Отсчёт. Престол

Голобокова Мария

– Своим рождением я убил мать, – с печальной улыбкой заговорил Росэр. – А отца видел раз или два за всю жизнь и плохо его помню. С Римией, моей сестрой, у нас были разные отцы, и, когда мать умерла, сестра стала первой наследницей, а бабушка – регентом при ней. С сестрой мне посчастливилось жить бок о бок под заботливым крылом бабушки, которая, пожалуй, относилась к нашей безопасности чересчур щепетильно. Только взойдя на престол в свои пятнадцать, когда сестра отказалась от прав на корону, я узнал, что над нашим родом словно навис злой рок или проклятие – никто из

наследников не доживал до тридцати. Римию он не обошёл стороной. Мне же, вероятнее всего, не без помощи Грассэ, повезло.

Значит, в том, что Росэр был совсем один, я не ошиблась. А ещё стало ясно, почему он не видел ничего плохого в том, что Талиссия в столь нежном возрасте примет на себя бремя власти.

– Ваша сестра была магессой?

Ответ на этот вопрос я и так знала, но хотелось повернуть разговор в нужную сторону – узнать больше о семье Росэра. И о тех недостающем кусочке истории, что была уже известна мне, – о магистре Янкеле Раджети из приграничной крепости, из жажды силы пожертвовавшим женой.

– Римия полюбила колдуна, она казалась такой счастливой, что я нисколько не жалел о том, что занял трон вместо неё. Признаться, с самого начала я не видел себя в этой роли, но ради счастья сестры был готов наступить на горло своим интересам. А она ради своей любви – отдать дар.

– Она?..

– Грассэ говорит, что Янкел убил её, но я этому не верю. – Взгляд, обращённый ко мне, был отчего-то виноватым. – Янкел был Раджети, псом короны, а это настолько въедается в кровь, что ни вырезать, ни выжечь. И то, каким Раджети является ваш отец, только подтверждает правило. Везде бывают исключения.

Рассмеялась в ответ. Действительно, отца можно было назвать исключением из многих правил. Но, раз уж Янкел был псом короны, Росэр знал его лично, и потому его слова имели вес. Зачем только отец соврал Кирино?

– Моя сестра не была столь глупа, чтобы жертвовать даром в раннем возрасте ради недостойного человека.

Вопрос о том, могли ли её взять силой, я вовремя проглотила. Он был бы нормальным в разговоре с Таши или Киром, где допустимы различные предположения и рассуждения, однако топтаться на горе Росэра было неправильно. Не только потому, что он пока ещё оставался королём, но также из банальной вежливости.

А потом я вспомнила, что в этой крепости уже долгое время, до появления в ней Кирино как магистра Кирэя, служил капитаном Ольхо. И Янкела могли убить, взять под контроль его тело и сделать с бедной Римией что угодно. Совсем как с Ларом. Догадывались об этом Кир с Грассэ или нет?

– Ваша очередь, – улыбнулся Росэр.

Дальнейшее случилось стремительно. Я дёрнулась в сторону и призвала серп скорее инстинктивно, словно почувствовав заранее, прежде чем что-то произошло. Вот Росэр стоял в паре шагов, вот блеснула сталь в отсветах магических огней, вот – нарастающий писк, следом мелькнувшая чёрная тень и звон металла о металл. Я среагировала на вдавившийся в уши звук, неприятный и знакомый, въевшийся в подкорку, предположив покушение на короля. На деле же всё оказалось несколько… иначе.

Стилет, крепко стиснутый рукой короля,

был направлен точно в мой глаз, ещё бы чуть-чуть, и я лишилась… лишилась бы, не возникни между Росэром и мной Таши, чей кукри упирался в гарду тонкого кинжала, блокируя удар. И не сказать, что я сама сработала из рук вон плохо, серп был приставлен к горлу мэтра. Но угрозу распознала неверно.

И ведь умела же чувствовать, когда в тенях поблизости именно Весташи, так нет – разволновалась, не сообразила сразу. С другой стороны, он мог с тем же успехом в самом деле попытаться убить короля, мало ли по какой причине ему потребовалось бы это сделать. Но всё же от сердца отлегло, когда поняла – мэтр кинулся не убивать, а защитить меня.

И только когда взбудораженное состояние потихоньку стало уступать место рациональной логике, до меня дошло – король целился со знанием дела, предполагая, как я буду уворачиваться, намереваясь как минимум ранить. Не замешкайся я из-за непонятной тени, оказавшейся Таши, подумай в первую очередь о своей шкуре, то успела бы скрыться в тенях вместо того, чтобы уклоняться. Но если бы не услышала писк – вряд ли бы вообще стала двигаться с места, то есть Росэру без труда удалось бы совершить задуманное.

– Теперь вы ручная тень Таэ, я полагаю? – Медленно отступив, Росэр неуловимым движением спрятал стилет – наверное, куда-то в рукав.

Горло, как назло, сдавила когтистая лапа страха, и сердце забилось раза в два чаще, хотя, казалось, и так взвинчена до предела. А ведь стоило хотя бы поинтересоваться, что это вообще было и зачем. Неужто король тоже почувствовал чужое присутствие и решил выманить мэтра таким своеобразным образом? Но тогда ему должно быть известно о Таши несколько больше, чем имя или профессия…

Впрочем, у Роса было предостаточно источников информации – как минимум Грассэ и Талиссия. Девчушку не стоило списывать со счетов только потому, что она мило играла с мэтром и пыталась всячески меня с ним свести.

– Рад иметь возможность вновь говорить с вами. Талиссия много о вас рассказывала, упоминая, что вы довольно близки с Таэ.

Весташи не опускал кукри и из боевой стойки не выходил, тогда как я, немного помедлив, всё-таки отозвала серп. Приятно, что он меня защищал, но, демоны раздери, как же обидно не справиться самой. А ведь наивно полагала, что могу.

– Не ждите манер и почтения. – Таши со свистом выдохнул и зачесал пятернёй волосы, отводя оружие в сторону.

– И не надеялся. Вы всё-таки мэтр Лиги, пусть и бывший.

Я вздрогнула от того, каким тоном произнёс это Росэр, хотя на его лице был изображён искренний детский интерес.

– Прошу простить мне неподобающее поведение, сеньорита Ашэ. – Он чуть наклонился вперёд, обозначив извиняющийся поклон. – Уверяю вас, я не собирался вам вредить и вовремя бы остановил клинок. Рад видеть, что у телохранительницы моего советника есть собственный телохранитель. Или вы, мэтр Журавль, тоже защищаете интересы Таэдо, и потому заботитесь о сохранности его невесты?