Отпускаю как сон
Шрифт:
– Красавчик, купи мне выпить!
Я отодвинулся, и молча налил ей. Женщина одной рукой держала бокал, другой пыталась меня лапать.
– Какие мышцы! Какой пресс! Спортом занимаешься? Тренируешься? – ворковала она, чуть ли, не облизываясь.
– Я тренируюсь на людях. Подойдет?
– Если на женщинах – то да, подойдет! – мурлыкнула дама. Я скинул руку соблазнительницы, наклонился к ней и произнес:
– Нет, не на женщинах! Женщин не бью!
Лядь! Обычное дело, пьяные бабы – дуры, но где Иваныч, где охрана? Совсем
Наконец явился администратор, поднял и увел нетрезвую цирцею.
– Мадам, этот мальчик не продается! – приговаривал он – Давайте, я вас с другими познакомлю.
– Не хочу других! Почему не продается? Знаете, сколько у меня денег! Всех могу купить! – орала она на весь клуб.
– Он сам, может всех купить! – вежливо объяснял Иваныч.
…По лестнице, ведущей на второй этаж "Скорпиона", мы с Игорюхой поднимались в обнимку, шатаясь и едва не падая. Синицын отстранился, прислонился к стене, и заплакал.
– Ты, Панин, сволочь!
– Чего? – не понял я.
– Ни разу, за три года, не приехал! Я так скучал по тебе, брат!
Он уткнулся лицом мне в грудь , его плечи и спина затряслись от рыданий.
–Вот шо ты ноешь? – обнял я его, но почти сразу отстранился.
– Ты весь в соплях! Лядь! Я весь в твоих соплях!
Однако, друга я не бросил, мы добрались таки, до второго этажа, и ввалились в мои апартаменты. Я дотащил Синицына до спальни, где он упал на кровать, а я лег в соседней комнате на диван, и мгновенно вырубился…
Утром…
От особняка Паниных отъехал красный автомобиль Лизы, и свернул на боковую улочку. Из—за поворота, навстречу ему, выскочил черный «БМВ», и, вскользь, ударил машину Лизы своим бортом, в бок. Красная"Ауди" затормозила, ее развернуло, и ударило в столб. Черную машину бросило в сторону, она вильнула, выровнялась, и быстро уехала.
Глава вторая
СТАС
Я вошел в кабинет отца, когда тот, задумавшись, смотрел в окно.
Алексей Николаевич Панин повернулся ко мне, и мы, какое—то время, смотрели друг на друга. По нашим лицам невозможно понять, рады мы увидеться после трех лет разлуки, или не очень. Все же, мы очень похожи – и внешне, и характером – и оба умеем скрывать свои чувства.
– Как себя чувствуешь? – вместо приветствия спросил я.
Отец уселся за стол, дождался, пока сяду на кожаный диван я, и только тогда сухо ответил:
– Не волнуйся о моем здоровье! Волноваться надо о бизнесе!
– С чего? – спросил я, сделав вид, что не в курсе.
– Хреновые дела! – хмуро сообщил отец – Проверки пошли, прокурора сняли. Новый теперь, не наш, нездешний, прислали из Москвы. И в порту люди чужие. А в городе баба появилась, пытается наркоту прибрать. И казино открыла. Кто за ней стоит – неизвестно. Она действует через Бузыкина.
– Через Бузу?– удивился
– Уже не мелочь! Поднялся, с ее помощью, и ходит, как король. Клуб открыл – по крайней мере, на него оформлен. На твой «Скорпион» больше всего наездов – конкурента хотят убрать. Проверки, подставы! А мне некогда клубом заниматься. Своих дел хватает.
– Вот суки! – усмехнулся я – Буза… И что, некому на место поставить? У тебя охраны нет? Драбика бы послал, поговорить.
– Я не хочу открытого конфликта! – ответил отец – А ты делай, что хочешь! С тобой уже они, конфликта не захотят.
– Понятно! – опять ухмыляюсь – Вот приедет Панин, Панин всех рассудит! Я же отмороженный, куле!
– А что делать? Бизнес надо защищать.
– Надоело быть в роли пугала!
– Не преувеличивай! – строго произнес Алексей Николаевич – Я пытаюсь понять, кто за всем этим стоит. За этой бабой. Найду – разберусь. А пока делаю вид, что не влезаю.
– Если Синицын, начальник полиции, со своими ресурсами, ничего не нашел…
– Я думаю, он знает.
– В смысле, знает?
– В прямом. Но, помалкивает.
– Так это, наезд только на тебя? На нас?
– Не понятно, пока! – пожал плечами отец.
"То—то У Игорька глаза бегали!"– подумал я.
– Займешься? – спросил Алексей Николаевич.
– "Скорпион" я защищу! А в твои дела не полезу, знаешь же!
– Опять за свое! – поморщился отец – За три года не поумнел! Здорово мать, в детстве, мозги промыла! – он помолчал и продолжил – Все равно этот бизнес будет твой, после меня! Какая разница, когда начинать?
– Так ты, и правда придумал, что приступ сердечный был? – спросил я, вглядываясь в лицо отца – Что бы я вернулся? Что б за твой бизнес впрягся?
– Приступ был! – помолчав, ответил он – Думал, сдохну, не попрощавшись с сыном. Но, теперь здоров, и про все эти болячки надо забыть. Не вспоминай!
– Ладно, пап, я пошел! – сказал я, и встал – Дела!
– Жить дома будешь или в клубе своем? – спросил Алексей Николаевич.
– Клуб и есть мой дом! – ответил я, и вышел.
– Я рад, что ты вернулся! – крикнул мне вслед отец.
Надо же! С чего он сдался, и выдал такое признание? Постарел, и стал сентиментальным, или подлизывается, что бы я делами занялся?
ЛЕСЯ
…В студию меня приняли без проблем. И даже роль дали – певички в ресторане. И премьера скоро. Вдохнув воздух театра, я подумала: может, мне нужно уехать – да хоть в Москву – и поступить, например, во ВГИК? Но, для этого нужны деньги. Значит, нужна работа.
Проходя мимо вчерашней кафешки, хотела купить блинов, но передумала – плохие воспоминания, плюс сплетница продавщица. Зато обнаружила, недалеко от "Блинчика", цветочный магазин, с объявлением на двери – «Требуется продавец». Будто судьба, услышала мои мысли и направили этой дорогой! И я зашла в магазинчик.