Отступник

Батчер Джим

Блин-тарарам.

Мое воображение обрисовало будущий кошмар. Морган сражается против несправедливости системы. Вспыхивают боевые действия, создавая конфликты между различными группами чародеев. Совет, в конце концов отследив перечисление денег, обнаруживает Лару на другом конце, и предпринимает попытку снова объединить чародеев под угрозой общего врага. Военные действия с вампирами вспыхивает с новой силой. Красная Коллегия, видя, что недостаточно скоординированный Совет бросается в битву с Белой Коллегией, внезапно атакует, сокрушая Совет. И после этого все заканчивается

героической последней битвой.

Блин-тарарам, конечно.

— Мы играем друг против друга, — сказал я.

— Мой вывод точно такой же.

Еще пара кусочков встали на место.

— Мадлен, — сказал я. — Она заполучила этого Арамиса и вынудила его предать тебя.

— Да, — прошипела Лара. Едва сдерживаемая, полностью нечеловеческая злость наполнила ее ровный, контролируемый голос. — Когда я поймаю ее, я вырву ей внутренности голыми руками.

Что покончило с проблемой моих гормонов. Я вздрогнул.

Я видел Лару в действии. Я никогда не мог решить, была ли она самой прекрасной из ужасающих вещей, что я видел, или она была самой ужасающей из прекрасных вещей, что я видел.

— Ты можешь попытаться заглянуть в отель Сакс, номер двести-тридцать три, — сказал я. — Если я прав, ты найдешь там тело Мистера Арамиса. Мадлен работает на кого-то, на мужчину. Она не сказала ничего, что могло бы помочь его опознать. Ты также должна знать, что она пользуется услугами наемника по имени Переплетчик. Он конечно не космический специалист, но достаточно умен, чтобы представлять опасность.

Лара помолчала секунду, а потом сказала:

— Как ты это узнал?

Потрясающе.

— С помощью магии.

Я услышал, как она заговорила с кем-то в комнате. Затем она вернулась к телефону и сказала:

— Если Арамис мертв, Мадлен завязала свободный конец в своем плане. Будет невозможно обеспечить надежные доказательства, что я на самом деле не платила за убийство ЛаФортиера.

— Да. Именно поэтому они и сделала это.

Я услышал, как она выругалась, но все еще как леди.

— Что мы будем делать, Гарри?

— У тебя есть красивое платье?

— Пардон?

Я обнаружил, что маниакально ухмыляюсь.

— Я устраиваю вечеринку.

*

Пришлось набирать номер телефона Томаса четыре раза, прежде чем установилась связь. Мгновение висела тишина. Затем Томас заговорил грубым, надорванным голосом.

— Гарри?

Мое сердце практически остановилось, когда я услышал голос брата.

— Томас. Как дела?

— Ох, — проскрежетал он. — Я просто болтаюсь без дела.

Я прежде видел Томаса в агонии. Его голос тогда звучал точно так же.

Из телефона послышались различные помехи, и затем воющий урчащий голос перевертыша раздался на линии.

— Он здесь. Он жив. Пока что. Отдай мне обреченного воина.

— Хорошо, — сказал я.

На том конце провода на минуту возникло оцепенелое молчание.

— Приведи его ко мне, — сказал он.

— Нет. Этого не будет.

— Что?

— Ты придешь ко мне.

— Ты хочешь, чтобы я сейчас же покончил с его жизнью?

— Откровенно, Лохматый, мне наплевать, — сказал я,

прибавив моему голосу скуки. — Было бы неплохо иметь возможность возвратить одного из вампиров своим, заметив, что я могу как-нибудь им позвонить с ма-аленькой просьбой. Но мне это не нужно. — Я остановился. — С другой стороны, тебе нужно, чтобы Томас был живым, если ты ждешь, чтобы я обменял его на Моргана. Потому что произойдет это так. В сумерках ты свяжешься со мной по этому телефону. Когда ты прибудешь, ты покажешь мне вампира, живого и невредимого, и когда он вернется ко мне, ты получишь Моргана без препирательств.

— Я не какая-то смертная мразь, которой ты можешь командовать, недоучка, — вскипел от злости Вонючка.

— Нет. Ты бессмертная мразь.

— Ты слепой, плотоядный червяк, — прорычал Вонючка. — Кто ты, чтобы так говорить со мной?

— Червяк, у которого есть то, что тебе нужно, — сказал я. — Сумерки. Держи телефон под рукой.

Я повесил трубку.

Сердце стучало о грудную клетку, и холодный пот проступил. Я обнаружил, что трясусь от страха за Томаса, от усталости, от реакции после разговора с Вонючкой. Я прижал больную голову к трубке телефона, надеясь, что я не покончу с жизнью брата.

Еще один звонок.

Белый Совет чародеев использует телефонную связь также как и все остальные, хотя и гораздо больше для служебных звонков. Я позвонил в штаб-квартиру, продиктовал пароль для прохода системы безопасности, и попал к одной из исполнительных ассистенток, строгой молодой женщине, не до конца завершившей обучение.

— Мне нужно, чтобы вы передали сообщение каждому члену Совета Старейшин, — сказал я ей.

— Очень хорошо, сэр, — ответила она. — Какое сообщение?

— Передайте слово в слово. Хорошо?

— Да, сэр.

Я прочистил горло и заговорил.

— Сообщаю, что в течение последних двух дней я предоставлял убежище от обнаружения и захвата Стражу Дональду Моргану. Осведомитель пришел ко мне с деталями того, как Страж Морган был подставлен в убийстве члена Совета Старейшин ЛаФортиера. Страж Морган невиновен, более того, я могу доказать это. Я хочу встретиться с вами сегодня, на неотмеченном на карте острове на озере Мичиган на востоке от Чикаго на закате. Будет присутствовать информатор, и он предоставит свидетельские показания, которые оправдают Стража Моргана и откроют истинного виновного в преступлении. Позвольте выразиться совершенно ясно. Я не буду сдавать Моргана мнимому правосудию Совета. Приходите с миром и мы во всем разберемся. Но если вы придете в поисках драки, будьте уверены, я сделаю вам одолжение.

Ассистентка начала издавать потрясенные звуки после первой же моей фразы.

— Подпись: Гарри Дрезден, — сказал я.

— Эм. Да, сэр. Дол… Должна ли я прочесть вам сначала?

— Пожалуйста.

Она прочла. Я услышал звуки движения на заднем фоне вокруг нее, но по мере того, как она читала это вслух, все звуки замерли. Когда она закончила, она спросила слегка слабым, тусклым голосом:

— Я все правильно записала, сэр?

По ту сторону линии комната взорвалась перешептываниями, взволнованными и низкими.