Отданная Душа
Шрифт:
Но первые усики паники уже покалывали в моей плоти.
Края моего видения потемнели, как будто смерть колебался где-то рядом. Мое сердцебиение участилось. Кожа горела, а руки сжались в кулаки. Нэш вздрогнул и вытащил свою руку из моей. Я и забыла,что держала ее, оцарапав ладони до крови.
— Кейли? — Его голос был полон беспокойства, но я не могла отвести взгляд от зелено-белой толпы. Не могула сосредоточиться на нем, в то время как паникагромыхала в моей голове и когти скреблись в моем сердце. Кто-то умрет. Я чувствовала это, но еще не могла
Нообщественный камуфляж не сработает. Смерть найдет того,кого хочет, и я не смогу предупредить жертву, если я найду ее. Или его.
И это была она. Я чувствовала это .
— Она снова делает это .
Я слышала Эмму, как если бы она говорила издалека, хотя я смутно знала, что она переехала ближе, чтобы сидеть рядом со мной. Я не могла смотреть на нее.Мой взгляд был направлен только на толпу, скрывающуюдевушку- которая-скоро-умрет. Мне надо узнать, кто она. Мне надо увидеть...
Затем толпа расступилась, и начались аплодисменты. За играла музыка, кто-то привез маленькое стерео. Девушки сбросили свои куртки в кучу на земле. Они выстроились на траве, образуя зигзаговоепостроение, о котором я узналаво время соревнований, когда мои тетя с дядей тащили меня вместе с собой. Танцевальная команда готовилась к демонстрации. Показываяшаблон, благодаря которому они выиграл и региональныйприз.
А потом я увидела ее. Вторая слева, третья по сравнению с Софи. Высокая, стройная девушка с медово -каштановыми волосами и сильнозавораживающими глазами.
Мередит Коул. Капитан команды. Она была п окрытая тенью так густо, что я едва могла разглядеть ее черты.
Как толькомои глаза нашли ее, мое горло начало гореть, словно я вдыхала пары отбеливателя. Опустошение захватило меня, угрожая втащитьв пучину отчаяния. И тогда знакомая темнота понимания заставила меняза дрожать. Мередит Коул умрет, очень скоро.
— Кейли, давай. — Нэшв стал, потянув мою руку, пытаясь поднять меня. — Пойдем.
Мое горло сжалось, и дыхание сократилось. Моя голова кружиласьв растущем горьком хаосе, сердце словноприпухло ио тяжелело из-заохватившего горя. Но я не могуй ти. Я должна была сказать ей. Я позволила Хайди умереть, но я все еще могу спасти Мередит. Я могу предупредить ее, и все будет хорошо.
Мой рот открылся, но слов не было. Вместо этого, крикрвал когтями горло, объявив о своем прибытии обычным взрывом паники, и на этот раз я ничего не могла сделать, чтобы остановить его. Я не могла говорить, я могла только кричать. Но этого не достаточно. Мне нужны слова, чтобы предупредить Мередит, а не членораздельный визг. Что хорошегов моем «подарке», если я не могу его использовать? Если все, что я могу делать,это тщетно кричать?
Причитания начались глубоко в моем горле, так низко, что мои легкие горели. Новначале звук был мягким. Как шепот, который я больше чувствовала, чем слышала. Я в ужасе сжала челюсти, когда глаза Нэша расширились, его радужка, будто перемешивалась в ярком солнечном
Мое видение потемнело и сталотусклым, как если бы туманный серый фильтр был накинутна весь мир. День сталматовым, тени гуще, воздух туманней. Мои собственные руки выглядели нечеткими, как если бы я не могла сфокусировать свой взгляд. Столы, студенты и здания школыбыли неожиданно смыты ,словно кто-то открыл дренаж на базе радуги и выпустил все цвета.
Я стояла,з ажав рукой рот, прося странно выглядящие глаза Нэша о помощи. Причитанияуже поднялись до моего горла и застряли там,подобны рычанию, не находяосвобождения.
Нэш обхватил меня одной рукой вокруг талии и кивнул Эмме, чтобы она встала с другой стороны.
— Успокойся, Кейли, — прошептал он мне в ухо, нос теплое дыхание согрело мою шею, шевеля тонкие волоски. — Просто расслабься и слушай...
Мои ноги не слушались, как и мой взгляд,который был обращен к Мередит, теперь танцующей между Софи и миниатюрная блондинкой, которую я знала только в лицо.
Нэш схватил меня на руки, крепко прижав к груди, что-то шепча мне на ухо. Что-то знакомое. Что-то, что рифмовалось. Его слова падали на меня почти физически, успокаивая везде, где они прикасались ко мне, как бальзам,который я слышала.
И все же крик бушевал во мне, требуя выхода, и, видимо, готов его найти, если я не предложу никакой другой альтернативы.
Эмма шла впереди нас до конца английскогокрыла и за угол, из поля зрения двора. Никто ничего не заметил, поскольку все смотрели представление.
Нэш опустил меняна у стены в конце здания, рядом с дверью, котораяиспользовалась только в качестве выхода. Он снова сел рядом со мной, и на этот раз обнял меня, а Эмма опустилась на корточки рядом с нами. От Нэшапо моей спинеисходило тепло, и единственные звуки, которые ямогла слышать, были его шепоти мои собственные мягкие причитания, все еще оставшиеся,несмотря на мои попытки их подавить.
Я смотрела через плечона заинтересованное лицо Эммы, на жутко серые полявдали, сосредоточиваясь на усилии, чтобы говорить без крика. Что-то бросился в левом краю моего зрения, и мой взгляд автоматическипо пыталсясосредоточ иться на этом. Но он двигался слишком быстро, оставив меня со смутным впечатлением о человеческом силуэте, поэтому я никак не могла объяснить эти короткие проблески. Эта фигура была какой-тоуродливой. Странной. И когда я моргнула, я уже не могла быть уверенна, где яее виделараньш е.
Это вероятноучитель, искаженныйдо неузнаваемости странным серым туманом, который окружал мое видение. Я закрыла глаза, чтобы избежать любых будущихотвлечений .
Тогда, так же быстро, как и появилась, паника исчезла. Напряженность отлила от моего тела, как воздух из шарика, оставив меняслабую от облегчения и усталости. Я открыла глаза, чтобы увидеть, что цвет и ясность вернулись в мир. Мои руки расслабились, крик умер в горле. Но мгновение спустя он разорвал воздух, и мне понадобилась секунда, чтобы понимать, что крик был не моим.