Осознанный риск
Шрифт:
— Здесь трудно найти питьевую воду, — ответил мужчина, встав и оглядевшись по сторонам.
Крис посмотрела на три разных шланга, тянущиеся по газону к ее дому, и покачала головой.
— Я попрошу у соседей, — сказал Джим.
Через минуту он вернулся с бумажным стаканчиком. Сделав несколько глотков, Крис заметила, что он протягивает ей одеяло.
— Спасибо, — поблагодарила она. — Если бы я знала, что вы приедете, обязательно бы оделась.
— Не беда, — пожал плечами Джим. — И вообще, вы не должны стесняться. С такими
Слава богу, одеяло было до пят.
— Эй! Эй! — прокричал какой-то баритон, и раздался грохот.
Часть крыши, по которой стучали пожарные, сжалилась, и огонь вырвался наружу. Двое пожарных настежь распахнули парадную дверь, а двое других подтащили большой шланг. Они были везде: внутри, снаружи, на крыше.
Поразительно, подумала Крис. Еще пару минут назад она видела только небольшой дым, сейчас его уже гораздо больше, и ярко-оранжевые языки пламени пожирают дом.
Из темноты вышел высокий пожарный, спасший ей жизнь. Он подошел к ним. В руке у него был серый комок шерсти, издававший грозные звуки. Мужчина отдал собаку Крис. Чикс, которому не нравилось, когда его брали на руки незнакомцы, рычал и тявкал. Он был рассержен.
Дети тесно прижались к Крис, и она обняла их, пытаясь успокоить, словно создавая круг безопасности, которой сама не чувствовала. Поставив Кайла на стул и обняв Кэрри, она заметила соседей. Раньше они никогда не встречались, но теперь все были на улице и смотрели, как горит ее дом.
— Может быть, нам еще и вечеринку устроить, — пробурчала Крис, целуя детей. Чикс принялся облизывать ее лицо. — Ой, — сморщилась она.
— Поступил еще один сигнал? — спросил один пожарный другого.
— Да.
При этих словах еще одна огромная красная машина выехала из-за угла. Теперь их было четыре. Крис предположила, что они не услышали вой сирены из-за суеты: криков, рева двигателей, сигналов по рации, шипения воды и свиста, треска и грохота всего.
Вновь прибывший грузовик мигал фарами, напоминая большого бегемота. Вскоре стрела с корзиной неподвижно застыла над верхушками деревьев. Из шланга, поднятого вверх, полилась вода.
Борьба с огнем, как показалось Крис, превратилась в снос дома. Она вздрогнула от звука бьющегося стекла и треска дерева. Дом был разрушен. Движение на улице оживилось, заметила она. Подъехали полицейские машины и «скорая». Крис с детьми и собакой тихо сидела в машине номер 56.
По щекам ее потекли слезы. Все пропало. Хотя и было-то не очень много. До Рождества полтора месяца. Ей двадцать семь, и уже в третий раз за семь лет она чувствует беспомощность, отчаяние, так как все, что у нее было, исчезло, и на этот раз у нее на глазах. Сначала погибли ее родители в авиакатастрофе. Ей тогдабыло двадцать, и она была единственным ребенком. Потом ушел Стив; он даже не попрощался, только использовал ее чувства и деньги, доставшиеся ей после смерти родителей. Теперь еще и дом.
—
— Я… о, милая, мы что-нибудь придумаем. Не волнуйся.
— Мама, наши спальные мешки тоже сгорели? Как же мы будем без них?
— Послушай, Кэрри. — Голос Крис дрожал попреки всем ее попыткам скрыть это. — Мы справимся.
Дом был очень старый, и хозяин совсем его запустил. Очень скоро он стал похож на большую хижину. Крис смотрела на происходящее, пораженная, не замечая, сколько прошло времени. Она даже не чувствовала холода.
Одна из машин уехала. Соседи пошли спать, не предложив ей помощи. Черт, они ушли, даже не представившись! Полицейский записал ее показания: обогреватель вышел из строя после того, как она отрегулировала термостат, затем пошел дым. Вот и все. Он дал ей карточку с номерами телефонов организации «Помощь пострадавшим» и Красного Креста и пошел к своей машине. «Скорая» уехала ни с чем. Кайл тихо посапывал у нее на плече, завернутый вместе с Чиксом в одеяло. Кэрри прислонилась к ней, глядя вокруг с удивлением и страхом. Было уже около двух часов ночи, когда Крис осознала, что сидит на бампере пожарной машины и понятия не имеет, что делать дальше.
Пожарный, спасший ей жизнь, стоял рядом. На фоне обугленного дома он казался еще выше. Его густые, каштановые, вьющиеся волосы спутались и были влажные. Капли пота вперемешку с сажей стекали по его лицу. У него были глубоко посаженные глаза и широкие брови, отчего глаза казались немного грустными. Его лицо выражало сочувствие.
— Если вы скажете мне встать с машины, я не знаю, куда пойти.
— Вы знакомы с кем-нибудь из соседей?
Крис покачала головой. Она была готова разреветься, вспомнив, как бездушно отнеслись к ее беде.
— Есть ли кто-то, кому вы можете позвонить?
Она пожала плечами. И правда, есть ли? Вряд ли.
— Вы можете пойти в полицейский участок и позвонить оттуда. Или мы разбудим соседей, и вы воспользуетесь их телефоном. Или вы можете поехать в пожарное депо и…
Крис не могла идти в полицейский участок сегодня. И встречаться с бывшими соседями. Глядя на мужчину, вынесшего ее из горящего дома и даже спасшего Чикса, она чувствовала, что зависит только от него.
— У вас здесь есть семья? Муж? Бывший муж? — продолжал расспрашивать пожарный.
— О да, бывший муж. Где-то… — произнесла Крис.
— Мы ведь знакомы? — предположил он.
Крис нахмурилась.
— «Айверсон», — подсказал мужчина. — Супермаркет.
Конечно же Крис вспомнила. До сегодняшней ночи это было единственное, что она знала о местных пожарных. Они часто целой компанией приходили в магазин, придирчиво выбирали продукты. И в такой момент они походили на женщин, идущих группкой в уборную ресторана. Крис работала кассиром в «Айверсоне» и всегда веселилась, когда видела группу рослых мужчин, блуждающих по супермаркету в поисках съестного.