Отзвуки эха
Шрифт:
– Хорошо, я позабочусь об этом.
– Мы будем вам очень признательны.
Еще несколько секунд я смотрел на грузную фигуру, тяжело ступающую по дорожке, потом захлопнул дверь и вернулся в дом.
– Это будет повторяться каждый месяц? – усмехнулась Энн. – А я-то думала, что первые два раза не в счет.
– Видимо, он таким образом проявляет беспокойство о своих деньгах, – предположил я, – или, вернее, о деньгах жены. Если верить Фрэнку, именно она владеет всей недвижимостью.
– Милый старина
– Не нравится мне этот Сентас, – задумчиво проговорил я.
– Это ты как медиум говоришь? – Энн подняла на меня смеющиеся глаза.
– Дорогая, ты разговариваешь со мной как с капризным ребенком.
– А ты и есть большой капризный ребенок. – Энн уже не смеялась.
– Вовсе нет, – я счел нужным обидеться, я не считаю свое поведение ни капризом, ни чудачеством.
– Тогда не придавай своему новому дару так много значения. Ты слишком впечатлителен.
– По-моему, из нас двоих излишне впечатлительна именно ты, – сделал я неудачную попытку съязвить.
– Тебе не кажется, что у меня для этого есть повод? – раздраженно спросила Энн.
– Я знаю, тебе тяжело, но...
– Но ты получаешь удовольствие, и это главное.
– Милая, давай не будем спорить. – Мне пришлось срочно искать пути к примирению. – Мы еще немножко подождем, посмотрим, что будет дальше. А если ты будешь пугаться или волноваться, я пойду к Алану Портеру. Согласна?
– Том, это ты волнуешься и пугаешься.
– Хорошо, тогда я еще немного повременю, – решил я. – Признаюсь честно, мне очень любопытно. А тебе нет?
Энн долго думала, но наконец кивнула:
– Пожалуй... это довольно необычно, не отрицаю... Но наша жизнь стала совершенно непредсказуемой. Все летит под откос. Разве игра стоит свеч?
– Дорогая, я сумею вовремя остановиться и не допущу ничего непоправимого, можешь не сомневаться.
Перед сном я попросил Энн попытаться припомнить все, даже мелочи, происходившие в тот вечер, и подумать, какие именно слова Фила могли привести к таким непредсказуемым последствиям. Мы очень долго перебирали и обсуждали каждый пустяк и, по-моему, кое-что нащупали.
Речь шла о двух на первый взгляд несущественных деталях. Разумеется, мы не могли быть ни в чем уверенными. В подобных вопросах вообще не бывает ничего однозначного. Но что-то было не так.
Одна реплика была произнесена, когда я старательно оживлял в памяти картинки из детства. На чей-то вопрос Фил ответил: «Возможности человеческого мозга безграничны. Он способен творить чудеса».
А другая фраза была сказана Филом уже в самом конце, когда он выводил меня из гипнотического транса. Именно она, по-моему, содержала в себе ключ к разгадке. Он сказал: «Твой разум свободен, абсолютно свободен. Тебя больше ничто не связывает».
Наверняка
Но только в случае со мной она сработала неправильно.
Я задыхался. Проснувшись, я сел на кровати, хватая ртом воздух, сердце отчаянно колотилось, лицо и шея покрылись холодным липким потом.
Она явилась снова.
Я сидел на кровати, тщетно уговаривая себя встать. И пойти в гостиную. Однако это оказалось выше моих сил. Я не мог заставить себя даже шевельнуться. Сила воли, которой я всегда гордился, очевидно, покинула меня. Мысленным взором я отчетливо видел женщину в черном, стоящую у окна, но не мог решиться встать, выйти из спальни и оказаться с ней один на один.
– Опять?
Я испуганно взглянул на проснувшуюся Энн. Сердце стучало так, словно готовилось пробить грудную клетку и выскочить из груди. Во рту пересохло. Я с трудом сглотнул, со свистом втянул в себя побольше воздуха и едва слышно прошептал:
– Да.
– И... она там?
– Да.
Я почувствовал, что Энн тоже старается унять дрожь.
– Том, что она хочет?
– Не знаю. – Я не мог не отметить, что мы оба уже воспринимали эту женщину как объективную реальность.
– Ой! – Мне показалось, что Энн всхлипнула. Я придвинулся ближе, чтобы коснуться ее, и понял, что она изо всех сил зажимает рукой рот, кажется даже вцепившись в нее зубами. – Энн, Энн, – горячо зашептал я, – не волнуйся, она не сможет причинить нам зло.
Энн отдернула руки от лица и почти закричала:
– А какого черта ты здесь делаешь? Так и собираешься лежать в постели и прятаться под одеялом? Ты только днем храбрый и любопытный? Если она действительно там и если она – то, что ты говоришь...
Словно испугавшись, что незваная гостья в гостиной ее услышит, Энн замолчала. Думаю, в какой-то момент мы оба перестали дышать. Я смотрел на темный силуэт Энн и чувствовал, что мое сердце прекращает бешеную скачку и начинает биться медленно и тягуче.
– Энн, послушай...
– Что еще?
– Ты ведь тоже не веришь Филу, правда?
– А ты веришь?
Только теперь я понял, что так и не смог заставить себя поверить Филу. Потому что он ошибался. Это была не телепатия. Это было что-то другое.
Но что?
Глава 7
В среду вечером мы собирались на ужин. Энн сидела на кровати и причесывала Ричарда, я переодевал рубашку.
– Ты расскажешь Фрэнку и Элизабет о своих приключениях?