Открыватели

Трищенко Сергей Александрович

– Контрибуция – это законная доля военной добычи, передаваемая победившей стороне.

– Так мы с американцами вроде не воюем! – не выдержал Серёжка.

– Если у них забрать потихоньку всё золото, они и не смогут воевать, – пояснил Пантелеймон. – Папа рассказывал, что вся сила у американцев – в золоте.

– А-а, – протянул Серёжка. – Ну, тогда ладно…

Повеселевший Лессчик побежал к хозяину с золотым слитком. Тот долго вертел его в руке, пробовал на зуб… Но в конце концов решил не кочевряжиться и принять слиток.

Когда Лессчик притащил три

тарелки с жареной картошкой и мясом, Серёжка с Пантелеймоном поняли, что проголодались основательно. Ещё бы! Долгое путешествие, поиски Силы, перекидывание тяжёлых камней, нервотрёпка с магом-бароном… Вот аппетит и нагуляли.

Поэтому все проглотили содержимое тарелок мгновенно. И попросили добавки, благо слиток позволял. Хозяин даже дал сдачу.

Наевшийся Лессчик принялся благодарить Пантелеймона за предоставленный ужин, но тот пресёк его попытки. Правда, сначала хотел сказать: «Благодари дядю Сэма», но потом спохватился. При чём тут дядя Сэм? А то придётся объяснять Лессчику, кто такой дядя Сэм… а он и сам этого не помнил. Поэтому Пантелеймон выразился просто:

– Не разводи бодягу. После ты накормишь… когда у нас денег не будет.

Лессчик согласился. И принялся объяснять:

– Я здесь почти никогда не бывал. Я ведь сам собираю Силу. А сюда заходят, в основном, те, кто хочет обменять Силу на золото…

– И маги-бароны, – усмехнулся Пантелеймон.

– Да, и они, – согласился Лессчик. – Но не всякие, а те, что победнее.

– Разве могут быть бедные бароны? – удивился Серёжка.

– Ну-у… не очень богатые. Богатые живут в больших замках, охраняемые Силой и стражей… И об их жизни простые люди почти ничего не знают. А есть другие маги-бароны… поменьше, что ли. Они или недавно стали магами, или их разорили более сильные и удачливые бароны. Эти слоняются по деревням, по городам… в общем, где угодно. И собирают Силу, как могут – вы видели…

Он замолчал и уставился на приближающегося к ним молодого человека, с кружкой пива в руке.

– Я вам не помешаю? – спросил тот, и, не дожидаясь ответа, уселся на свободный стул за столиком.

Ребята промолчали, не зная, что сказать.

– Расскажи-ка поподробнее, как угнали авакса Крэгула, – качнул незнакомец кружкой в сторону Пантелеймона. – Это, должно быть, любопытно!

Пантелеймон набрал в лёгкие воздуха и хотел послать подальше любопытного «дядечку», но замер: в углу посыпалась штукатурка. Комья громко ударили по доскам пола.

«Крысы? – брезгливо подумал Серёжка и поджал ноги. – Вот обнаглели!»

Но то оказались не крысы. Из слабо освещённого угла один за другим вышли четыре низеньких чёрных человечка – не выше крысы, если та встанет на задние лапы. Они шли, словно слепые, протянув вперёд руки. А глаза их злобно сверкали в полутьме.

– Чёрные карлики! – стукнув кружкой, молодой человек вскочил. Пиво плеснулось на стол пенным языком.

Незнакомец выхватил из-за пояса длинный тонкий хлыст и принялся стегать карликов изо всей силы, наотмашь!

Те заметались, завизжали, но не оставили попыток подобраться к столу, за которым замерли

ребята.

Молодой человек стегал хлыстом так быстро, что не замечалось взмахов руки, и лишь визжание карликов говорило о том, что каждый удар достигает цели. Шляпу неожиданный спаситель сбросил на стул, чтобы не мешала.

Наконец чёрные малявки не выдержали натиска, и метнулись в свой угол, откуда пришли.

Молодой человек бросился вслед за ними, продолжая хлестать карликов. А затем наклонился и – Серёжке показалось – вынул что-то из-за пояса и сунул в угол.

– Уф-ф! – вытирая пот со лба, укротитель вернулся за столик и надел шляпу.

Ребята настороженно следили за ним.

– Хозяин! Ещё пива! – потребовал победитель черных карликов. – И принесите еду сюда! Мне с ребятами поговорить надо…

Он повернулся к столу, обвёл всех троих пристальным взглядом и произнёс:

– А теперь признавайтесь: у кого из вас спрятана большая частица Силы?

– Да нет у нас никакой Силы! – заныл Лессчик.

– Какая Сила? – притворно удивился и Серёжка, чтобы поддержать Лессчика. Иначе молодой человек мог сразу того заподозрить. – Ничего мы не знаем и не ведаем!

Пантелеймон промолчал. Но чуть отодвинулся на стуле – чтобы можно в случае чего сразу вскочить из-за стола.

– Не врите! – помахал перед собой пальцем молодой человек. – Чёрные карлики просто так не приходят.

– А у хозяина? – осторожно предположил Лессчик. – У него должно быть много… Ему все приносят! Я знаю…

Молодой человек усмехнулся:

– Всё, что ему приносят, он продаёт мне! Он хочет жить спокойно и не желает менять статус. Ему достаточно оставаться хозяином таверны. К тому же карлики не реагируют на малые количества Силы…

В углу снова завозилось и зацарапалось. Молодой человек бросил туда быстрый взгляд и усмехнулся:

– Знаете, что чёрные карлики делают с людьми, которые не отдают им Силу? Они их… – он сделал паузу, – пожирают! Начинают с пальцев на ногах и постепенно добираются до места, где глупцы прячут Силу. И счастье тому, кто спрятал её в ботфорты! Тогда он легко отделывается: уходит домой босиком. Или уползает без ног… А остальных карлики, бывает, сжирают полностью, – он покачал головой. И пояснил: – Есть такие дураки, что прячут Силу под шапку…

– А почему бы карликам сразу не полезть в шапку? – спокойно спросил Пантелеймон. – Ведь, когда у человека отгрызают ноги, он обычно падает…

– Падает, – согласился молодой человек, с любопытством посмотрев на Пантелеймона. – А ты не трус! Твоих друзей чуть не замутило от нарисованной мной картины.

– Я… видал убитых, – ещё более спокойно произнёс Пантелеймон.

– Вот как? Но, вероятно, не объеденных карликами? Ну, ладно… Так вот, объясняю: карлики прыгать и лазать не умеют. И потом: у них так устроены челюсти, что, вгрызшись во что-то, они не могут перестать жевать. И жуют до тех пор, пока не дойдут до Силы. Сила разжимает им зубы… а дальше я не знаю, что бывает. У них две пары челюстей: одними захватывают добычу, а вторыми – жуют.