Острые грани

Красавина Маргарита

А сейчас нашей задачей было поскорее дойти до ближайшего города, хорошо бы большого, чтобы там наверняка был штатный маг телепортер, который бы мог поспособствовать нашему переносу в Лорелею. И не важно, как далеко мы сейчас от столицы. Просто в каждом достаточно крупном городе Гидонии есть хотя бы небольшое отделение Белой башни с начальником, самым сильным или опытным магом, и четырьмя или больше подчиненными – боевым магом, целителем, телепатом и телепортером. И у последнего всегда была налажена связь со своими коллегами в других городах. Не во всех, конечно, – наша страна самая большая в мире, – но во всех основных транспортных узлах и с наиболее важными торговыми партнерами данного города.

Так что,

даже если за один раз мы в Лорелею и не попадем – организация переноса на большие расстояния была доступна лишь при непосредственном участии таких редких умельцев, как магистр Ледовский, – так через два-три перехода уж точно. И приятнее всего, что осуществить их можно поочередно без какого-либо промедления, ведь из одного отделения Башни перенос происходит точнехонько в другое. Были бы деньги – мастера против не будут. Такую услугу они обязаны оказать любому жителю Гидонии. Если его, конечно, не разыскивают власти за какое-либо преступление. Тогда в отделение Башни вам лучше не соваться – перед телепортацией всегда была обязательна процедура сличения.

Ну а сейчас, трясясь в седле и выискивая место для обеденного привала, я поравнялся с конем Амаранты. Удобное время, чтобы, наконец, удовлетворить свое вчерашнее любопытство:

– Мара, скажи, а почему у вас так хорошо относятся к черным магам?

Девушка, явно пребывавшая в хорошем настроении, запрокинула голову и улыбнулась стоящему в зените солнцу. Погода была просто отличная.

– Ну, у нас принято помогать простым людям. Не за просто так, конечно. Но лекарство там какое подобрать, оберег сделать, бандитов приструнить – это в порядке вещей.

Не успел я удивиться такому заявлению, как слева послышался недовольный голос незаметно подъехавшей к нам Киры:

– «Принято помогать»! Как же! Это по указке верховной вы из себя добрячков корчите, а на деле просто белых выживаете.

– Но белых магов в Союзе почти не осталось…

– Потому что вы их уничтожаете – тайно, жестоко и безжалостно!

Глаза ферры сверкали сейчас лютой ненавистью и готовы были просто испепелить черную на месте. Амаранта же просто удивленно косилась на Киру, кажется, искренне ее не понимая.

– Эй, полегче! – сказал я. Моя лошадь оказалась как раз между женщинами, и если бы я был эмпатом, то, наверное, свалился бы с лошади от направленной в сторону девушки злости. – Думаю, что Амаранта никого не уничтожала – ни жестоко, ни безжалостно. Правда, Мара?

– Что? Да с чего она вообще такое взяла?

– С чего взяла? Да просто сама видела! Ты что, думаешь, я на эту вашу жрицу посреди улицы напала или в вашем логове? Нет! Я ждала подходящего случая, когда она куда-нибудь, наконец, выберется из своего змеиного гнезда. А когда дождалась, последовала за ней. И угадай, куда пришла эта стерва Лойс со своими подручными? Прямо в жилище белого мага. Ночью, когда все спали. Взломала защиту и тихонько вошла. А потом так же тихонько убила старика-целителя и всю его семью, включая детей. А заодно и моего напарника, когда мы хотели ей помешать. Тогда-то я ее и ранила. Как жаль, что не смертельно! Сильна она, как тэшш, ваша жрица, и безжалостна, так же как тэшш, будь она проклята! А потом дом они спалили, представив все случившееся, как обычный пожар. А я чудом ускользнула и поклялась довести начатое до конца – уничтожить мерзкую тварь. Но сначала мне надо добраться до альта фо Нойра и передать ему все, что нам удалось узнать, и сопроводить в столицу его сына. А потом я вернусь и убью ее, клянусь памятью моих погибших товарищей!

Выговорив все это на едином дыхании, из Киры Трэс как будто исчез весь запал, и женщина сгорбилась на спине лошади, нервно прядающей ушами от гневного голоса хозяйки.

– Теперь

понимаешь, почему люди стали принимать вашу помощь? Потому что своих конкурентов вы всех извели. Та семья в Брисоле была последней. Прятались, дураки, надеялись на что-то, не хотели покидать родные места. А кто поумнее был, разбежались давно по захолустьям и спрятались, как мыши. Понимаете теперь?

– Ты хочешь сказать, что черные вот так просто убили не успевших скрыться белых магов в Сузуде, и власти ничего с этим не сделали? Ладно, как я понял, они закрыли глаза на появление у них черных магов. Предположим, они показали себя мирными и законопослушными жителями. Но разве не насторожило королей и министров такое резкое исчезновение и гибель белых? Конечно, ни о каком объединении магов на территории Сузудского союза и речи никогда не шло, слишком их там всегда было мало. Вступиться за их права особо некому. Но такой геноцид… Как он мог остаться незамеченным?

– А вот в этом-то все и дело. У черных каким-то образом оказались свои люди во власти. Не знаю как. Выяснять это не входило в мое задание. Мне надо лишь скорее донести сведения о масштабе случившейся катастрофы и скорости ее развития до Совета и альта архимага. Теперь это будет забота уже других ферров.

– Но как же так получилось, что мы узнаем об этом только сейчас? Никогда не поверю, что у нас нет в Сузуде и Брисоле шпионов, которые должны были давно донести королю и Совету о сложившейся ситуации.

– А мы знали, – огорошила меня ферра. – Точнее, Башня и король знают. Хоть и стало известно об этом относительно недавно. Знают, что в Сузудском союзе появились люди со способностями к черной магии, и что отнеслась к ним официальная власть Союза куда спокойнее, чем если бы такое произошло у нас. Наши просто наблюдали и не хотели вмешиваться в дела союзных королевств. Но видит Солнечный, никто и предположить не мог, что ситуация начнет так стремительно ухудшаться. Что возродится секта черных жрецов, этих садистов и убийц. А теперь они еще и пытаются официально закрепиться, показывая, какие они полезные и хорошие. Помогают людям, как же! А попутно продвигают свои интересы в Сенате Зиада, объединенном совещательном органе Союза.

– М-да, ситуация… Как же им все-таки удалось влезть во власть? – скорее себя, чем других, спросил я. И, обернувшись на судорожный вздох, посмотрел на Амаранту.

– Я не знала. Правда не знала, – с болью в голосе, но тем не менее вполне твердо произнесла девушка. И смотрела она при этом только на Киру Трэс, не отводя сверкающего взгляда.

Ферра пренебрежительно фыркнула и придержала лошадь, отставая от нас с Марой. Ни слушать оправданий, ни принимать извинений от черной она не собиралась.

– Не обращай внимания, – посоветовал я странно напряженной девушке. – Это вина Лойс и ее подручных. Ты тут ни при чем.

– Мне надо будет с тобой поговорить, Леор. Наедине, – срывающимся шепотом произнесла девушка. И увидев мои удивленно вскинутые брови, поспешно добавила: – Это важно. Пожалуйста.

– Да без проблем. Вечером?

– Ага.

– Давайте сделаем привал, – предложил я, обернувшись к следующим позади спутникам. И мы съехали с дороги.

Воздух за день накалился, в траве стрекотали кузнечики, и, наскоро перекусив походным пайком, я в эту самую траву и повалился. Закинул руки за голову и пытался обдумать рассказ ферры. Но от этих в общем-то тревожных мыслей меня только больше разморило и потянуло в сон. Политические игры, тайные убийства, борьба за власть… То, что в истории описывалось как само собой разумеющееся, а именно – стремление черных жрецов к безграничной власти и истреблению всех белых магов, в современном мире казалось какой-то бредовой сказкой. Неужели все это обстоит именно так?