Особенная
Шрифт:
— О, он еще лучше умеет петь. Если бы вы слышали его «Зимнюю ночку», например. Что это за прелесть! — произнес дрогнувший от волнения голос баронессы Циммерванд, очень любившей пение племянника.
И князь точно услыхал эти слова своей старой тетки; после бурного взрыва аплодисментов начал свою «Зимнюю ночку», сочиненную им самим с неподражаемым мастерством артиста. Это была совсем уже новая, совсем особенная песнь. В ней сказывалась тоскующая мелодия русских степей… Белыми снежными сугробами, поющей вьюгой и
Студеный холодок русской зимы точно прошел по залу, насыщенному, наэлектризованному тысячью горячих дыханий…
Точно серебристые колокольчики послышались с их монотонным позвякиванием под дугою… Точно ямщик, понукая пристяжную, пел да пел себе, заливаясь, свою тоскливую и сладкую песнь. Старая баронесса вперила в эстраду взволнованные глаза и шептала:
— Дивно, хорошо, чудесно! Ай да племянник! Ай да молодец!
— Браво! Князь Гарин! Браво! — крикнул кто-то из дальнего конца зала, и снова гром аплодисментов покрыл все.
По лицу Лики текли слезы. Но она не замечала их… не чувствовала… Сладкая тоска, навеянная такими родными, хорошими словами, безусловно близкими каждому отзывчивому русскому сердцу, и прекрасный мотив песни совсем захватили ее.
XI
Стулья раздвинули и отставили к стенкам. Теперь уже на эстраде поместился оркестр. Капельмейстер взмахнул своей палочкой и танцы начались.
— Лидия Валентиновна! Прошу вас! Тур вальса!
Лика машинально положила руку на рукав Жоржа Туманова и понеслась с ним по залу, едва касаясь своими беленькими туфельками пола. Но она вальсировала точно во сне: она тщательно выделывала па на паркете, а ее сердце выстукивало одно и то же без конца:
«Как он пел! Как он пел! Точно в сказке!»
И в ее ушах вместо мотива вальса звучали дивные звуки мелодично-тоскливой песни, заставившей ее плакать несколько минут тому назад.
— Лика, да очнись же ты наконец, маленькая колдунья, право, колдунья! Что ты шепчешь там такое? — со смехом говорил ей Анатолий, обхватывая тоненькую талию сестры своей сильной рукою. — Тур вальса со мною, сестренка! Да?
— Ах, это — ты, а я думала — Жорж Туманов.
— Вот это славно! Но после Жоржа ты уже вальсировала с Нольком и с полудюжиной других. Ты точно во сне! Проснись, проснись, Лика! — смеялся молоденький паж.
— Ах, как он пел! как он пел, Толя! Я не слышала ничего подобного в жизни! — повторяла Лика в упоении.
— Кто? Гарин? — понял наконец приподнятое настроение Лики ее брат, вальсируя с ней. — Да, он — молодчинища! Кстати, вот и он, легок на помине!
Лика невольно остановилась посреди залы… В двух шагах
— Кто твой кавалер на котильон, Лика? — заботливо осведомился Анатолий, проходя мимо сестры под руку с Бэтси.
— Князь Гарин.
— Ой, какие мы важные. Боже мой! Сам князь Всеволод, герой вечера, танцует с нами! — рассмеялся Толя, с шутливой почтительностью раскланиваясь перед сестрой.
— В чем провинился князь Всеволод Гарин? — послышался в ту же минуту за ними голос незаметно приблизившегося князя.
— Как вы легки на помине! — произнес весело Толя. — А помните, князь, русскую поговорку, что только злые люди легки на помине? — добавил он тоном набалованного маменькина сыночка, которому все заранее прощалось.
— О, нет, князь — не злой! — заступилась Лика, — злые не могут вкладывать столько чувства в пение! — после легкого замешательства заключила она.
— Еще раз благодарю вас, мадемуазель, за лестное мнение обо мне, — почтительно склонил перед нею свою седеющую голову Гарин, — а теперь позвольте предложить вам руку… Сейчас начинают котильон.
Действительно, оркестр проиграл ритурнель и котильон начался. Князь Всеволод отвел свою даму в дальний уголок зала, где они заняли места.
— Итак, вы меня не считаете злым? — произнес он, обращаясь к Лике и улыбаясь своей печальной улыбкой, — благодарю вас еще раз за доброе мнение.
— Не только злым… нет, я вас очень, очень добрым считаю, князь! — искренне вырвалось из груди девушки, — очень, очень добрым, — повторила она еще раз. — Вы только один и поняли меня там, на заседании, — вы и ваша тетя, а все остальные… Не знаю почему, но мне кажется, что вы с баронессой искренне сочувствовали этой Фене и что дела благотворительности в том виде, как они поставлены у нас, не удовлетворяют вас. Правда ли, князь?
— Правда, Лидия Валентиновна, и насколько не удовлетворяют они меня, вы можете судить по тому, что я недавно составил проект нового питомника для детей-сирот, вне всякого общества. На днях думаю открыть его, жду только разрешения со стороны администрации.
— Ах, как это хорошо! — искренно вырвалось из груди Лики, — как бы мне хотелось так же по мере сил и возможности участвовать в нем!
— Так за чем же дело стало? Хотите, я вас выберу попечительницей этого питомника? Это далеко не так трудно, так как вполне зависит от меня, — предложил князь Гарин своей даме.