Осколки нефрита

Ирвин Александр

— Не нервничайте так, мистер Прескотт, — ответил Стивен на ходу. — В пещере напряженный человек непременно застрянет, зацепится какой-нибудь выступающей частью.

— Если такими шуточками вы пытались меня развеселить, то я… — Тропа сделала крутой поворот, Арчи увидел вход в Мамонтовы пещеры и невольно замолчал.

Грубые каменные ступени уходили футов на тридцать вниз, в глубокую впадину с отвесными стенами. Вдоль лестницы тянулась сломанная труба из выдолбленных стволов и исчезала в пасти пещеры.

— Господи! — выдохнул Арчи, пораженный не столько

размерами — хотя гигантское отверстие под нависающей глыбой известняка походило на полуприкрытый глаз самой матери — земли, — сколько ощущением дыхания: едва заметный ветерок, теплый по сравнению с предутренней свежестью на поверхности, коснулся его лица, словно пальцы любопытного привидения. Арчи невольно затаил дыхание, и у него появилось странное чувство, что таким образом он ответил на вопрос, который даже не расслышал. Во рту пересохло, сердце чуть не выпрыгнуло из груди, и талисман тоже забился в такт пульсу.

Арчи сделал глубокий вдох, задержал дыхание и медленно выдохнул, заставляя себя сосредоточиться на стоящей перед ним задаче. Если Джейн в пещере, он должен пойти за ней, чего бы это ни стоило.

— Ну же, мистер Прескотт, — позвал Стивен. Он уже спустился по грубой лестнице до самого низа и стоял, небрежно опираясь на ствол упавшего дерева, которое лежало корнями вверх. — Погодите, вот окажетесь внутри и увидите, какая она огромная.

Где-то над головой Арчи раздалась прерывистая дробь дятла, отдаваясь эхом в кронах деревьев. Последнее «прости» из мира воздуха и света.

Стивен был прав. Когда Арчи оказался внутри и, пригнувшись, протиснулся сквозь узкий проход, который Стивен называл Щелью Гучинса, стало уже не так страшно. Стивен болтал привычной скороговоркой гида всю дорогу через первый огромный зал, Ротонду, и еще около мили вниз по слегка изогнутому проходу, так называемой Главной пещере. Арчи кивал и машинально поддакивал в нужных местах, пытаясь привыкнуть к невероятным размерам пещеры и негромкому стуку падающих капель воды.

Он не мог отделаться от ощущения, что все это было намеренно создано некими позабытыми, но невероятно могущественными силами. Главная пещера, высотой футов тридцать и шириной около сорока, простиралась в бесконечность, словно заброшенные дворцовые палаты, сквозь которые некогда шествовали королевские процессии. Ротонда была еще больше — значительно больше любого когда-либо виденного Арчи помещения: в ней легко хватило бы места для целой фермы.

Стивен называл боковые ответвления, мимо которых они проходили: Готик-авеню, Кентукки-клиффс, Ворота циклопов. Едва миновав сводчатый вход в Готик-авеню, Стивен поднял лампу и осветил два камня, каждый из которых был выше человеческого роста.

Присмотревшись, Арчи разглядел остатки нацарапанного узора.

— Что это такое? — спросил Арчи у Стивена. — Какой-то вход?

— А как по-вашему? — ответил Стивен и пошел дальше.

Каждая пещера манила Арчи, как белые пятна на карте манили Марко Поло и Васко да Гама — неотразимо привлекательные и полные неведомых опасностей. Несколько раз Арчи открывал

было рот, чтобы спросить Стивена, где тот нашел чакмооля, но каждый раз прикусывал язык. Стивен знал, что именно Арчи хотел увидеть, и тем не менее прошлой ночью ушел от разговора. Лучше уж дождаться, пока Стивен сам заговорит на эту тему.

Арчи пришло в голову, что здесь не действуют обычные правила поведения для свободных и рабов. Эти правила придуманы для жизни на поверхности — точно так же, как лопаты и кирки, забытые в пещере давно ушедшими горняками.

«Я здесь чужой, — подумал Арчи. — А Стивен свой, и все в его руках».

— Гроб гиганта, — объявил Стивен, освещая глыбу камня не менее тридцати футов длиной у правой стены пещеры. Камень и в самом деле напоминал гроб настолько, словно ему намеренно придали такую форму: по всей длине тянулась трещина, отделяя верхнюю часть толщиной в три фута, — точь-в-точь крышка гроба.

— А вампиры оттуда на закате не вылетают? — поинтересовался Арчи. Собственный голос показался ему странным — не то чтобы приглушенным, а каким-то бессильным. Арчи неуверенно засмеялся, пытаясь подавить вновь вспыхнувшую нервозность.

Стивен улыбнулся в ответ и кивнул, как бы говоря: «Вот теперь ты начинаешь понимать».

— Я иногда побаиваюсь, что окажусь одним из них, — сказал он.

От расчищенной тропы Гроб гиганта отделяла выемка в полу. Стивен спустился на дно выемки и махнул Арчи, приглашая идти следом.

— Как вы думаете, мистер Прескотт, если бы я сейчас провалился сквозь землю, вы бы сумели найти дорогу назад?

— Конечно, — тут же отозвался Арчи, хотя вовсе и не был в этом уверен. — Нужно просто идти по тропе и держаться правой стены в Ротонде, верно?

Стивен кивнул.

— Но у вас же не будет лампы. Вы хорошо ориентируетесь с закрытыми глазами?

Арчи осенило. Так и есть: здесь, внизу, Стивен уже не раб. Он буквально держит жизнь Арчи в своих руках — и ясно дает это понять.

«Интересно, сколько раз Стивен уже разыгрывал эту сценку? — подумал Арчи. — Он не об осторожности напоминает — незачем ему напоминать мне об осторожности, — просто хочет показать, что я в его власти».

Раб на поверхности, Стивен становился хозяином положения, как только дневной свет угасал за первым же поворотом Главной пещеры. И Стивен хотел, чтобы Арчи об этом знал.

«Незаурядная личность!» — подумал Арчи, снова вспомнив Фредерика Дугласса: оба мулаты, подбородки у них одинаковой формы и даже волосы похожи.

Арчи промолчал. Стивен посмотрел ему в глаза долгим взглядом и ухмыльнулся во весь рот.

— Ну а теперь начинается самое интересное, — сказал он. — Нам сюда.

Стивен повернул назад и повел Арчи вдоль крутого спуска, в пещеру с низко нависающим потолком.

— Когда-то здесь прямо на полу стояла деревянная чаша. Хотя обедать еще рановато. Разве что вы проголодались.

— Нет, ничего, пойдемте дальше. — Арчи решил принять правила игры Стивена. — А там что? — поинтересовался он, указывая на отверстие слева.