Осознание
Шрифт:
Я оказался прав. В Нижнем перед управой собралось по оценкам независимых корреспондентов не меньше трех тысяч человек. Лозунги такие привычные и банальные светились с фотографий. Вообще, фотографий было много. Я нашел даже ролики, которые можно было просмотреть и сохранить у себя на память. Усмехаясь тому, что за два года с моего последнего участия ничего не изменилось, я закачал себе пару роликов с кричащими названиями и, откинувшись в кресле, включил просмотр.
Ролики и, правда, были достойными. Парень с камерой, что снимал первый, оказался в самой гуще во время поступления приказа о задержании митингующих. Продолжая
Ролик внезапно кончился, и я поставил на просмотр следующий. Это оказалась запись одного из задержанных уже находившегося в салоне автобуса для перевозки ОМОНа. Уложенные милицией на пол, горе-протестующие даже не переговаривались между собой. Тот, кто снимал на мини камеру происходящее тоже лежал между кресел и от того ракурс получался несколько непривычным и неудобным для съемки. Но момент, где прямо в автобусе милиция избивает одного из задержанных ногами, явно с расчетом переломать ему ребра, меня заставил похолодеть, вспоминая, как меня самого при задержании казалось, желали изувечить. Вошедшая в кабинет Катя только нахмурилась и спросила с язвой:
– У тебя весеннее обострение? Что ты эту фигню смотришь? Ностальгия замучила? Я, не поворачиваясь к ней, хмыкнул и сказал:
– Нет, Катюш. Просто… Я, наверное, мог оказаться там. Среди этих …
– Или даже тем, кого там приводят в чувство ОМОНовцы… - сказала она с легкой насмешкой. Я кивнул и добавил:
– Я просто думаю, был ли там Вовка? Нехилая получилась акция. Он вряд ли такую пропустил бы.
– Нашел о чем думать.
– хмуро сказала Катя. Она подошла к терминалу и, выключив монитор, посмотрела мне в глаза и сказала: - Сегодня пятница. Чего мы дома сидим? Поехали куда-нибудь. Я согласился, кивнул и пошел одеваться.
Выбравшись в центр, мы направились в ночной клуб, где моя «научная сотрудница» удивила даже меня, ее близко знавшего не первый месяц, когда по приглашению конферансье решила поучаствовать в ежевечернем шоу «Скажи правду». Простенькая игра была лишь разогревом публики перед выступлением артистов разговорного жанра. И если в «Скажи правду» приглашенный из зала посетитель старался с юмором и честно отвечать на вопросы ведущего, то артисты, следовавшие за ним, развивали те темы, которые затрагивал участник. Этакий экспромт, продолжающий предыдущее выступление. Я давно, еще с первого посещения понял, что ведущий просто направляет в нужное русло участника, чтобы следующий номер именно выглядел экспромтом. А уж, сколько его готовили перед выступлением артисты, оставалось как обычно загадкой.
– Здррррраствуйте девушка!
– радушно раскрыл объятья ведущий, но Катя, заслонившись руками со смехом прошла в кресло, на котором посетители давали свои ответы. Сразу заработал огромный экран над сценой с изображением ее улыбающегося лица и пока пустующими окнами результатов полиграфа.
– Представьтесь, девушка, нашей публике!
– попросил сияющий улыбкой ведущий и Катя кокетливо стрельнув в него глазками представилась, не забыв обольстительно улыбнуться. Я сам
Окошко полиграфа на огромном экране дернулся и высветило, что контрольное состояние засечено. Чтобы участвовать в этом шоу, надо было быть, действительно сильным человеком и не боятся выглядеть посмешищем. Я бы не решился, признавался я себе тогда. Но Катя, похоже, долго решалась поиграть и покрасоваться на сцене, блеснув умом и шутками.
– Ну, так значит вы у нас студентка?
– спросил ведущий и Катя, справедливо обидевшись съязвила:
– Когда вашего шоу еще и в помине не было, я уже тему диссертации выбрала.
– Вы такая старая?
– притворно изумился Ведущий.
– Сколько же вы прошли терапий, что бы так очаровательно выглядеть?!
– Мне двадцать два!
– похвасталась Катя и ответно уколола ведущего: - Просто кто на что учился. Вы вот наверняка вообще не доучились и теперь тут публику развлекаете.
Ведущий покачал головой и со смехом заявил той самой публике, руками указывая на Катю:
– Учись - не учись, все равно публику развлекать.
В зале была в основном молодежь, пришедшая пораньше, чтобы к довольно позднему стриптизу и танцам разогреться и перекусить. Сквозь вялый смех я расслышал, как кто-то крикнул, чтобы приступали к самим вопросам.
Ведущий повернулся к Кате и поинтересовался, готова ли она к ответам. Катя кивнула и положив руки на подлокотники приготовилась внимательно слушать. В общем, когда она отвечала на пошловато-каверзные вопросы, я пару раз замечал, как краснею за нее. Но народ был просто в диком восторге от ее ответов. Ведущий откровенно хохотал, когда она смущенно покраснела на вопросе, а не пришлось ли ей спать со своим преподавателем в институте, чтобы так быстро закончить. И хотя полиграф выдал ответ «нет», сам вид Катюхи был забавен до невозможности.
– Очень хотелось, но не успела! Двоечницы без очереди не пропустили!
– скорчила она разочарованную рожицу, и даже я покачал с усмешкой головой, как убедительно это звучало.
Потом неожиданно для всех речи ведущего съехали к пограничным со здравым смыслом политическим вопросам. Я не понимал зачем туда порулил ведущий, но когда на сцену вышли два артиста и с ходу подхватили тему: политическое или сексуальное влечение испытывает руководство России к практически женскому коллективу соседней Европы, и что вообще видят в наших олигархах женщины - мужчин или диктаторов?
Катю долго благодарили за ее чувство юмора и за столь милое смущение после многих личных вопросов. И проводив со сцены, продолжили развивать тему политики. Получалось забавно. Я от души посмеялся, представив на минуту, как просили артисты, насколько быстро бы сбежали европейки из русского бедлама, угоди они в жены нашим руководителям. Катя жадно глотая через соломинку коктейль, только одними глазами смеялась представив, чтобы говорили наши правители своим женам не вернувшись с работы домой вовремя. «Извини дорогая, мы с Индийской президентшей искали консенсус…» или «Прости любимая, но ночью я тебе изменил с премьер министром. Мы долго искали с ней путь решения демографической проблемы, на своем опыте…»