Отброс
Шрифт:
— Иди на улицу через запасной выход и жди меня там. Мне нужно кое с чем разобраться.
Да что такое-то?
Я уже хотела было послушаться, но внезапно меня как стукнуло, и я застыла. Блин, запах Адриана! Выходка Эша меня настолько потрясла, что это совсем вылетело из головы.
— Пап. — я успела схватить его за рукав рубашки и крепко сжать, чтобы не убежал. Черт, язык не поворачивается начать оправдываться. Он еще и загадочности напустил на себя. Нельзя было сразу закричать “Ты охренела, Ассоль, почему на тебе запах Адриана?!”. Тогда было бы проще начать
— Поедем после того, как я одного щенка кастрирую. И тебе нельзя сегодня домой.
Мне захотелось закрыть глаза.
— Почему же?
— Потому что какой-то оборзевший щенок оставил на тебе запах. — папа обернулся, бросив на меня разъяренный взгляд. —У нас дома Тая... недомогает. Ей сейчас подобные запахи не нужны.
— А-а-а...
– - вырвалось у меня блеяньем, и я чуть не прикусила себя за язык за такой паршивый голосок. — Вот ты про что. Пап, не переживай, я знаю. Это была моя инициатива, Адриан не виноват.
— Чего? — рыкнул отец, а я натянула на лицо дрожащую улыбку.
— Да ко мне какой-то извращенец прицепился на улице и оставил запах. Таксист-альфа даже отказался везти домой. Я попросила Адриана помочь избавиться от этого. Долго уговаривала и он согласился. Подумала, что лучше уж пахнуть им, чем каким-то ненормальным... — медленно закончила я. Отрежьте мне язык, но я не смогу, глядя в перекошенное от злости лицо отца, выдать версию Адриана “он на мне тренировался”. По-моему, моего друга детства реально тогда кастрируют.
Вряд ли папа сейчас станет просить записи с камер, чтобы разобраться. Тут и так такое творится...
Папа долго смотрел на меня, прежде чем медленно произнести:
— Ты сейчас шутишь, что ли? Ассоль, ты... — он протяжно вздохнул, закрыв глаза. — У меня слов просто нет. Когда приедешь домой, у меня будет с тобой долгий разговор. Кажется, у кого-то беседы об альфах и омегах из головы вылетели, да?
— Нет. — быстро ответила я. Хотя, да. Вылетели наполовину, потому что я этой информацией особо и не пользовалась.
— По тебе заметно. С Гессенами я тоже поговорю. Черт. — отец взъерошил волосы, словно эта ситуация его доканывала. — Одна новость сегодня лучше другой. Что за извращенец? Как он выглядел?
— Да я не помню. — пожала я плечами. — Было темно. Кстати, я потратила ту штуку для самозащиты, которую ты мне дал.
— И? Что с этим извращенцем?
— Упал и уполз... куда-то. — я отела взгляд. На самом-то деле этот извращенец вполне бодро ворвался сегодня на благотворительный вечер, повредил охранника и выгнал всех угрозами. Надо папе сказать хотя бы потом, что выдуманный извращенец полз очень активно, чтобы в следующий раз мне залили в шприц что-нибудь покрепче.
— Я запрошу видео с камер. — папа поднял взгляд на того, о котором мы сейчас говорили, и, поморщившись, добавил: — Завтра или чуть позже. Теперь с этим будут сложности. Ладно. Попробую через кого-нибудь это сделать.
Да, с видео теперь будет сложно, потому что это здание, вообще-то, раньше принадлежало семье Винтеров. Если сейчас его вернет
Я ощутила легкую панику.
— Сейчас попрошу кого-нибудь тебя приютить на пару дней. — услышала я голос отца, и у меня закатились глаза. Я не хочу ехать к нашим близким родственникам. Они меня не любят. В нашем семейном древе я - грязное пятно, которое наши папа с мамой случайно туда ляпнули. И дорогие родственнички с удовольствием меня б стерли.
—Давай лучше отель. — предложила я. — У меня опять живот крутит. Если я еще куда-нибудь поеду, то случится беда.
Папа подозрительно посмотрел на меня, а я ответила ему невинным лицом.
— Я же не омега. — добавила я. — Могу пожить спокойно одна в номере, и не надо так за меня переживать. Тем более, на мне теперь запах Адриана, и даже при желании никакой извращенец не подойдет.
В ответ на упоминание Адриана, у папы дернулся уголок губ.
— Я тебе проведу такую лекцию после твоего возвращения, что ты перестанешь говорить о подобном с такой легкостью.
— Прости, просто напомнила, чтобы ты не переживал.
— Ладно. — он сдался. — Сниму тебе номер в отеле. Здесь как раз недалеко.
— Я только заберу из машины сменные вещи, если ты нашего водителя вызовешь. — ответила я. Я всегда их возила на случай, если мы захотим погулять после всех этих мероприятий. В платье мне было неуютно.
Через двадцать минут я уже сидела после душа в большим, уютном номере. Переодевшись в удобные джинсы и футболку. Платье я закинула в стирку. Из бара я взяла банку с газировкой и сейчас запивала непонятный привкус тревоги во рту.
Меня очень беспокоили записи с камер.
Папа так просто это не оставит, он захочет найти извращенца, пометившего его дочь. Я прямо очень жалела, что мне пришлось сказать ему об этом, и я не придумала еще какие-нибудь варианты, почему Адриану пришлось оставить на мне запах. Хотя, может, наплевать, не переживать и пусть он узнает, что Эш на меня напал? Нет, это правда плохая идея. Сейчас, вероятно, не время для того, чтобы отец ссорился с и так проблемным наследником семьи Винтеров. Да и вообще с Эшем ссориться было опасно.
Как же его остановить?
Я посмотрела в окно, за которым была уже ночь.
Ненормальный Эш ведь еще не ушел оттуда?...
Что если я приду к нему и попрошу удалить записи?
Только что я ему скажу? “Удали записи, потому что потому?” В этот раз мне следует заранее получше придумать аргументы, чем я сделала это в разговоре с отцом.
Ну, ладно. Взяв с собой недопитую газировку и накинув на плечо сумку, я влезла в кроссовки, стоящие у входа, и вышла из номера.
Придется сходить и правда поговорить с ним. В конце концов, я не попрошу ничего сверхъестественного, это просто удаление записи с камер. Он может вообще это и сам захотеть, чтобы никто не увидел, как он избивает охранника.