Остров
Шрифт:
Профессор закашлялся и прикрыл рот рукой — а Хэтч вспомнил, что так он выражал свое неудовольствие.
— Что? — немного с вызовом спросил он.
— Черемуху и шиповник, — сказал профессор, — употребляют в пищу на этом побережье в течение многих веков. И то и другое очень полезно, в них очень много витамина С.
Он замолчал, и Хэтч вдруг удивленно вскричал:
— Да, я понял, что вы имеете в виду.
— Возможно, моряки в семнадцатом веке и не знали, что вызывает цингу, но зато они отлично знали, что почти любые свежие ягоды, фрукты,
— Какая?
— То, как тела были похоронены. — Старик ударил тростью в пол, чтобы подчеркнуть свои слова. — Малин, цинга не заставляет десятками сбрасывать тела погибших в общую могилу, быстро их закапывать да еще оставлять им золото и изумруды.
Вдалеке сверкнула яркая вспышка, и на юге прокатились раскаты грома.
— А что заставляет? — спросил Хэтч.
В ответ доктор Хорн лишь ласково потрепал его по плечу. Потом повернулся и, хромая, спустился по ступенькам. Стук его трости еще долго слышался после того, как он скрылся в теплом сумраке Оушнлейн.
ГЛАВА 28
Ранним утром следующего дня Хэтч вошел в «Первый остров» и обнаружил, что маленький командный центр забит людьми. Бонтер, Уопнер и Сент-Джон о чем-то громко спорили. Молчали лишь Магнусен и капитан Нейдельман: Магнусен проводила диагностику, а Нейдельман — олицетворение покоя в центре бури — стоял и неторопливо разжигал трубку.
— Вы что, спятили? — говорил Уопнер. — Я должен быть на «Цербере» и заниматься расшифровкой дневника, а не обсуждать вашу дурацкую спелеологию. Я программист, а не ассенизатор.
— У нас нет другого выбора, — сказал Нейдельман, вынимая трубку изо рта и не спуская взгляда с Уопнера. — Ты же видел показания приборов.
— Да, да. А чего еще вы ждали? На этом проклятом острове ничего не работает.
— Кажется, я что-то пропустил, — произнес Хэтч, проходя внутрь.
— О, доброе утро, Малин, — с улыбкой приветствовал его Нейдельман. — Ничего существенного. Просто у нас возникли небольшие проблемы с электроникой в системе лестниц.
— Да, небольшие, — хмуро проговорил Уопнер.
— В результате нам придется взять Керри с собой, когда мы спустимся в Бездну.
— Ну и черт с ней! — раздраженно воскликнул Уопнер. — Я уже устал повторять: упала последняя костяшка домино. Поверьте мне, код уже мой. Через пару часов «Сцилла» полностью расшифрует плохиша.
— Если последняя костяшка упала, то Кристофер может довести дело до конца, — резко сказал Нейдельман.
— Совершенно верно, — вмешался Сент-Джон, слегка выпятив грудь. — Вопрос лишь в том, чтобы вывести результаты и сделать замены.
Уопнер, выпятив нижнюю губу, переводил взгляд с одного на другого.
— Все предельно просто — вопрос лишь в том, где вы больше нужны, — мягко заметил Нейдельман. — Сейчас — нашей команде. — Он повернулся к Хэтчу. — Необходимо установить в Бездне пьезоэлектрические
— Неудобно? — возмутился Уопнер. — Да это настоящая заноза в заднице.
— Большая часть команды отдала бы половину своей доли, чтобы участвовать в первом проникновении, — заявил Сент-Джон.
— Вот ты туда и проникай, — отвернувшись, пробормотал Уопнер.
Бонтер захихикала. Нейдельман повернулся к историку.
— Расскажите доктору Хэтчу о предложении во второй части журнала, которое вам удалось расшифровать.
Сент-Джон с важным видом откашлялся.
— Ну, это не целое предложение, скорее фрагмент: «Тот, кто жаждет получить ключ к…» — тут какое-то непонятное слово — «найдет…»
Хэтч изумленно посмотрел на капитана.
— Значит, тайный ключ к Водяной Бездне существует!
Нейдельман улыбнулся и нетерпеливо потер руки.
— Уже почти восемь, — сказал он. — Собирайте оборудование, пора начинать.
Хэтч вернулся в свой кабинет, чтобы забрать медицинский чемоданчик, и догнал группу, поднимающуюся вдоль холма к Ортханку.
— Merde, как холодно, — проворчала Бонтер, дуя на руки. — И это летнее утро?
— Летнее утро в Мэне, — ответил Хэтч. — Наслаждайтесь. От такого воздуха быстрее растут волосы на груди.
— Ну, в этом я не нуждаюсь, monsieur le docteur.
Она побежала вперед, пытаясь согреться, а когда Хэтч последовал за ней, он обнаружил, что и сам слегка дрожит; то ли от холода, то ли от предстоящего спуска — непонятно. Солнце наконец поднялось настолько, что длинные неровные тени легли на остров.
Когда они оказались в верхней точке острова, Хэтч разглядел высокий силуэт Ортханка, толстые связки проводов шли вдоль его основания к разверстой пасти Водяной Бездны. Только теперь она перестала быть Водяной: ее удалось осушить, и им оставалось лишь открыть все ее тайны.
Хэтч вновь почувствовал нервную дрожь, но лишь прибавил шагу. С высоты он видел серый полукруг дамбы, по дуге уходящей в море вдоль южной оконечности острова. Удивительное зрелище. За ней простиралась темно-синяя гладь океана, исчезающего за вечной вуалью тумана; непристойно обнаженное каменистое дно с множеством луж стоячей воды невольно притягивало взгляд. Тут и там виднелись отметки, оставленные на выходе пород: здесь начинались туннели, затоплявшие Бездну, — их еще предстояло тщательно изучить. На прибрежной полосе возле дамбы валялись кучи ржавых обломков, пропитавшегося водой дерева и другого мусора из глубин Бездны.