Отреченный
Шрифт:
После пошли занятия по целительству. Великому и милосердному искусству. Иллиал учился различать болезни и яды, снимать боль и погружать живое существо в сон без боли. Далее пошли основы излечения. От простых
– повышения сил самого больного и передачи ему части сил; до самых высших – регенерации и СЖИГАНИЯ болезни.
Иллиал учился, учился и учился. Светлая магия, магия милосердия и добра давала ему душевное равновесие. Но ему казалось, что с каждой ступенькой вверх в магии, он более обычного радует своих Учителей.
Бездумным
– Протяни руки Маг! – повелела Башня.
С горящими торжеством глазами, на алтаре из цельного куска хрусталя, появился Дарит. В маленьких лапках он держал посох. Посох Мага.
Выточенный из ясеня – дерева магов, обхваченный кольцами из чистого золота, с восьмигранным рубином на вершине. Посох Мага.
– Но как же Магия Тварей, Духа, Солнца, Реальности, Времени, Драконов?
– отшатнулся Иллиал.
– Это все Маг постигает сам! – ответил ему Дарит. – Прими посох и пусть будет светла твоя дорога!
Вот так, просто и без прикрас. Иллиал получил посох и ворота Башни захлопнулись за ним. Навсегда. Через мгновение Иллиал уже шагал прочь не оборачиваясь.
Маленький мохнатый хранитель библиотеки Дарит стоял возле стены Башни.
– Пора мой друг.
– Ты прав, пора, – отозвалась Башня.
Через мгновение, мгновение быстрее мысли, Дарит и Башня исчезли.
Золотой и серебряный дракон взмыли в не то вечерние сумерки, не то в предрассветный туман.
XVI.
– Я те че грил? – толкнул меня гном. Если честно его говор меня уже раздражал. Даже больше чем десяток направленных на нас эльфийских стрел.
– Как ты пришел в наш лес? – прозвучал высокий мелодичный голос.
– Как пришел? Ногами. А как еще ходят? – пожал я плечами, Вампир презрительно прищурился. – А что до вас, ваше эльфийское величество, то спешу предупредить о армии ведомой демоном.
– Мы знаем о ней, – ответил мелодичный голос, сама же принцесса эльфов так и не показалась из густых ветвей. – Но она пройдет мимо. Демон ведет ее к Верему. Для штурма Туманного леса он слишком слаб! – голос стал презрительным. – А ты умрешь здесь, сын Тьмы!
– И вы лишите последнего шанса жителей Верема и других городов и деревень, о милосердные?
– Можешь не увиливать сын лжи. Дети Света никогда не поверят словам сына Тьмы.
– Дык энто, ваше высочество, – вмешался гном. – Он Творцом клялся ухайдакать демона, что ту армию ведет.
– Силой Творца?! – удивилась принцесса эльфов.
– Именно, – я подмигнул тому месту, где могла прятаться эльфийка. – Или вы, почитающие жизнь, убиваете меня, или на вас ляжет кровь всех кого я могу спасти.
– Нашей вины в той крови не будет, – отозвалась принцесса эльфов, но все же в голосе проскользнула нотка растерянности. – Но нам не будет прощения, если мы не убьем
Я чувствовал собравшихся эльфов, все молодые, еще ничего не знающие обо мне и Эльфаргале, короле Туманного леса. Чистые, непорочные души, в которых Тьмы не хватит даже на сделку со мной, как у Тарна. И фанатичные. Они убьют сына Люцифера! Будет о чем петь под зелеными сводами, серебреным струнам.
– Ну, это уже слишком! – крикнул я. Сын Зла! Такого я не прощал.
Черный меч рассекал воздух и пущенные эльфийские стрелы.
– Стоять! – зарычал я приближающимся эльфам, хватая их принцессу и приставляя к горлу меч. – Или принцессе придется искать донора, для головы.
Эльфы мало что поняли, но остановились.
– Так то лучше. А теперь поговорим по-другому, – моя ладонь хлестко ударила принцессу эльфов по щеке. – Это за сына Зла! – еще пощечина. – Это за тех, кто погиб, пока мы здесь пререкались! – третий удар выбил из миндалевидных глаз слезы. – Это так, авансом.
Я подозвал гнома и посмотрел на окружающих эльфов.
– А теперь, – я перешел на эльфийский. – ИСТИННЫМ ИМЕНЕМ ПРИНЦЕССЫ ВАШЕЙ – АЛЬТАИРРА, Я ЗАРЕКАЮ ВАС. ДА НЕ ПРИЧИНИТЕ ВЫ ВРЕДА НИ МНЕ НИ МОЕМУ СПУТНИКУ, ПОКА МЫ НЕ ПОКИНЕМ ТУМАННЫЙ ЛЕС.
Я не глядя бросил меч в ножны. Лицо Альтаирры пылало стыдом и гневом. Она была красива. Красивее чем тот кричащий младенец, когда я ее видел в последний раз.
– До встречи ваше высочество, – галантно поклонился я. – и не надо гримас, они портят твое лицо. Еще раз до встречи.
– Она станет для тебя последней, – задыхаясь, ответила эльфийка.
– Возможно. А может вы сами, будете просить меня о помощи. Мир часто меняется, как бы вы, эльфы, не любили перемены. Пошли Тарн.
Гном засопел и поплелся вслед за мной.
– Они нам энто, в спину не стрельнут?
– Нет. Я заклял их истинным именем принцессы.
– Откуда?
– Имя? – я пожал плечами, быстрыми шагами наверстывая упущенное время, Тарн чуть ли не бежал рядом. – Довелось вытаскивать мамашу данной красавицы из очень большой кучи дерьма. Ее отец задолжал Грозобою, мелкому подручному Магота, тот в расплату потребовал его жену. Королева согласилась, не ведая еще, что беременна. Мне в то время Грозобой на хвост наступил, я заодно эльфийку вытащил и даже роды принял.
Гном опешил.
– Дык ты значиться нынешней принцессе имечко то давал?
– Да я. А еще раз пойдет против меня, перегну через колено и всыплю десяток горячих вожжами. И вообще мерзкое это место, Туманный лес, – резко перевел я разговор.
– Эт исчо почему?
– Здесь столько Света, что все пропахло им как свинарник навозом.
Через два часа пути, мы с гномом вышли за пределы Туманного леса. Теперь путь вел нас к Верему.
Дорога, пустынная и прямая. День за днем мы шли по следам армии демона, с каждым шагом приближаясь все ближе. Я боялся, что эльфы пошлют погоню, но они решили не рисковать.