Особо опасен

Мартинес Мишель

– Ты-то, может, и способен, а вот я в себе не уверена, – заявила Мелани. В конце концов, разве она уже не думала об этом? Разве уже не фантазировала? Разве они уже не были amantes? [38]

Мелани знала себя, более того, знала, как сильно хочет Дэна.

– Да ладно, нельзя же запретить нам вместе работать, – сказал Дэн. – Ты только подумай, сколько хорошего мы могли бы сделать. Честные граждане рассчитывают на нас – мы обязаны обеспечить безопасность на улицах. Только представь, как здорово будет вдвоем сажать бандитов.

38

Любовники (исп.).

Мелани засмеялась:

– Разве можно ответить «нет» на такое предложение?

– Никак нельзя.

– Хорошо, но послушай, что я тебе скажу. В обозримом будущем мы просто партнеры по работе, самые крутые сыщики, и ничего больше. Понял? А насчет всего остального – там видно будет.

– Так точно. Я согласен. – Дэн не сводил с нее влюбленных глаз. Мелани видела, как

ему хотелось прикоснуться к ней, и все же он сдерживался. – Ладно, я обожаю трудности. Поэтому не надейся, что все уже кончилось. Все только начинается. И мы еще поговорим – первым делом завтра с утра.

Он повернулся и ушел – улыбаясь и не оглядываясь.

Один из врачей, приехавших за Софи, посветил Мелани фонариком в глаза и сказал, что ей незачем ехать в больницу. Она дала показания следователю и отправилась домой.

На Мэдисон-авеню царила суматоха. В пропитанной дождем темноте ярко светились богатые витрины и проходили изысканно одетые люди. В голове все еще пульсировала боль. Однако вдыхая ночной воздух, Мелани ощутила, как сознание проясняется и ее охватывает предвкушение светлого будущего. Это расследование необъяснимым образом помогло ей разобраться в себе. Теперь она готова двинуться дальше, шагнуть на новую ступеньку. Она будет усердно работать, заботиться о дочке – и как-нибудь разберется, что готовит завтрашний день для ее разбитого сердца. А Дэн ведь прав. Она действительно герой. Какое же это восхитительное чувство!