Остров первой любви
Шрифт:
Джо поставил перед Дженни тарелки с сандвичами, налил стакан холодного молока и сел за стол напротив нее.
– Ешь, – сказал он.
Дженни надкусила сандвич. Это был ее любимый сандвич с ветчиной и сыром, и он показался ей невероятно вкусным после еды, которой ее кормили в самолете.
Джо терпеливо ждал, пока она ела. Лишь когда Дженни отодвинула от себя пустую тарелку, он заговорил.
– А теперь, может, все-таки объяснишь, почему ты уехала от мадам Жюно? Я скорее сумею убедить Стива не отсылать тебя назад, если
– Мне уже девятнадцать лет, Джо, – спокойно ответила Дженни, допив молоко. – Я пробыла в школе мадам Жюно шесть лет! Могу себе представить, во что это обошлось Стиву. Стив никогда не жалел на меня денег, но теперь, когда я стала взрослой, я больше не собираюсь злоупотреблять его щедростью. Я хочу сама зарабатывать себе на жизнь. Я подыщу себе какую-нибудь работу.
Выслушав это, Джо критически покачал головой.
– Стив ни за что не позволит тебе работать. Даже не надейся.
– Это мы еще посмотрим, – упрямо заявила Дженни.
– Если тебе не нравится у мадам Жюно, Стив подыщет какую-нибудь другую школу. Он хочет, мечтает о том, чтобы ты получила хорошее образование.
– Я знаю, – кивнула Дженни. – Он писал, что будущей осенью собирается отправить меня учиться в Париж. Но я не хочу, чтобы Стив платил еще четыре года за мое обучение. И вообще я больше не собираюсь жить на его деньги. Он и так был слишком щедр все эти годы.
– Стив вовсе не считает это щедростью, – мягко возразил Джо. – Просто ему доставляет удовольствие заботиться о тебе. Думаю, дать тебе все то, чего он сам был лишен в юности, стало смыслом его жизни. – После минутной паузы Джо задумчиво добавил:
– Вообще Стив – очень странный человек. Тогда, восемь лет назад, он всех удивил, став твоим опекуном. Стив всегда был одиночкой, ему не было дела ни до кого. Наверное, ты, Дженни, единственный человек, который дорог ему. Достаточно увидеть вас вместе, чтобы понять, как много ты для него значишь.
– Джо, мы со Стивом не виделись почти два года! – выпалила Дженни. – И после этого вы говорите, что я ему дорога…
– Он был очень занят в последнее время. Он работал днем и ночью, прежде чем открыть этот отель. У него не было никакой возможности встретиться с тобой.
– Но отель, насколько мне известно, уже полгода как открылся, – сказала Дженни, глядя в сторону.
– Дженни, ты не можешь упрекнуть Стива в том, что он не заботился о тебе!
– Вы не правильно меня поняли, Джо. Я ни в коем случае не жалуюсь на Стива, – в голосе Дженни зазвенели слезы. – Да могу ли я жаловаться после всего того, что он для меня сделал? Он не жалел на меня денег, покупал мне дорогие вещи, каждый год мы куда-нибудь уезжали на каникулы. Благодаря ему я увидела столько замечательных мест…
Она внезапно умолкла, борясь со слезами.
– Тогда в чем же дело, Дженни? – спросил Джо, пытаясь заглянуть в ее глаза.
– За эти годы я привыкла во всем зависеть от
– Но Стив и не ждет от тебя ничего взамен, Дженни. Ему нужно лишь одно: чтобы ты была счастлива.
– Я знаю, – Дженни грустно улыбнулась, справившись наконец со слезами. – Но я не могу пользоваться его великодушием. Теперь, когда я в состоянии сама зарабатывать себе на жизнь, я больше не позволю ему тратить на меня бешеные деньги.
Сказав это, она поднялась из-за стола, сполоснула над раковиной тарелку и стакан и поставила их сушиться. Потом снова повернулась к Джо.
– Я ведь могу рассчитывать на вашу помощь, не так ли? Пожалуйста, Джо, объясните Стиву: пришло время мне начать жить самостоятельно. Вас он, быть может, послушает.
Джо подавил вздох.
– Боюсь, что Стив не послушает меня, – пробормотал он, вставая. Подняв с пола сумку Дженни, он жестом пригласил ее следовать за ним. – Пойдем, я покажу тебе твою комнату.
Комната для гостей, в которую провел ее Джо, поразила Дженни своим роскошным убранством. Она была отделана в синих и зеленых тонах – пушистый голубой ковер на полу, светло-зеленые обои и такого же цвета шторы, небесно-голубое покрывало на кровати. Кроме кровати здесь стояли изумрудно-зеленые бархатные кресла, низкий столик и огромный шкаф с зеркальными створками. В глубине спальни была дверь в туалетную комнату.
– Почему бы тебе не прилечь и не вздремнуть пару часов? – сказал Джо, ставя ее сумку возле кровати. – У тебя усталый вид, а Стив все равно появится только к вечеру.
– Я так и сделаю, – согласилась Дженни. – Спасибо за все, Джо.
Когда Магрудер ушел, Дженни развязала ленту, стягивающую волосы, и устало провела рукой по длинным шелковистым волосам, которые тут же рассыпались по ее спине и плечам. Потом, расстегнув «молнию» дорожной сумки, извлекла оттуда старые голубые джинсы и розовую пляжную майку-топ. На дне сумки лежала фотография Стива, которую Дженни сразу же поставила на тумбочку у изголовья кровати.
Этот снимок она сделала сама еще три года назад, когда Стив возил ее на каникулы в Индию. Стив стоял на палубе яхты. С улыбкой он смотрел прямо в объектив. Его густые золотисто-русые волосы были взлохмачены ветром, лицо было темным от загара. Фотография вышла не очень четкой, но она была дорога Дженни. Все эти три года фотография простояла на туалетном столике возле ее кровати в пансионе мадам Жюно. Дженни улыбнулась, вспомнив, с каким интересом подруги разглядывали фотографию Стива. Все, как одна, называли его на редкость привлекательным мужчиной и старались выпытать у Дженни, не влюблена ли она в своего опекуна. Всякий раз их вопросы заставляли ее заливаться краской смущения.