Отсутствует
Шрифт:
Комната, в которую я зашла, была совсем плохо освещена, и мне понадобилось время, чтобы найти выключатель на грязной стене, позволяющий зажечься старой плоской лампе на потолке. Два узких, пыльных стола стояли у стены рядом с испачканной прозрачной ширмой, за которой виднелись металлические тумбы.
На тумбах покоились шприцы, пинцеты и пыльные резиновые жгуты. Старое, выключенное медицинское оборудование находилось позади двух операционных столов из тёмной мягкой кожи.
Я медленно подошла к тумбе, двигаясь как во сне, прошла мимо большого стального ящика с выдвижным
Я тихо выдохнула, осмотревшись в этом маленьком помещении. Я снова прошлась по комнате, положила руку сначала на один операционный стол, затем на другой и закрыла глаза.
Может эта комната именно та, в которой я появилась на свет?
Тогда на одном из этих столов лежала мама. На одном из них она умерла.
Эта мысль мелькнула у меня так неуверенно, словно слабый огонёк, но я не хотела отпускать её. Сжимая голодиски в руках, я до боли прикусила губу. Здесь, в этом помещении, в этом здании жили мои родители. Моя мама, которую я никогда не видела. Эти мгновения, что я находилась здесь, вызывали такие прозрачные чувства и эмоции, что я начала бояться, что их совсем нет. Мне стало как-то не по себе. На меня навалился беспричинный страх, и я вздрогнула, когда услышала голос у себя за спиной. Я обернулась и увидела Рэя.
– Уф, Смит, ты чего это здесь прохлаждаешься? Мы ещё двоих успели завалить. Надо бы проверить дальние помещения...Эй!
Рэй замолчал, его запачканное грязью аристократичное лицо на мгновение стало удивлённым. Он уставился на меня, глядя на то, как я, витая в своих мыслях, смотрю на него в ответ.
– Ты спишь что ли?
Я покачала головой, опомнившись. В душе саднило. Я отвела взгляд и нахмурилась.
– Нет...я, мм, всё хорошо. Идём. Я нашла ещё кое-какие голодиски, надо их всех прослушать...
Рэй прищурился, с подозрением глядя на меня. Я в очередной раз начала краснеть под его пронзительным взглядом.
– Что?
– спросила я, разведя руками.
– Нет, ничего, - спокойно ответил Рэй, качнув головой.
– Короче.
– Наёмник указал большим пальцем себе за спину.
– Мы с Эмбер и Джоном двинем в дальние помещения, посмотрим, что там. Что-то мне подсказывает, что нас там уже поджидают. Здесь мутантов больше нет, так что можешь пойти проверить жилые комнаты.
– Да, хорошо, - растерянно ответила я, теряясь под пронзительным взглядом Рэя, тот снова с подозрением прищурил глаза. Наёмник уже открыл рот, чтобы спросить что-то у меня, но его отвлёк механический голос Джона.
–
– Да, да. Иду, ведро, - задумчиво ответил Рэй, всё ещё глядя на меня.
Ничего больше не сказав мне, он вышел из комнаты.
Я вышла в коридор и направилась в сторону жилых помещений.
Я вышла в коридор и направилась в сторону жилых помещений.
Центральный зал технических помещений был заставлен старыми двухъярусными кроватями, деревянной и металлической мебелью и старой техникой.
Я прошлась по жилым комнатам. В самом дальнем коридоре я зашла в последнюю комнату и была удивлена. В моём сердце расцвела надежда. Кажется, кто-то был здесь не так давно.
Мягкий теплый свет разливался по уютной комнатке, где у одной стены стоял деревянный стол с настольной лампочкой, книгами и записями, у другой - аккуратно застеленная кровать. В дальнем углу стоял шкаф, у кровати стояла тумбочка.
Я улыбнулась, оглядываясь в комнате. На письменном столе я заметила коробки с голодисками. Сердце заколотилось в груди, и дыхание перехватило, когда я увидела на коробках с голодисками надписи. Это был папин почерк. Рядом лежала шариковая ручка.
Я подхватила со стола голодиски и уселась на кровать, чтобы прослушать их.
Дрожащими руками открыла коробку с подписью "Личные заметки по проекту "Чистота" (5)" и вставила голодиск в Пип-Бой, затем включила воспроизведение.
Как только воспроизведение началось, первым, что я почувствовала - была глухая боль, словно куском стекла воткнутая в сердце. Я слышала голос отца, и внутри меня леденила скорбь.
"Даже обитая в Убежище 101, я ни на мгновение не прекращал работу над проектом. Вскоре после нашего прибытия, я начал делать вылазки в запретные секции Убежища. Я знал, что если Смотритель меня поймает, то мне грозит худшее, но я не мог не рисковать. Я пробирался в технические помещения, я искал...*треск, затем вздох Джеймса* ...сам не знаю, что именно. Что-то, что, наверное, могло бы дать мне какой-то ответ на то, что я не смог до конца осуществить свой проект. В конце концов, мы находились в Убежище, построенным самими Волт-Тек, и при построении Убежища использовались самые передовые технологии. Я знал, что возможно что-то может знать Смотритель и...однажды ночью, после полбутылки скотч-виски, я забрался в кабинет Смотрителя. Взломать его терминал не составило для меня никакого труда. В основном, там был один мусор: шпионские отчёты, пропаганда, просто поток сознания... Но вскоре я наткнулся на кое-что интересное. Я увидел имя... Имя одного из самых великих учёных, о которых я знал. Станислас Брон. Этот человек был выдающимся учёным, волшебником, что на протяжении многих лет с честью служил Волт-Тек и работал с ними...Именно это стало первой зацепкой..."