Отчаяние драконов

Аренев Владимир Константинович

— Кто ты такой?

Альв с узким бледным лицом /словно гипсовая маска, снятая с умершего/ так же спокойно ответил:

— Я — Темный бог.

Правитель Брарт-О-Дейна скептически хмыкнул:

— Ну да, и чего же ты хочешь?

Он, разумеется, не раз встречался с сумасшедшими, но только чаще с сумасшедшими гномами — такая уж, знаете ли, специфика работы. Вот с сумасшедшими альвами — это что-то новенькое. Пришлось нажать на потайной рычажок, встроенный в поручень беседки специально на подобный непредвиденный случай. Бывало, что в парк все-таки проникали

настырные посетители… правда, ненадолго. Следующим местом их пребывания становилась маленькая каменная комнатка с минимумом удобств. Зато для каждого — отдельная. Сумасшедших Дэррин не любил.

— Прежде всего я хочу, чтобы ты поверил в это, — холодно сказал альв. — Потом перейдем к дальнейшему.

Дэррин развел руками:

— Прости, дружище, не могу. Видишь ли, искусство проникать в мой парк — не самое, конечно, последнее, но нет в нем чего-то такого, божественного. Уж извини, если обидел.

— Глупец, — дернул плечом альв, — Бог не может обижаться на такого, как ты. Это же смешно.

— Ага, — подтвердил Дэррин. — Ну, предположим, что я поверил в то, что ты Темный бог. И что же дальше?

— А дальше начнется самое интересное, — вымолвил альв. — Ты прикажешь своим охранникам убраться, как только они примчатся сюда. Затем я отдам распоряжения, а ты займешься их выполнением. И не тянись за кинжалом — сегодня ты забыл его взять с собой.

Гном усмехнулся. Он никогда не забывал брать с собой кинжал. Иногда от этого могла зависеть его жизнь. Вот как сейчас, например.

Рука нащупала пустые ножны. Бред! Такого просто не могло произойти, ведь он точно помнит, как опускал в них кинжал.

Но поздно сожалеть по этому поводу, нужно что-нибудь придумать. Стражники появятся с минуты на минуту.

— Когда ты в последний раз пользовался рычагом? — поинтересовался альв так, словно речь шла о погоде на завтра.

Дэррин пожал плечами: какой смысл отрицать очевидное:

— Давно.

— Тогда неудивительно, что твои гномы запаздывают. Рычаг ведь мог и сломаться.

«Он слишком много знает, даже для сумасшедшего. Придется устроить проверку среди стражников. И все-таки, кто же он такой?»

Альв с лицом гипсовой маски снисходительно улыбнулся:

— Не стоит так волноваться по поводу моей осведомленности. Я же Бог. Но

— оставим эти неаргументированные утверждения. Хочешь, докажу тебе, что я тот, за кого себя выдаю?

Дэррин лихорадочно пытался понять, каким же образом этот сумасшедший будет доказывать. Потом кивнул. «Да что он, в сущности, может?..»

Альв усмехнулся, и если бы Правитель меньше растерялся от происходящего, он бы обратил внимание на эту улыбку и, несомненно, задумался о своем решении. Очень уж нехорошей была усмешка, крайне нехорошей.

— Договорились, — сказал сумасшедший. — Ты сам выбрал.

Потом он напрягся, даже немного пошевелил руками, отчего Дэррину сразу стало не по себе — а вдруг в рукавах этой рубахи у альва ножи? Затем в парке внезапно похолодало, так что гном даже вздрогнул и поплотнее запахнул куртку. Листья, лежащие на дорожке и газонах, внезапно

зашевелились, потом взметнулись в небо и стали медленно опадать обратно.

— Взгляни, — сказал альв и указал куда-то в сторону.

Беседка была построена на холме, и отсюда можно было видеть кварталы города и часть полей, располагавшихся за городскими стенами. Поля простирались до самого горизонта. Именно оттуда, на стыке земли и неба, внезапно появился и начал расти гигантский огненный язык, протянувшийся к потемневшим облакам. Вздрогнула земля, и Дэррин услышал глухой протяжный стон, перешедший в настоящий крик.

— Что это? — пораженно прошептал он.

— Только что Воссон исчез. На его месте образовался глубокий котлован; почти все жители города погибли. Спаслись немногие, и скоро они появятся в Свакр-Рогге, так что ты сможешь убедиться в правоте моих слов. — Казалось, в голосе альва не было ничего, кроме холодного удовольствия.

Правитель испуганно посмотрел в лицо сумасшедшего /да нет, не сумасшедшего, присмотрись внимательнее. Не сумасшедшего, а Бога. Темного бога/ и понял, что все сказанное им — правда. До последнего слова. Он перевел взгляд на стражников, которые минуту назад еще бежали к беседке, а теперь стояли, испуганно глядя туда, где опадал зонтик пламени. Альв /Темный бог/ с интересом посмотрел на Дэррина, ожидая, что же тот теперь сделает. Повелитель… приказал гномам убираться прочь. Потом встретился глазами с Темным богом и потупился.

— Веришь? — В словах его собеседника не было и тени насмешки.

— Верю. — Голос почему-то вдруг стал необъяснимо хриплым, а в горле пересохло. — Но зачем…

— Именно для того, чтобы поверил. А теперь слушай и запоминай.

Дэррин слушал и запоминал, мысленно обещая себе, что когда-нибудь он отомстит за Воссон. Отомстит Богу? Да, отомстит Богу! А пока придется разослать на северный кордон гонцов с грамотой, в которой будут упоминаться имена Ищущего и альва по имени Ренкр. А пока Биммин займется тем, что войска, расквартированные в столице, покинут Свакр-Рогг и направятся туда же, вслед за гонцами, чтобы изловить означенных выше и привести в город, уже в кандалах. А пока… Дэррин поразмыслит над тем, что делать дальше.

Когда Темный бог встал со скамейки и ушел прочь, скрывшись среди ровных рядов деревьев, Правитель Брарт-О-Дейна подумал, что грядущая осень, пожалуй, будет еще хуже, чем прошедшее лето. И отправился во дворец-крепость, расшвыривая кровавые листья носками сапог.

Теперь, стоя у высокого окна башни и глядя на улицы Свакр-Рогга, Дэррин понимал, что долго ему так не продержаться. Нужно что-то предпринять, что-то, что избавило бы его от власти Темного бога. Увы, на сей раз рядом не было Свиллина, который мог бы предложить очередную секиру. А что оставалось? Подчиняться и ждать. Вот только ожидание (и промедление) было смерти подобно. Еще чуть-чуть, и взбудораженные гномы от испуга и непонимания «встанут на дыбы», а без войска… «Зацикливаюсь. Нужно думать о чем-нибудь другом. Проклятье, ну где же там Биммин, что ж он так долго?!»