Осколки чужих судеб

Миг Алина

Сестра точно его обманывает. Как бы она не пыталась скрыть своим ночные прогулки и кошмары, он всё знал. А от её болезненных криков по утрам, когда он к ней незаметно заглядывал, хотелось рвать волосы на голове. При ней он старался показывать лишь положительные эмоции, которые ему в последний год не удавались.

Сейчас он работал над тем, чтобы изменить настроения в обществе. Ради семьи. Чтобы то, что произошло на Балу в Королевском дворце, больше не смогло повториться. Чтобы сестра могла вздохнуть спокойно. Он готов был пойти на многое ради будущего своей семьи.

Вина сжигала его. Николасу казалось, будь он тогда внимательнее и не таким наивным, то он бы смог предотвратить то, что случилось. И его сестра сейчас бы не страдала. А семья не собирала

себя по осколкам после того, как чуть не потеряла одного из детей. А ведь матушка могла не пережить потерю второго важного для неё человека.

— Поступай, как знаешь. — Пробурчал он, зарываясь с головой в свои записи. Он не мог ей отказать. Из-за вины, из-за своей ответственности. Но ему нужно, как можно скорее изменить взгляды магов. А ещё проследить за безопасностью сестры. Общество слишком жестоко к таким, как его сестра.

* * *

«Фестиваль уже завтра», — мысленно обдумывал ситуацию Николас, бродя по особняку, что так и не успел стать ему домом, как тот, что был в их баронстве. Да и из-за заданий короля времени, чтобы посещать его было не так много. Из-за чего им с Лией всё реже и реже удавалось проводить время вместе. Лия начала заниматься с рыцарем, чтобы вернуться к луку. Ей всегда нравилось это занятие, оно успокаивало её. Да и она говорила, что раз магия обделила её своим вниманием, то хочет быть хотя бы в случае чего быть способной защитить себя и дорогих ей людей. Николас был рад, что она вернулась к своему хобби, однако не мог не заметить, как тяжело сестре даются эти тренировки. Намного сложнее, чем раньше. Да и забирают всё её свободное время, которое раньше они использовали на то, чтобы вместе провернуть какую-нибудь шалость, о которых он до сих пор вспоминал с улыбкой на лице. Но она мгновенно исчезала, как только он вспоминал, что сейчас сестра с каждым днём всё сильнее отдаляется от него.

Их семья больше не была прежней, и Николас не мог с этим смириться. Ведь в этом была его вина. Он был слишком беспечным братом. Родители воспитывали их с мыслями, что семейные узы — это то, что делает их сильными и дает силу идти вперед. Их невозможно разорвать, даже если всё вокруг разрушиться, они всегда будут друг у друга. Так почему он чувствует, словно их узы трещат по швам?

А ещё он всё же переживал, как пройдёт завтрашний день, не станет ли сестре хуже. Остановившись в коридоре у широкого окна, он задумчиво оглядел сад. Сестра вновь тренировалась в беседке в создании нитей, однако Николас знал, что ещё не скоро она сможет добиться прогресса. Лия была слаба, слишком слаба. Но он верил в неё, ведь знал, насколько она может быть упёртой.

Для аристократического рода иметь в семье слабого мага не было позором, но на подобного человека общество давило, называя пустышкой. Он беспокоился за сестру и пытался оберегать её как мог, скрывая от неё грязь, которой плевалась аристократия. Он постоянно следил за каждыми действиям аристократии, пытаясь ослабить их внимание к своей семье и в нужное время сделать удар, если что-то пойдёт не так, и кто-то попытается навредить его семье. Аристократы-маги слишком зазнались, чтобы понять, что как маги со слабым даром, так и люди, обделённые магией, являются ценными ресурсами для их страны. Порою обычный человек способен сотворить настолько невероятное, что не способен повторить магически одарённый.

Мимо Николаса проскочила компаньонка Лии с подносом в руках. Так ловко и мимолётно, что он не сразу её заметил. Однако реакции, вырабатываемые годами, сделали всё быстрее, чем он успел осознать свои действия. Мгновенно он перехватил её за свободную руку, стараясь быть осторожным, чтобы не причинить боли, пока та не успела умчаться в сад.

— Рози, да? — Усмехнувшись, окликнул он розоволосую, придерживая за локоть не сильно, но и не позволяя вырваться. На его удивление компаньонка застыла почти мгновенно, не позволяя предметам от резкой остановки упасть. — Моя сестра по какой-то причине доверяет тебе. Не знаешь, почему? — Сейчас его взгляд буквально буравил девушку. За несколько

дней он так и не сумел её перехватить для разговора, словно она избегала его и испарялась куда-то стояло ей его заметить. Сейчас наследник барона решил не упускать шанса и поговорить с ней. Когда в следующий раз у него будет шанс понять, что она за человек? В его взгляде отражались холод и подозрение.

— Мне это неведомо, господин Николас. — Опустив глаза, тихо проговорила компаньонка, вцепившись крепко в свой поднос. Ему показалось, что дыхание девушки сбилось, а его рука обжигала её, от чего нервная дрожь прошла по её телу. Ему это показалось странным, поэтому руку девушки он выпустил.

— Больно уж внезапно ты появилась в нашем особняке. — Уже мягче проговорил задумчиво Николас, приподняв бровь. Смотря на нервно переступающую с ноги на ногу девушку, он понял, что та его боится. Он буквально ощущал страх, что окутал фигуру хрупкой девушки. Он не хотел её пугать, хоть она очень беспокоила его, вызывала настороженность. Что если она навредит сестре? — Не хочешь, поведать историю своего здесь появления?

— Господин. — Голос Рози несмотря на её состояние прозвучал решительно, словно она и не боялась его. Если бы он не был внимателен, то он бы не услышал ноток паники в её голосе. Николас был удивлён. Компаньонка же продолжала смотреть лишь на поднос, не отрывая взгляда в его сторону ни на секунду. — Я бы хотела, чтобы эта история осталась между мной и госпожой, но если госпожа захочет вам её рассказать, я не буду противиться. — Розоволосая девушка проговорила это на одном дыхании, лишь на последних словах на мгновение подняв свой взгляд. Однако этих секунд хватило, чтобы он увидел её голубые пронзительные глаза, которые словно смотрели в самую его душу. Николаса заворожил этот взгляд, что он не сразу понял, что было в этих глазах: страх и…вызов? Не почудилось ли это ему? Как это вообще могло сочетаться, он не мог понять. — Я буду защищать госпожу, чего бы мне это не стоило. — И что-то было в её голосе что-то такое, что он поверил, хотя и не отличался излишней доверчивостью. Отражалось в ней нечто такое, словно когда-то уже кто-то лишил её всего, и сейчас она не готова была терять оставшиеся крохи надежды вновь. Но всё же он даже на расстоянии почувствовал её дрожь. Он ещё несколько секунд смотрел на её опущенную макушку.

— Хорошо. — Жестом отпустив компаньонку, Николас отошёл на пару шагов от неё, чтобы той стало спокойнее, и она смогла продолжить свой путь. И уже в спину бросил ей. — Но я всё равно буду наблюдать за тобой. Помни об этом… Рози.

* * *

Лия не могла в это поверить. Даже спустя месяц занятий, она не могла поднять этот демонов лук! Это её одновременно злило и расстраивало. В своих воспоминаниях она чётко видела, как играючи могла с ним обращаться раньше. Так почему, бездна её забери, она не способно выдержать его тяжесть сейчас? Почему её тело настолько слабо? Что с ним, бездна, не так?

С разочарованием отбросив непосильную тяжесть, Лия решила покинуть тренировочный полигон. И надо же было именно сейчас встретить отца.

— Как дела с тренировками, солнышко? — Весело поинтересовался барон Эверти, так будто не замечал подавленное состояние дочери. А ведь Лия была уверена, что приставленный ей рыцарь, каждый день докладывал отцу об её успехах. Вернее, неудачах. Помолчав, какое-то время Сэдрик Эверти понял, что ответа от дочери не дождётся. Тяжело вздохнув, он поморщился. — Лия, я понимаю, ты разочарована. Учитывая, что ты была лучшей раньше в этом деле… Теперь это кажется тебе проклятием. — Остановив дочь, он развернул её к себе. И удерживая за плечи, смотря прямо в такие родные зелёные глаза, обеспокоенно проговорил. — Тебе не нужно мучать себя, издеваться над своим телом. Почему бы нам просто не заказать тебе облегченную версию лука. Насколько лёгкую, чтобы ты точно смогла поднять его без усилий? Тебе не нужно казаться сильной, дорогая, потому что для нас с мамой ты уже такая. Мы восхищаемся твоим упорством, поэтому позволь хоть этой малостью облегчить тебе жизнь.