Отсутствует
Шрифт:
Да и в потертых джинсах и старых ботинках из плотной кожи было куда удобнее путешествовать, чем в комбинезоне.
Я мельком взглянула на свои замерзшие пальцы, торчащие из тёплых кожаных перчаток и вспомнила, что выходя из Цитадели и посмотрев на далекие серые ворота в окружении красных балок, я едва сдержалась от стона - как же я не хочу заставлять Рэя волноваться... Но у меня ведь не было выхода. Я должна, должна ехать... Я должна помочь моему Догмиту.
Я посмотрела в сторону и совсем недалеко отсюда увидела очертания Мемориала Джефферсона, а дальше по берегу, за трубами проекта "Чистота", я увидела очертания Ривет-сити.
Мы
Небольшой двух этажный паром из дерева был пришвартован возле причала. На первом этаже парома находился закрытый капитанский мостик и каюта. Второй этаж был открытым. Там стояли лавочки и металлические столики. Над ними был сделан довольно крепкий навес. Чёрный дым струился из нескольких тонких труб, поднимающихся с парома. А за рекой, где на воде покачивался паром, я видела тысячи разбитых домов мёртвого города. Такой же пейзаж был у меня за спиной.
Некоторое время я смотрела на паром и кусала губы, раздумывая о том, что мне следует спросить у торговца о Поинт-Лукауте.
Наконец, я спустилась к реке, забралась на дощатую поверхность пристани и направилась вперёд.
Я увидела на причале женщину лет сорока в холщовой одежде с взлохмаченными тёмно-коричневыми волосами. Заметив меня, незнакомка ринулась ко мне.
– Эй!
– кричала она мне, махая рукой.
– Эй...
Я в замешательстве остановилась, глядя на женщину с осунувшимся лицом и печальным взглядом.
– Скажи, ты едешь в Поинт-Лукаут?
– запыхавшись, спросила женщина.
– Если да, то мне очень нужна твоя помощь!
– Да, еду, - сказала я, опуская глаза и глядя на улегшегося у моих ног Догмита.
– А что случилось?
Женщина перевела дух, положив руку на сердце.
– Моя единственная дочь пару недель назад уплыла на "Герцогине Гамбит", - женщина указала на паром.
– И я с тех пор места себе не нахожу. Ах да, я Кэтрин...
Я удивленно посмотрела на женщину и сочувственно улыбнулась. Кэтрин... Надо же. Мою маму тоже звали Кэтрин. И я тоже была её единственной дочерью.
– Очень приятно, - ответила я.
– Кайли.
Кэтрин кивнула мне.
– Кайли, послушай, я ничего не слышала о дочери, с тех пор, как она покинула Столичную пустошь, - сказала Кэтрин, снова глядя на меня. Женщина выглядела несчастной.
– Если ты туда отправляешься, может быть, ты поищешь её? Прошу тебя, я на всё готова.... Я уже не знаю, что мне делать...
Женщина закрыла лицо дрожащей рукой, начиная плакать. Я сочувственно вздохнула и положила руку ей на плечо.
– Хорошо, я...поищу её....
Я посмотрела в сторону парома. Ну вот, как чувствовала, что мне точно предстоит отправиться в Поинт-Лукаут.
Кэтрин
– Благослови тебя Бог!
– прошептала она, не сдерживая радостной улыбки.
– Её зовут Надин. Она сбежала две недели назад. Сказала, что хочет посмотреть мир. Вот же дурочка!...
– Кэтрин с тоской покачала головой.
– Этот Тобар, паромщик, сказал, что высадил её в Поинт-Лукауте, но кто знает, где она теперь?...
– Надин опустила руку в карман своего холщового платья и достала оттуда сложенный лист мятой бумаги.
– Если вдруг ты найдёшь её, но не сможешь убедить её вернуться, то прошу, хотя бы просто передай ей моё письмо.
– Хорошо, я передам ей письмо, если найду её, - сказала я, принимая сложенный листок бумаги из теплых шершавых рук Кэтрин и пряча его за пазуху.
– А как выглядит Ваша дочь?
Кэтрин закивала, а затем ответила надтреснутым голосом.
– Она чуть постарше тебя, ей двадцать пять, - сказала она, быстро оглядывая меня.
– Когда она уходила, волосы у неё были выкрашены в рыжий цвет. Она среднего роста и носит короткую стрижку.
– Кэтрин опустила грустный взгляд.
– Она сказала, что хочет пойти и попытать счастья в жизни, а я сказала, что это очень опасно, и я никуда её не отпущу. И зачем я только это сказала?...С тех пор её побег стал только делом времени.
– Хорошо...Я поняла, - ответила я, задумчиво кивая.
– Я постараюсь найти её. А Вы вообще знаете что-нибудь про Поинт-Лукаут?
Кэтрин пожала плечами.
– Знаю, что там растёт этот фрукт, панга, - сказала женщина, хмурясь и задумчиво кривя рот.
– Тобар теперь возит её сюда на продажу, и уже отлично наварился на этом. Ещё я слышала, что там сплошная трясина и заросли из ядовитых растений... Господи, надеюсь, что с Надин всё в порядке... Кайли, прошу тебя, найди мою дочь!
Я в ужасе уставилась на женщину, кривя рот. Ч...что-что там в трясине? Ядовитые растения? Так, стоп - у меня всё равно нет выбора. Вон уже кто-то туда поехал, подумала я.
"И не вернулся", - шепнул голосок где-то на заднем дворе моего сознания. Меня всю аж перекосило от этой мысли, но я тут же отмахнулась от страхов, мучающих меня.
Кто смел - тот побеждает, так что вперёд.
– Я постараюсь, - сказала я, стараясь ободряюще улыбнуться.
Кэтрин махнула мне рукой и так осталась стоять на пристани, глядя в сторону парома. Я развернулась и отправилась в сторону паромщика, который стоял на палубе, раскуривая сигарету.
Я зашла на судно по узкому мостку и огляделась.
Ржавые двери с сеткой на окошках вели в каюту. Старые коробки, мешки и стопки газет стояли то тут, то там на палубе. Я услышала шаги и обернулась. Ко мне направлялся высокий рыжеволосый мужчина в зелёной куртке и клетчатом шарфе на шее. На голове у него была кепка, а на шее висела веревка с ключиком. У мужчины было доброжелательное лицо с длинными рыжими усами. Но каким бы доброжелательным он ни казался, его ярко-голубые глаза показались мне очень хитрыми.