулась с Дарьей Сергеевной, Мирону тогда было три месяца. Она тогда так внимательно на него посмотрела, но не спросила чей он. А на следующий день они уже стояли на пороге нашей квартиры с Максимом Леонидовичем.
— И что, твой отец не спустил их с лестницы- смеется Артем, а Ариана зависает и любуется им, но, чтобы не показать виду, она говорит.