Особо опасен
Шрифт:
– Я же вижу, что ты врешь. Ты скрываешь от меня что-то, имеющее отношение к расследованию?
– Ничего я не скрываю, – запротестовала Мелани, но ее голос прозвучал тихо и неуверенно.
Дэн размахнулся и ударил ладонью по рулю. Мелани подскочила.
– Это что еще за выходки? – раздраженно бросила она. Если Дэн собирается вести себя угрожающе, то она с чистой совестью скроет от него правду. Однако Дэн посмотрел на нее с выражением глубокой обиды.
– Я не могу в это поверить! Ты только что соврала мне и даже глазом не моргнула. Я думал, мы друг другу доверяем. Думал, мы
– Знаешь что, приятель, – вспыхнула Мелани, – команда – это когда играют вместе. Кто отказался назвать имя своего осведомителя? У кого обнаружились собственные планы и приоритеты? Вот когда выложишь все начистоту, тогда у тебя и появится право обижаться. А на сегодня у тебя такого права нет!
Дэн перевел взгляд обратно на дорогу и покачал головой, присвистнув сквозь зубы.
– Ну? – спросила Мелани.
– А знаешь, ты гораздо жестче, чем кажешься.
– Я рада, что ты в этом убедился.
44
Обратный путь прошел в напряженном молчании. Дэн высадил ее возле прокуратуры, заявив, что едет искать Рендла и позвонит, как только найдет. Не говоря ни слова, Мелани вышла из машины и хлопнула дверцей. Дэн уехал, не оглянувшись.
Оказавшись в кабине лифта, Мелани почувствовала неимоверную усталость и всепоглощающую депрессию. Она вела расследование убийства, а все, кто должен был ей помогать, попали в список подозреваемых. Даже Дэну доверять нельзя. Она изо всех сил старалась поймать Хирурга, однако не рассчитывала на то, что придется действовать в одиночку.
Из застекленной будочки ее окликнул охранник:
– Эй, Мелани! К тебе посетительница.
Он указал на небольшую приемную, где устроилась в кресле Мэри Хейл – в окружении штук двадцати коробок с документами.
При виде Мелани Мэри поднялась с места.
– Я привезла то, что вы затребовали повесткой.
– Да-да, вижу, – в изумлении пробормотала Мелани. – Но ведь в повестке сказано, что мистер Рид должен лично привезти документы на заседание следственного жюри, назначенное на завтра. Сейчас у меня нет времени возиться с бумагами.
– Мистер Рид не собирается никуда ехать. Он увидел ваш факс и велел мне уничтожить документы.
– Вы отдаете себе отчет в своих словах? – удивилась Мелани. – Уничтожение документов, запрошенных следствием, уголовно наказуемо. Зачем ему это? Или ему есть что скрывать?
– Мисс Варгас, я всегда думаю о том, что говорю, – холодно ответила Мэри.
– Вы хотите сказать, что сделка с «Секьюрилексом» – афера?
– Да еще какая!
– И мистер Рид знал об этом?
– Не только знал, но и лично участвовал, – почти злорадно заявила Мэри. – Когда «Секьюрилекс» впервые выпустил акции, мистер Рид занимался их распределением. Он требовал взятки у инвесторов, желающих купить большие пакеты акций по специальной цене «для своих». Разумеется, всем платежам очень тщательно придавали законный вид.
– А мистер Рид знает, что вы здесь?
– Нет, и когда узнает, то сделает все возможное, чтобы помешать мне. Так что давайте перейдем к делу. В коробках – архивы за много лет. Чтобы их просмотреть, понадобится время.
Мелани взглянула на часы, потом на
И тут Мелани осенило. Прекрасный способ поймать двух зайцев сразу: и дело сделать, и другу услужить.
– Мисс Хейл, будьте добры, подождите минутку, я сейчас вернусь, – оживилась Мелани.
– Да, конечно.
Сунув идентификационную карточку в щель магнитного замка, Мелани открыла дверь, добежала до кабинета Джо Вильямса и, задыхаясь, остановилась на пороге. Джо в удивлении поднял на нее глаза – с палочками наготове, его рука застыла в воздухе над белой картонной коробкой.
– Джо! Извини, что отвлекаю от обеда, но у тебя не найдется пары минут? Вообще-то гораздо больше, чем пара.
– Конечно. А что случилось? У тебя все в порядке?
– Все распрекрасно! И знаешь, у меня есть для тебя потрясающее дело.
Усадив Мэри и Джо в конференц-зале, Мелани помчалась к себе в кабинет, чтобы обдумать план дальнейших действий. И только тут заметила, что дверь в кабинет наглухо закрыта. Очень странно – уходя вчера вечером на банкет, Мелани как обычно оставила ее открытой настежь. Одолеваемая дурными предчувствиями, она потянула за ручку. Ей показалось, что мебель в кабинете стоит немножко по-другому, словно ее передвигали и поставили не совсем туда, где она была раньше. Уборщики? Приступ паранойи?
Мелани подошла к столу и с первого взгляда поняла, что кто-то рылся в аккуратно сложенных стопках документов. Кто-то залез в ее кабинет и просматривал документы. Она лихорадочно проверила бумаги. Банковские счета Бенсона исчезли! Мелани тут же вспомнила, как странно вел себя Ромми Рамирес накануне вечером. Как упорно настаивал на том, чтобы посмотреть на эти счета, несмотря на довольно резкий отказ. Хватило бы у него наглости проникнуть в ее кабинет и украсть бумаги? Кто еще, кроме Ромми, знал о банковских счетах? Как минимум Бернадетт и Дэн. В данной ситуации они оба входили в список подозреваемых, однако именно Рамирес заинтересовался счетами больше всего. Прямо-таки необыкновенно горячо заинтересовался.
Внезапная мысль заставила ее еще раз просмотреть документы. Так и есть, отчет криминалистов о принадлежности отпечатков пальцев на канистре с керосином Рамиресу тоже исчез. Теперь Мелани была уверена, что в ее кабинет заходил Ромми. Слишком много совпадений. Начиная с того, как он напугал ее своим появлением в дверях кабинета перед происшествием в архиве. Обычно полицейские не имели права шляться по прокуратуре. Однако Ромми многое позволялось – с разрешения Бернадетт.
Ослепленная яростью, Мелани вышла в коридор и, не успев опомниться, оказалась в приемной Бернадетт.