Осознание
Шрифт:
Мне не нравилось, что один не считает важным мне отвечать, а вторая откровенно презрительно ко мне относится. В молчании я помог Олегу опустить все трубы на пол и отступил в сторону, давая ему спуститься самому.
Никуда не торопясь, Олег взял несколько труб и на открытом участке стал их раскладывать на полу. Наталья внимательно смотрела за ним, но сама не помогала. Я тоже не считал нужным помогать или мешаться. Попросят, помогу.
– Не стойте просто так.
– Сказал, не отвлекаясь, Олег.
– Наберите хвороста и перед ангаром разведите костер.
Я пошел за хворостом,
Хворост я собрал быстро. Притащил даже большую корягу, вокруг которой и хотел разжечь огонь.
– Разжигать?
– спросил я и услышал в ответ «Конечно! Чего ждешь?» от Натальи.
Чуть сыроватые ветки все-таки разгорелись от брошенных под них обрывков бумаги и ткани. Я, грея руки, крикнул, что разжег. Но, наверное, они и так это видели, раз не откликнулись.
Посидев немного и убедившись, что костру ничего больше не грозит, я с трудом разогнул больные колени и зашел в темный ангар.
На полу уже стояла полностью собранная рама дельтоплана, упираясь поперечным треугольником управления в раскрошенный бетон. Олег возился со второй рамой, вставляя и закрепляя трубы в друг друге. Я стоял в сторонке и смотрел, как он бьется со второй конструкцией, и хотел даже помочь ему. Но подумал, что буду только мешаться и не стал. Выругавшись, Олег отступился от второй конструкции.
– Не хватает.
– Ну, так один-то нормально… - задумчиво сказала Наталья.
– Да на всякий случай хотел второй каркас иметь.
– Сказал он досадливо. Я подошел поближе и замер, рассматривая огромную раму крыла.
– Тележку теперь надо найти.
– Сказал Олег, оглядываясь, словно до этого не видел пустоту ангара.
– Интересно где она. Или они.
Они на пару обошли ангары и прилегающую площадь. Я все трогал и гладил раму крыла. Представлял, как на него натянуто полотно. Как оно скользит, опираясь на воздух. Когда они вернулись разочарованные к огню, я тоже присоединился к ним.
– Вы хотите, что ли, на этой штуковине улететь? Пожав плечами, Олег сказал:
– Почему нет? То, что мы преодолевали за сутки на нем можно преодолеть за час. Только все равно ничего не выйдет. Мототележек нет. И где они я даже представить не могу. Когда учился, они были тут. В ангарах. Теперь нету.
– А самим не сделать?
– спросил я наивно.
Олег расхохотался, а Наталья в который раз одарила меня презрительным взглядом. Мне это стало надоедать и я спросил:
– А в чем дело? Насколько я помню, они все время только самодельные и были. Успокоив смех кое-как, Олег сказал:
– Ну да. Но вот только ни я, ни ты, как их делают, понятия не имеем. Да и материалов не думаю что найдем.
Я достал бутылку и, откупорив, отпил из горлышка. Закурил. Достал и, развернув хлеб, предложил Наталье. Она отказалась и достала и кармана комбинезона минералку и конфеты. Как-то у меня не вязались в понимании конфеты, водка и минералка.
Олег расслабленно сел на бетон и принял у меня бутылку. Тоже отпил, тоже закурил, глядя в огонь.
– Ну и ладно. Будем отдыхать тогда.
– Сказал он.
– Ну, не получилось. Но ведь мы
Она не стала пить водку. Отпивая минералку, она пригрелась у почти бездымного костра.
– Угу.
– сказала она вытирая губы рукавом комбинезона.
– Так пойдем. Нам же с тобой не впервой.
Они засмеялись, а я улыбнулся. Внезапно смех Олега сменился кашлем, и он долго отхаркивался за ангарной дверью. Вернувшись, он сказал:
– Ну что, надо посидеть с полчаса и обратно двигать. Что тут делать-то еще сейчас. Наталья возразила:
– Слушай, Олежка, ну так не хочется опять туда возвращаться. Давай хоть ночь тут проведем. На свежем воздухе. А не в подвале зачуханном.
Мне было неприятно, что она так выразилась про мое жилище, но я смолчал в который раз. Олег же снисходительно улыбнулся и сказал:
– Задубеем тут. Ночью холодно все-таки чтобы тут ночевать.
– У них тут парашюты есть. Наверное. Ляжем в комнатах для отдыха, укроемся ими.
– Да они не согреют нифига.
– махнул рукой Олег.
– Хотя… если мы с тобой ляжем, мы не замерзнем. А вот Артем дуба даст точно.
– Ну, так пусть он домой едет, а мы завтра приедем.
Олег посмотрел на меня. Как же мне было обидно непонятно отчего. Но я, сдерживая эмоции, сказал:
– А что? Если вы так хотите, то я поеду домой пока не поздно. А вы уже сами решите, когда приехать. Олег потер себе шею и сказал:
– Не, так не пойдет. Пришли вместе и обратно надо вместе. Я прав Тема? Пожав плечами, я сказал:
– Да мне-то что? Тут не далеко до поста. Добегу. Ничего не случится. Собак вроде в округе ближней нет. Всех отстреляли, кого могли.
– Ну, как знаешь.
– Сказал, кажется облегченно, Олег.
Я посидел с ними еще минут двадцать и, оставив водку и хлеб, попрощался и пошел к посту.
Нет, я не маленький мальчик, чтобы боятся по лесу ходить. Но все равно было не по себе, когда шел один среди почти безмолвного леса. Птиц было очень мало. В этой тишине даже свои шаги казались чужими. А уж как сердце вздрагивало, когда где-то что-то хрустело. Я с радостью выбрался на трассу, ведущую к городу. Эта длинная и прямая полоса изувеченного покрытия была для меня ближе и роднее и приятнее, чем темный, сыроватый и какой-то хмурый лес.
Я сбавил шаг и теперь шел почти спокойно. Тут не бывало людей. Только изредка проходили большие грузовики, что по нужде глядящих носились между городами. А уж пока я шел, так вообще никого не появилось. До поста я дошел спокойно и уже на посту подвергся допросу, куда девались мои друзья. Отвечая, что они придут позже, мне вроде удалось убедить, что они не сбежали в неизвестном направлении, и не придется их искать. «Ой, загремят они на работы», сказал глядящий, возвращая мне паспорт со штампиком другого цвета. Продолжая уверять, что они вернуться вовремя или, переночевав там, заявятся утром, я покинул пост и вздохнул свободнее уже за заграждением. Автобус я ждал долго. Наверное, даже дольше обычного. Я скурил сигареты четыре пока он пришел на кольцо. Потом еще минут десять пока водитель отмечался и трепался на посту я терпеливо мерз на свежем осеннем ветерке.