От Каина
Шрифт:
Каин посмотрел на нее с интересом. Он почти не видел ее лица, но что-то подсказывало ему, что она печальна. Не спрашивая ничего, он легко вынырнул из-под покрывала и шагнул к ширме. Все же она поняла его безупречно, и потому он с особым удовольствием одел шелковую белую рубашку с широкими рукавами. Медленно, смакуя это чувство, застегнул высокие манжеты, доходящие до середины предплечья, и быстро впрыгнул в узкие кожаные штаны, понимая, что она представила все куда лучше, чем он мог даже надеяться, завершив этот комплект черным широким
Так он чувствовал себя куда увереннее, а Пельяр поманила его к себе пальцем, демонстрируя ошейник у себя в руках.
Каин приблизился к ней и опустился на одно колено, тогда Пельяр властно дернула ленту с его шеи, чтобы отбросить прочь, а на шею своей игрушки одела черный ошейник, украшенный небольшим бантом из красной ленты.
– Мне безумно нравится это решение, - призналась она.
– Тебе идет невероятно...
Каин не слушал ее, а поймав ее руку, нежно целовал пальцы, пока она не остановила его и не склонилась, чтобы поцеловать в губы. С готовностью отвечая на поцелуй, он резко подался вперед, уверенно заставив ее рухнуть в постель.
– Погоди, - вдруг прошептала она, но руки ее словно сами развязывали пояс.
Потому Каин не стал обращать внимание на ее слова, а быстро расшнуровал корсет, оставляя на ее шее дорожку из жарких поцелуев.
– Негодник, - шептала Пельяр, скользя руками под рубашку.
Все было уже очевидно, пусть она и избегала его с того дня, как одела ленту на его шею, не оставалась с ним наедине и, казалось, предпочитала Эда, но рябь на ее коже говорила совершенно другое. Она с готовностью отдавалась ему, почти с восторгом, не сдерживая теперь уже тихих стонов.
Однако в самый разгар их близости дверь внезапно открылась. Каин замер и взглянул на Эда, застывшего в дверях.
– Не отвлекайся, - властно велела ему Пельяр, впиваясь ногтями в плечи своего любовника.
Впрочем, Каина не смущало присутствие ошарашенного Эда, било лишь в голову осознание того, что она сейчас испытывала их обоих, однако выдохнув, он вернул все свое внимание ей, не изменив ни тактики, ни манеры движений, только заставил ее сильнее выгнуть спину, как бы ругая за подобные шалости.
– Закрой ты уже дверь, - с трудом и тихим стоном прошептала Пельяр, крепче прижимаясь к Каину.
– Закрывай ее и иди к нам, я хочу, чтобы ты показал свои истинные чувства и разделил его со мной, - прерывисто проговорила она, прерывая свои речи жаркими стонами.
Каин же не дрогнул ни на миг, словно все было ожидаемо, только затаил на миг дыхание, когда руки Эда скользнули по его спине. Он тогда еще не знал, что она заманила свою жертву его телом, чтобы потом унизить, подмять под себя и окончательно доказать, что Каин принадлежит ей одной, а после вышвырнуть молодого мужчину прочь...
***
– Эд, выметайся побыстрее, -
Эд, сидевший на краю, тут же встал и начал спешно одеваться.
Каин смотрел на все со спокойствием стороннего наблюдателя с искушенной натурой. Лежа на большой подушке самой госпожи, он наблюдал за суетливыми движениями куратора. Однако поймав укоризненный взгляд Эда, чуть привстал, словно собирался уйти, но его тут же вновь поймала упавшая рядом Пельяр.
– Ты куда собрался?
– спросила она.
– Я тебя не отпускала.
– Я хотел поговорить с Эдом, но раз ты настаиваешь.
– Он поцеловал ее ласково в уголок губ.
– Наш разговор подождет, - заключил он, взглянув многозначно на мужчину, а после медленно прикрыв глаза.
Эд стиснул зубы и вышел. Пельяр же поцеловала Каина и в ухо прошептала:
– Теперь ты всегда будешь спать здесь, пока мне не надоест.
Вторую часть фразы она спешно добавила к первой, словно опомнилась, но Каин не обратил на это внимание, а вновь посмотрел на нее. Сейчас на ее лице не было красок. Волосы рассыпались по плечам, а в руках она держала мундштук с медленно тлеющей папиросой. Глядя на этот самокрут, Каин бесцеремонно забрал из ее рук мундштук, затянулся и, скривившись, фыркнул.
– Что за дрянь ты куришь?
– спросил он.
– Не верю, что у тебя нет средств на нормальный табак.
– Это привычка.
– Очень дурная привычка.
Сказав это, Каин отправил мундштук метко в урну у стола, не промахнувшись в полной тьме, и тут же поцеловал ее в губы, не давая возмущаться. Когда же вновь отпустил, она просто прильнула к его груди.
– Может, ты расскажешь мне свою историю?
– попросила она.
– Если ты хочешь рассказать свою - я послушаю, - усмехнулся Каин, - а моя останется при мне.
– Жулик!
– смеясь, заявила Пельяр, имитируя пощечину.
В действительности она лишь скользнула рукой по щеке, но воспользовавшись моментом, он ловко поймал губами один из ее пальцев, прижал языком к небу и, глядя в глаза, неспешно отпустил.
– Ты меня прямо провоцируешь, - улыбаясь, прошептала Пель, но довольно улеглась с ним рядом.
– Давно мне не было так спокойно.
Они немного помолчали, а после Каин спросил:
– Скажи, а сколько лет было Эду, когда он попал сюда?
Пельяр посмотрела на него с удивлением, но без ревности.
– Три.
Глаза Каина округлились.
– Я купила его совсем маленьким. Тогда я еще не очень разбиралась в перспективности товара. Да и вообще он был первым мальчиком в нашем заведении. Впрочем, Эд не так уж и плох. Он даже пытался собрать деньги, чтобы выкупить свою свободу, но не смог, тогда я посмеялась над ним. Не знаю даже зачем, но я заставила его целовать мою тень в наказание за мысль о свободе. Так что Эд всего лишь раб, который решил, что может чувствовать.