Остров Амазонок
Шрифт:
Он увидел в подзорную трубу, что к острову в быстром темпе приближались пять пирог, наполненных вооруженными туземцами. Оружие не ахти какое: копья, дротики, дубинки, луки, но банда была очень уж многочисленной. Но больше всего комендант опасался, а не ревнивые ли это мужья возвратились из дальних странствий? Ох как они рассвирепеют, узнав о внебрачных связях своих временно покинутых супружниц с неизвестным бледнолицым самозванцем.
Черт! Угораздило им заявиться не вовремя. А еще не закончено строительство большой катапульты, которая сможет метать двухпудовые глыбы на полмили. Маленькая
Серега ударил в колокол, которым служил повешенный на столб дырявый котелок, сыграл сбор по тревоге. Это был сигнал для фельдфебелей, которые быстро примчались получать указания коменданта. Взглянув в протянутую им подзорную трубу, девчонки округлили испуганные глаза и стали быстро щебетать, хватая себя за горло, высовывая языки.
— Что, шаболды, никак мужья вернулись? Это ваши мужики-папуасы? Да или нет? — спросил Маньку Серега, придвинув к ней лицо и грозно вращая глазами. — Что, твой хахаль приплыл, или муж с охоты вернулся?
— Нет, господин комендант! Ты нам муж и хозяин! — бросилась в ноги Манька. — Это охотники за головами с островов, откуда встает солнце! Они часто приплывают из далекой земли и на нас нападают. Обычно мужья встречают разбойников в море и там с ними бьются. Вернее сказать, раньше встречали, теперь ты наш муж!
Ага! Так вот они какие, местные флибустьеры, охотники за черепами! Пираты, мародеры, насильники и грабители приплыли в гости без спросу. Серега обрадовался тому, что пятой колонны в тылу не будет, а население видит в пришельцах исключительно врагов.
— Гарнизон поднять по тревоге! Всем быстро прибыть в крепость! — Сергей начал энергично отдавать приказы. — Ты, Танька, — бегом в поселок, поторопи население. Гудок и Запаска, марш к катапульте, сейчас будем топить пироги. Ор-р-удие к бою!
Каннибалы торопливо гребли, направляя лодки точнехонько в проход между рифами, вскоре они уже проскочили во внутреннюю акваторию острова и приблизились к побережью как раз на дальность выстрела катапульты. Механика была простенькая: длинный шест с ящиком на одном конце и противовесом на другом. Конструкция крепилась к бревну, лежащему сверху, поперек вертикальных двухметровых столбов.
Манька и Фэй притянули за лиану к земле пустой ящик, Сергей положил в него несколько булыжников и стал выжидать. Сектор обстрела был заранее определен, участки лагуны пристреляны на ежедневных тренировках, промаха быть не должно. Папуасы испускали воинственные кличи и, сами того не ведая, интенсивно гребли к нужному участку. Вот они уже вошли в район вероятного поражения, на дальность прицельного «бомбометания».
— Пли! — скомандовал Серега, и девчонки отпустили натянутую катапульту.
— Фью! — свистнула Гудок вслед улетевшим камням.
Булыжники улетели в сторону моря, и ближайшая пирога попала под град камней. Она перевернулась из-за того, что некоторые из гребцов, завидев рушащийся с неба крупный галечник, в панике спрыгнули в воду. Сергей видел, как один раненый туземец утонул, другой окровавленными руками цеплялся за лодку, а третий пытался плыть с разбитой головой. Остальные, где-то около десяти дикарей, быстро пустились
«Запах крови должен привлечь акул, пусть зубастые полакомятся!» — подумал Серж и скомандовал:
— Заряжай!
Девчата работали шустро. Раз за разом выпущенные снаряды находили свои жертвы. Расчет успел выстрелить пять раз, пока нападавшие не вышли из сектора обстрела в мертвую зону возле берега, недосягаемую для камней. Удалось утопить еще одну лодку, а появившиеся в лагуне акулы успели растерзать парочку отставших раненых пиратов. Остальные, пусть и без оружия, но злые и разъяренные, устремились на штурм вместе с другими вооруженными туземцами. К этому времени Танька созвала в форт все население, которое заполнило все пространство крепостного двора. Битва началась!
Под руководством фельдфебльш, личный состав обороняющегося гарнизона колотил копьями и палками по рукам и головам наступающего противника. Первый натиск удалось легко отбить. Он длился недолго, минут десять. Наивные дикари думали, что сумеют быстро перелезть через частокол, который казался незначительным препятствием. Но выяснилось, что трехметровую изгородь с заостренными на концах кольями, опутанную сухими колючками, легким наскоком не взять. На раскрашенные боевой краской тела сверху обрушился град камней, обороняющиеся кололи их остроконечными шестами, в глаза сыпали песок.
Папуасы в недоумении отошли и долго переговаривались, возбужденно жестикулируя. Они разглядели, что среди обороняющихся только женщины и дети, которые почему-то не думают сдаваться. Засевшего в башне со стрелковым оружием Сергея они пока не заметили. Отпор, оказанный бабами, их лишь раззадорил. Добыча казалась легко доступной, и требовалось лишь приложить некоторое усилие.
Каннибалы разбились на пары, проявляя смекалку и военную хитрость. Один держал копье спереди, другой сзади, второй приподнимал первого на этом своеобразном шесте, и тот карабкался по стене, цепляясь ногами за выступы и обрубки сучьев. Однако на каждого такого «альпиниста» приходилось по два с половиной обороняющихся защитника форта. Половинка — это дети и подростки. Они дружно выставили навстречу карабкающимся дротики, палки, швыряли в лицо врагам копья, стреляли в упор из луков.
И вновь противник отступил, оставив под стеной тела умирающих. Четверо убитых валялись прямо под стенами, трое лежали чуть поодаль. Еще пятеро раненых ушли к берегу омывать раны морской водой. Обо всем этом Сергею доложила фельдфебельша Танька.
Людоеды-разбойники сбились в одну ватагу и на этот раз сменили тактику, решив перейти от наступления со всех сторон к главному прорыву на одном участке, а именно у ворот, которые находились чуть ниже основной стены. Сергей опять пересчитал противника по головам. Итак, атакующих тридцать семь! Он учел только тех, кто пойдет в атаку, стоящих с бревном-тараном наперевес. Тяжело раненные пока не бойцы. Ого! Как они быстро соображают и обучаются! Стенобитное орудие придумали в виде ствола поваленной пальмы. Надо же, и почему она там валялась, а не была занесена в крепость?