Отрок московский
Шрифт:
– Эй, ты о чем задумался? – толкнула его локтем Василиса.
– Да так… – уклончиво ответил ученик Горазда. – Ты что-то говорила про короля?
– Ага! Я тут стараюсь купца нашего разговорить, а ты вылупился в стенку и улыбаешься, будто пыльным мешком по голове пристукнутый… – зашипела она.
– О чем беседуют мои благородные спасители? – Андраш отпустил старшего охранника.
– О том, что допросить разбойничка лучше утром, – лучезарно улыбнулась Василиса. – У нас говорят: утро вечера мудренее.
– А у нас говорят… – покачал головой
Девушка зарделась пуще прежнего. А Никита ощутил мгновенный приступ ненависти к говорливому купцу. Ишь ты! Седина в бороду, бес в ребро… Он уже собирался было сказать какую-нибудь резкость, не считаясь с почтенным возрастом и, несомненно, высоким положением Андраша, но подоспевший Молчан, тащивший пузатый кувшинчик, отвлек парня.
– Ваше вино, почтенные, – процедил сквозь зубы корчемник. От желчи, разлитой в его голосе, это самое вино могло запросто скиснуть. – А вот и яичница поспела…
Вихрастый конопатый мальчишка подтащил, придерживая сложенным вчетверо полотенцем, широкую сковороду. Поставил посередке стола.
Обрадованный Андраш не обратил внимания на недовольную рожу Молчана. Разлил вино – красное, будто кровь, – по кружкам. Провозгласил:
– Egeszsegere! – И перевел на русский: – Ваше здоровье!
Никита хмельного не любил. Пробовал пару раз, но не находил в опьянении какого-то особого удовольствия. Поэтому он просто пригубил благородного напитка, оказавшегося неожиданно сладким и густым, наподобие взвара.
– Э-э-э… Так не годится! – возмутился мадьярский купец. – За здоровье пьют до дна! Или ты меня, harcos [69] Никита, обидеть хочешь?
Пришлось допить. Попав в голодный с раннего утра желудок, вино разлилось горячей волной. Закружилась голова.
Андраш немедленно разлил еще по одной.
– А скажи, harcos Никита, пойдешь ко мне в охранники? – льстиво улыбаясь, проговорил купец.
Ученик Горазда тряхнул головой:
– Не пойду.
– Почему?
69
Воин (венг.).
– Я не нанимаюсь торговцев охранять.
– А на что же ты живешь? – искренне удивился Андраш. – Кому служишь?
– Руси служу, – твердо отвечал парень.
– Глупости! – Наниматель поднял кружку, призывая сидящих за столом присоединиться к нему. – Служат князю или королю. Иногда нанимаются, как это… в охрану… к торговым людям… – Он отхлебнул, отер рукавом усы, подцепил изящной серебряной вилочкой здоровенный кус яичницы.
– Не все за деньги купить можно, – коротко бросил Улан.
– Igen? – повел бровью купец. – Ezust… серебро то есть… все решает.
– А честь? Честь баатура?
– Толку от чести, когда vminek… э-э… зад голый? Прости, hоlgy Василиса… Рыцарь служит королю. Дружинник – князю. Нукур служит нойону или хану. Нельзя служить земле. За что кольчугу и меч купить?
– Если никто не пробовал, это не значит, что нельзя, – сказал Никита и сам себе поразился. Никогда уверенные и значительные речи не входили в число его достоинств. Или это вино подействовало?
– Igen? – Купец пожал плечами. Отхлебнул еще. – Egeszsegere!
– А кому ты, почтенный Андраш, коня везешь? – вдруг прямо в лоб спросила Василиса.
– Коня? А… Aranyos… Нравится? Красавец.
– Ты ведь в подарок его кому-то приготовил, так ведь? – смолянка прищурилась.
– Jaj! – воскликнул Андраш, в притворном ужасе сжимая голову ладонями. – Несчастный тот княжич, который твоим мужем будет, hоlgy Василиса!
– А все-таки? Ливонцам или Витеню?
– Ты как догадалась, hоlgy Василиса? – Багровые щеки мадьяра побелели. – Про то знать никто не знает. И не положено никому знать… Rejtely! Тайна!
– Ладно, почтенный Андраш… – Девушка развела руками. – Не хочешь говорить – не надо. Только на Руси умных больше, чем ты думаешь. И не одна я такая догадливая. – Она подмигнула купцу и пригубила вина.
Тот забурчал что-то невнятно.
– Ur! Bajok [70] ! – Откуда ни возьмись у стола вырос горбоносый Дьёрдь. Его лицо выражало озабоченность и даже, к удивлению Никиты, испуг.
– Mi kell? – вскинулся Андраш.
Охранник залопотал что-то по-венгерски, бросая косые взгляды по сторонам.
70
Беда (венг.).
Никита следил, как мрачнеет купец, как наливаются бурым его обрюзгшие щеки, вздуваются жилы на висках.
– Не к добру это… – шепнула Василиса.
И тут Андраш рявкнул так, что покачнулось подвешенное к потолочной балке колесо со светильниками. Вскочил. Грянул кувшином об пол. Дьёрдь шарахнулся и побежал к своим, озабоченно оглядываясь через плечо.
– Сбежали! – Он повернул искаженное бешенством лицо к сотрапезникам. – Оба разбойника! Уходить нам надо…
– Да чего ты так испугался, почтенный Андраш? – Василиса, хоть и съежилась, но сохранила присутствие духа. – Что тебе разбойники сделают в городе? Тут и стража, и твоя охрана не дремлет…
– Они к тем побегут, кто их нанял. Скажут – здесь Андраш Чак.
– И что с того?
Купец будто не заметил ее вопроса. Сказал, тяжело опираясь ладонями о стол:
– Последний раз предлагаю с нами ехать. Я – Андраш Чак из Пожоня. Я слов на szel… ветер… не бросаю. Поможете – озолочу. Помешать мне вздумаете – не обессудьте.
– Да ты пугать нас вздумал, не иначе?
– Nem… Нет… – Загадочный гость из Венгрии неожиданно смутился. – Нет, hоlgy Василиса. Просто я очень хочу, чтобы ты поехала со мной. Таких умных и красивых leany я не встречал. Да еще и боевитых… Стоило покинуть родину и отправиться в дикую варварскую Русь для того, чтобы повстречать тебя…