Отцы и деды
Шрифт:
Так, он выключает воду. Пора бежать!
Глава 6
Мне вроде бы что-то снилось. Что-то такое захватывающее. Периодически перемежающееся песнями и танцами героев этих из фильма. Все-таки вредная штука — телевизор!
Разбудил меня крик. То есть не крик, а возмущенная ругань, которую громко с чувством, толком, расстановкой высказывал Николай. Опять ему на работе настроение испортили?
Я неохотно приоткрыл левый глаз, тот, который желтый.
— Проснулся!
— Нет, — честно отвечал я и попробовал глаз закрыть.
— Подъем!
От крика я едва из положения лежа не подпрыгнул. Да, рявкать Коля знатно умеет. Почти как мать моя. Вот бы их свести и посмотреть — кто кого переорет? Правда, у мамы словарный запас в плане всякой брани побогаче.
— Поднимайся, я сказал!
— Не надо так орать, я Вас отлично слышу, — проворчал я и сел.
Иоханна недовольно мявкнула и скатилась с моей груди. Другого места для сна не нашла? И нечего на коленках у меня кверху пузиком разлеживаться и сонно моргать! Особенно, когда не до тебя мне, когда тут этот громкоговоритель над душой стоит и злобно сопит.
— Чем вызвано Ваше недовольство, Николай?
Кажется, мой ледяной тон его немного успокоил. Он еще пару раз пыхнул в усы и проворчал:
— Ты еще спрашиваешь чем? Ты зачем мусор в подъезде бросил?
— Где бросил?
— В подъезде! Одно наказание с вами! Между третьим и четвертым этажом кто кучу мусора навалил? Скажи спасибо, что соседи на меня не подумали и не пришли с утра пораньше разборки тебе устраивать!
— Ну, так если не подумали и разборок не будет, в чем проблема?
— Да я тебе и без соседей разборки устрою! Я сам свой мусор узнал, вот по шерсти ее белой! — Коля ткнул пальцем в направлении Иоханны. — Я, между прочим, тоже в этом доме живу! В этом самом подъезде! Вот ты дома тоже так делаешь — мусор на крыльцо выметаешь и считаешь, что уборка закончена?
— Дома, Коля, слуги уборкой занимаются.
— Ядреный корень, ты не дома, что б тебя! — Николай перевел дух. — Ну, ты это. Молодец в общем, что убрался, но… Вот под раковиной на кухне ведро мусорное стоит, сложно было туда выкинуть?
— Ведро? — растерянно повторил я.
Не хочется этого признавать, но я тупой! Мне даже в голову не пришло, что в доме должна быть емкость под такие дела как мусор.
— Николай, простите его, дурака такого, — промурлыкала Иоханна, перетекая из лежачего положения в сидячее. — Он наверняка хотел мусор куда-нибудь подальше телепортировать, да только вот силенок не хватило на большое расстояние.
Спасибо, что не стала повторять заезженную шутку про то, что я недоученный. Но все равно, сама дура! Сидит тут с самодовольной мордой! На коленях у меня, кстати. Она что решила здесь поселиться?
— Брысь! — прошипел я, дрыгнув ногами.
Принцесса от неожиданности
— В чем дело? Если я говорю "брысь!", это значит брысь и без взглядов всяких! Пинка для ускорения под пушистый зад не хватает, что ли? Расселась тут как у себя дома!
— Хам ты, Лин, — с достоинством отвечала принцесса и, гордо задрав хвост, покинула кровать.
Интересно, вот пока она кошка, это ничего, что мы спим вместе? Или теперь я буду обязан на ней жениться, чтобы спасти ее репутацию?
— Вставай, завтракать будем, — распорядился Николай и отправился на кухню.
Опять макароны. Мерзость, скажу я вам, редкостная, макароны эти! Хоть с кетчупом, хоть без, все равно несъедобно! И Иоханна вот со мной согласна. Сидит уныло над тарелкой, уши повесила.
— Пошевеливайтесь давайте, — посоветовал Николай и осчастливил нас новостью, — я с управляющим поговорил, он хочет взглянуть на вас, сегодня в четыре. У вас осталось два часа на все.
— На что на все?
Я так растерялся, что запихнул в рот наколотые на вилку макароны. Пришлось прожевать и проглотить. Я ненавижу макароны!
— На сборы.
Николай был краток как никогда. А я, кажется, резко поглупел, потому что тупо спросил:
— Куда?
— На кудыкину гору! — прикрикнул Николай, — посмотреть Алексей Дмитриевич хочет, что за номер у вас.
— Какой номер?
— Лин, проснись, наконец! — насмешливо мяукнула Иоханна, — ты забыл, о чем вы с Колей вчера договорились? Ты теперь у нас рабочий человек.
— Я хоть человек, — огрызнулся я.
— А чья заслуга в том, что я не человек? — вкрадчиво напомнила принцесса.
— А нечего было злить меня!
— Сам виноват! И, кстати, зачем тебя вообще принесло ко мне в спальню? Это просто неприлично!
— Умная ты моя! Ну, прямо-таки умнейшая блонда на всем белом свете! Наконец-то догадалась спросить! — обрадовано воскликнул я и объяснил, — я хотел посоветоваться с тобой, как родителей наших помирить. Да только зря мне такая глупость в голову пришла. О чем советоваться можно с неумной, самовлюбленной, капризной девицей?
— Мяу…тьфу! А сам? Глупый, несдержанный мальчишка! Подумаешь, обидели его! Только ненормальный в этом случае стал бы заклинаниями швыряться! Так ты даже дальше пошел — ты сам не знаешь, каковы условия освобождения! Это умудриться надо так колдануть! Даже мать твоя, главная неумеха в магическом сообществе, так не делает!
— Ребята, не ссорьтесь, — предложил Николай, — макароны остынут.
Мы с Иоханной переглянулись. Лучше дальше ссориться, чем макароны эти в себя запихивать! Но ссориться что-то больше не хотелось.