Отброс

Шварц Анна

Пока я говорила это, взгляд Эша становился все более и более диким. Его радужка снова начала темнеть, возвращаясь к нормальному цвету, тем не менее, он все равно выглядел так, словно вот-вот потеряет над собой контроль.

— Ты, блядь, издеваешься надо мной? — спросил он, одернув рукав и скрыв шрам.

— Нет. — ответила в тон ему я. — Что тебе нужно-то?

Наконец, я нащупала ручку двери и дернула ее. Дверь машины открылась и я развернулась, чтобы выпасть из нее и поскорее убежать от этого идиотского разговора, но за секунду меня схватила

за шкирку рука Эша и дернула назад, а затем он закрыл дверь обратно.

— Пусти. — прошипела я сквозь зубы. — Психованное животное. Я не хочу болтать с тобой о всякой фигне. Хочешь что-то обсудить - напиши мне письмо, может, отвечу. Также, как и ты мне когда-то.

Когда Эш только попал в тюрьму, я попыталась написать ему, потому что меня грызла совесть. Я написала, что беспокоюсь о нем, спросила, могу ли я что-нибудь ему прислать и извинилась, что слушала его отца.

Ответ я получила быстро. Он был очень лаконичным, состоящим всего из трех слов. “Иди на х*й”.

Какое-то время я смотрела на это паскудное письмо. Оно меня сильно обидело и я пустила его в шредер, мысленно поставив точку в нашей дружбе и своих попытках извиниться. Хотя мне очень тогда хотелось написать в ответ, что он психованная сутулая псина и пошел бы сам куда-нибудь. Но я все равно подумала, что ему сложно переносить заключение, это стало для него внезапным ударом, поэтому он матерился.

Однако, прошло несколько лет, чтобы осознать все и успокоиться. Но он по-прежнему мелет какую-то чушь?

— Ассоль. — я услышала низкий голос альфы над моих ухом. Он вибрировал от злости. Я ощутила, как он сжал ткань моего платья и она натянулась, едва не задушив меня. — Ты дала против меня показания в суде. Меня лишили метки из-за тебя, суки. Ты сказала, что я тебя изнасиловал. Хотя я никогда к тебе не притрагивался.

Мои глаза округлились.

— Тебя в тюрьме головой били? — спросила я. Он что, больной? Какие показания? В день, когда его судили, я вообще узнала об этом от его отца. Он подошел ко мне и сказал, чтобы я забыла про все общение с Эшем ради моей же семьи. Потому что если кто-то узнает, что кто-то из дома Моне хоть как-то был связан с этим ненормальным преступником, то на моего отца будут очень косо смотреть.

Хотя тогда он пытался выставить это, как благородный поступок с его стороны, тогда уже у меня начали зарождаться подозрения.

“Спасибо, Ассоль” — сказал он мне тогда. — “Ты пыталась сделать из него нормального члена общества, но, видимо, грязную кровь так просто не исправить. Его мать была такой же ненормальной”.

Тогда я выпала в осадок, услышав от отца Эша подобные слова.

А потом он публично отказался от своего сына и обнародовал документы, что Эш Винтер был им усыновлен и он не являлся ему биологическим отцом. Он вылил на него грязь, сказав, что пытался обуздать паршивый характер и инстинкты Эша, и сделать его своим наследником, но теперь понимает, что это было бесполезно и ему лучше завести своего ребенка. Нормального.

Однако, я знала,

что многое, из того, что он говорил, было ложью.

Хотя скандал и касался его, как оказалось, приемного сына, но из-за этих слов отца Эша оправдывали в прессе. Даже несмотря на то, что через какое-то время появились слухи, что он издевался и ненавидел Эша. Я поверила им, а вот большинство людей - нет.

Позже он сошелся с какой-то омегой. А еще позже они оба умерли, попав в автокатастрофу.

Все говорили, что он не оставил наследников, поэтому вскоре его бизнес раздерут на части. Это было большим потрясением для мира бизнеса, и сменой баланса сил в будущем, но я как-то не обращала особо внимания на эти новости, живя своей жизнью. И вот внезапно Эша выпустили из тюрьмы.

И теперь он порет какую-то чушь.

— Я никогда не давала против тебя показания. — произнесла я. — Меня вообще на суде не было.

Рука на моем платье разжалась и Эш оттолкнул меня. Я хотела тут же открыть дверь и сбежать, но альфа достал брелок от машины и в дверях щелкнули замки.

—Какого хрена. — вырвалось у меня. — Я тебе все сказала, что тебе еще надо?

— Ты сейчас шутишь, Ассоль?

Я обернулась на него. Альфа смотрел на меня пристально, испытующе. Мне показалось, что за его глубокими, черными глазами сейчас целая пропасть из темноты.

— Я похожа на клоуна? — спросила я в ответ. — Выпусти меня.

У него появилась усмешка на губах, но взгляд не изменился.

— Я не собирался тебя отпускать при встрече. Я хотел заменить тобой омегу. Раз уж ты соврала, что я к тебе притронулся когда-то, то будет обидно оставить это простой ложью.

— Я уже слышала эту чушь. — перебила его я. — Как ты это себе представляешь ,ненормальный? Альфы не могут быть с людьми.

— Ты бы знала, как мне на это плевать. Но речь не об этом. Повтори, что сказала ранее. Мне в лицо.

— Что ты стукнутый головой? — скептически спросила я, а Эш чуть склонил голову.

— Сейчас наш мирный разговор закончится, если продолжишь. Я о том, что тебя не было на суде.

— Меня не было на суде. — произнесла я, чувствуя себя каким-то попугаем. — Твой отец вообще подошел ко мне после случившегося, и сказал забыть все и никому не говорить про нашу дружбу.

Альфа мрачно смотрел на меня, пока я это говорила. Я не знала, о чем он думает, но надеялась, что это адекватные мысли, а не та шизофрения, которую он мне выдал сегодня.

Затем он опустил взгляд, словно о чем-то задумавшись. Я смотрела на его непроницаемое лицо, думая, не стоит ли предложить ему повторить это еще раз, чтобы до него точно дошло, как Эш нажал на брелок, и на дверях щелкнули замки, открываясь.

— У нас не было дружбы. — произнес он. — Проваливай, Ассоль Моне. Не попадайся мне больше на глаза.

Я выдохнула. Господи, он еще не потерян для общества.

— Это должна сказать я тебе. Сам не попадайся мне на глаза. — резко ответила я, дернув дверь, и, наконец, выходя на улицу.