Острые углы
Шрифт:
— Да перестань, — засмеялся Алексей.
— Не смею тебя задерживать.
Лера прошла немного вперед, делая вид, что выбирает для себя закуску. При каждом шаге платье туго охлестывало бедра. Полевой охватил взглядом ее идеальную фигуру, впился глазами в обнаженные плечи, чувствуя, что теряет способность думать трезво. Увидел ее сегодня — и все мысли вымело из головы.
Теперь же, когда были совсем рядом, и он слышал ее голос, и ощущал запах духов, смешанных с кожей, приходилось напоминать себе, где они
Чувствуя жизненную необходимость предпринять хоть что-нибудь, Полевой схватил ее за руку. Лера вскинула на него глаза и, понимая, что он собирается сделать, попыталась освободиться. Но Лёшка ловко протиснулся между танцующих парочек, привлек ее к себе и, прежде чем она успела что-либо сказать, произнес:
— Есть такое правило: если хочешь что-то спрятать — положи у всех на виду. Поверь, оно работает.
— Нисколько не сомневаюсь, — сухо ответила Лера, явно придерживаясь противоположного мнения.
— Видела бы ты свое лицо. Твой папа ни за что не поверит, что ты со мной спишь, даже если все будут кричать об этом в голос.
Лера стиснула зубы, чувствуя, как кровь хлынула к щекам, но всё же положила ладонь ему на плечо, позволив увести себя в танце.
Не злость вызвала бурление крови — их близость. Чувства, которые с трудом удавалось контролировать.
— Ты сейчас похожа на разъяренного льва, размышляющего, кем ему отобедать, — отметил Полевой.
Ладонь, деликатно лежащая на ее талии, нескромно сползла вниз к ягодицам.
— Ты абсолютно прав, и у меня уже есть кандидатура, — подтвердила она, стараясь придать своему лицу непроницаемое выражение.
Алексей улыбнулся своей сногсшибательной улыбкой:
— Поверь, большая часть присутствующих мужчин мечтает, чтоб ты их сожрала. Пусть они мне позавидуют. Особенно этот бедолага, который весь вечер тебе за выпивкой бегает.
— Кто бы говорил. Сам уже всех шлюх тут перелапал.
— Не всех, — уточнил Лёшка.
— Ах ты, самовлюбленный наглец, — усмехнулась Соломатина и, оставив его посреди зала, вернулась за столик к отцу.
— Ты с ним знакома? — спросил отец.
Разумеется, их недолгий танец не остался не замеченным.
— С кем? — невозмутимо уточнила Валерия.
— С Полевым.
— А это он и есть? — как будто удивилась Лера. — Да плевать мне, полевой он или лекарственный. Какой-то мужик пригласил меня потанцевать. Почему я должна была отказаться? Неплохо, кстати, танцует. Еще раз пригласит — соглашусь обязательно, — произнесла небрежно и глянула на Радика-Ромика: — Принеси водички, будь другом. Что-то здесь душновато.
— С газом или без?
— Можно с газом, — кивнула Валерия.
Ромео испарился в поисках воды. Отец, взяв бокал шампанского, из которого
Лера бросила взгляд на Полевого: снова его развлекала та светловолосая девица.
У дамочки явно проблемы с самооценкой, ей бы платье на размер больше. То, что надето на ней сейчас, мало того что вульгарно, но и трещит по швам. Того и гляди титьки на стол выпадут.
— Как он меня бесит. Эта белобрысая отлипнет от него когда-нибудь или нет.
— Ты тоже белобрысая, — на свою беду заметил Матвей.
— Я блондинка. Тонированная, практически натуральная. А она белобрысая шлюха.
— Откуда ты знаешь?
— У нее на лбу написано, что она только и мечтает залезть к нему в трусы.
Матюша удержался от комментария, но не удержался от улыбки.
Лера, заметив его ухмылку, стрельнула глазами.
— Матюша, не зли меня. Кто это? Ты ее знаешь?
— Нет.
— Так узнай. Может, это его бывшая…
— Я? — удивился Матвей.
— Не я же.
— Как я это сделаю? У Лёхи, что ли, спросить?
— Спроси.
— Вот, держи, — к ним снова присоединился Ромео.
Лера взяла у него бокал и отпила воды. Ромик-Радик взглянул на танцующих, Лера заметила в его глазах тайную тоску.
— Хочешь потанцевать? — предложила она.
Он замялся. Она знала, что его смущает ее высокий рост.
— Не парься, я сниму туфли.
— Ты это сделаешь?! — удивился Ромео.
— Конечно.
— Не боишься?
— Кого?! — захохотала Лера.
Ее громкий смех привлек внимание гостей за соседними столиками. Соломатина, ничуть не смущаясь прикованных к ней взглядов, скинула туфли и увела Радика танцевать. Он был так восхищен ее поступком, что в чувствах сгреб ее в объятия, прижав к себе излишне сильно.
Лере пришлось немного охладить его пыл и чуть оттолкнуть от себя.
— Спокойно, Ромео, держи себя в руках.
— Извини, — сказал он и дальше вел себя прилично.
Какая-то великовозрастная бабенка, заразившись Леркиной невозмутимостью, тоже сбросила лодочки и закружилась в вальсе со своим кавалером. То ли сама пьяненькая, то ли лодочки у нее неудобные, но кружилась она довольно энергично и с виду была абсолютно счастлива.
— А ты переживал, — посмеялась Лера. — Наш флешмоб уже поддержали.
Ромео довольно засмеялся.
Краем глаза Лера заметила, что Матвей действительно говорил о чем-то с Лёшкой.
Потом музыка сменилась. Радик, удовлетворившись одним танцем, подвел Леру обратно к столику и держал за руку, пока она обувалась.
— Ты такая ох*енная, — в чувствах признался он.
— Ого. Вот это комплимент, — усмехнулась она. — А нескучный у нас вечерочек получился. Ромик, давай за тебя. Ты реально спас меня от глубокой тоски.