Отомщенное сердце
Шрифт:
— Это правда, мсье, — согласилась мадам Блан. — Поэтому вы тем более должны сесть на второй по расписанию экспресс, как посоветовал мой муж.
— Все будет устроено, мсье, — вставил управляющий. — Отдельное купе в поезде, самая лучшая каюта на пароходе и курьер, который будет путешествовать с вами и позаботится обо всем.
— Благодарю вас! — немного склонил голову Уоррен.
Сейчас, когда он стоял у окна, все это показалось ему довольно забавным.
Нежданно-негаданно, как по мановению волшебной палочки, вся его
Отныне в его распоряжении будут курьеры, камердинеры, лакеи, готовые тотчас исполнять его приказания, управляющие и служащие, которые помогали его дяде содержать имение.
Они будут заботиться о том, чтобы каждый его особняк функционировал подобно хорошо смазанной машине, чтобы не возникали поломки и сбои, могущие лишить его сна по ночам.
«Я удачлив, невероятно удачлив!» — думал он.
Он задернул шторы, спрятавшись от лунного света, и лег в постель.
В Дувре они сошли с парохода и сели в забронированный вагон поезда, следовавшего в Лондон.
Уоррен смотрел на Надю, и, хотя у нее был все еще утомленный вид, она казалась ему ослепительной красавицей.
Она предавалась благодатному сну в комфортабельной каюте, заказанной для них на пароходе, шедшем через Ла-Манш, пока он гулял по палубе, ощущая потребность в свежем воздухе, и упивался восхитительно спокойным морем, в котором отражались лучи заходящего солнца.
Он молча наслаждался роскошью, которая до сих пор окружала их, доставляя удовольствие, однако не воспринимал ее как вознаграждение за неудобства, перенесенные в Африке.
Просто ему верилось, что все это великолепие предвещает счастливое будущее.
Он выжидал вплоть до сего момента, чтобы сообщить Наде свое новое имя и титул.
Она была достаточно наблюдательна и с изумлением заметила, как управляющий отеля назвал его «милорд», а не «месье».
— Когда прошлой ночью вы отправились спать, — пояснил ей Уоррен, — управляющий показал мне номер «Тан» с репортерским отчетом о смерти моего дяди.
— Мне жаль, если это вас расстроило.
— Я этого ожидал, так как моя матушка уже поставила меня в известность. После того как погиб его сын, он перенес сердечный приступ и погрузился в кому… Вот и получается, что теперь я шестой маркиз Баквуд.
Надя задумалась.
— От этого вы кажетесь себе очень значительным? — спросила она наконец.
— Да, очень! — ответил он. — Я никогда не мог даже предположить, что когда-либо унаследую такой статус!
— Тогда я рада за вас, но ту даму, которая желает выйти за вас замуж, это ужасно разозлит.
— В самом деле чертовски разозлит! — с удовлетворением произнес Уоррен.
Затем он решил увести разговор в сторону от Магнолии.
— Мы должны быть вполне уверены, что вы твердо выучили свою роль.
— Я так боюсь наделать ошибок… тогда вы разгневаетесь.
— Обещаю не кипятиться, — сказал он. —
Она засмеялась, расценив такую возможность как нечто невероятное, скорее всего плод его воображения.
— Судя по количеству багажа, который теперь вам принадлежит, — заметил Уоррен, — полагаю, нет нужды спешить в английские магазины; этого вам, во всяком случае, хватит на несколько недель пребывания за городом.
— Боюсь, мадам Блан истратила огромное количество денег, — сокрушенно вздохнула Надя.
— Это несущественно, а кроме того, вы должны выглядеть соответственно своей роли.
— Так я и буду выглядеть, несомненно, — произнесла девушка тихим голосом. — Я никогда не видела таких чудесных платьев и даже не предполагала, что можно купить так много за столь короткое время.
Она слегка усмехнулась.
— Я в самом деле думаю, что мадам всю ночь провела на ногах, стучась в двери модисток.
Она говорила мне, будто швеи одной мастерской уже получили дополнительную плату за то, что приступили к работе в четыре часа утра, так как должны были закончить какое-то особенное свадебное платье.
Уоррен захохотал.
— Да уж, видимо, не очень-то они обрадовались при виде еще одной заказчицы!
— Если верить мадам Блан, они пришли в восторг, и та невеста, для которой они шили платье, получит с опозданием еще три заказанных ею платья.
Уоррен вновь не удержался от смеха.
— Вот в чем действительно французы по-настоящему преуспели, так это в умении обращать любую чрезвычайную ситуацию себе на пользу! Я убежден, что в процессе шитья стоимость этих платьев увеличилась вдвое, но сами платья оправдали эти расходы.
— Надеюсь, вы будете думать именно так, а не иначе, — сказала Надя. — И все-таки меня очень смущает, что вы столько истратили на меня.
— Я бы потратил в сто раз больше, лишь бы быть уверенным, что это произведет нужный мне эффект.
В его голосе опять прозвучала жесткая, горькая нота, и девушка посмотрела на него с опаской.
Она тотчас заговорила о других вещах, считая, что вспышки ярости портят его.
Стала задавать вопросы об истории поместья Баквуд, о членах семейства, с которыми ей предстоит познакомиться.
Поскольку она весьма быстро усваивала все, что касалось степеней родства и разнообразных титулов представителей его рода, Уоррен пришел к твердому убеждению: она не сейчас познакомилась с этой областью знаний, а весьма компетентна в ней по своей прошлой жизни.
Чем больше времени он проводил с Надей, чем внимательнее присматривался к ней, тем больше уверялся, что она аристократка до кончиков ногтей и что в ее жилах течет голубая кровь.