Осень
Шрифт:
— Время подлета две минуты.
— Принято, — ответил Икари Синдзи, чья мордашка появилась на линии связи.
— Дурак, не мешайся мне. Понял?
Девушка провела большим пальцем поперек горла, ясно давая понять, что будет с кареглазым парнишкой, если он сунется, куда не надо. Увидев неуверенный кивок в ответ, Аска победно улыбнулась и вырубила связь.
«Какой видок», — восхитилась девушка.
А вид из кабины Евы поистине поражал. По одному желанию пилота, связанному с машиной нейроинтерфейсом, пространство вокруг менялось: по приказу мысли на панораму накладывались всевозможные карты, прицелы, фильтры, каналы связи, показания приборов
— Да тут никак база повстанцев была, — усмехнулась Аска, заметив воронки от снарядов расположенных там, где их быть не должно.
Увеличив изображение в несколько раз, девушка смогла разглядеть десятки обугленных трупов, ошметки человеческого тела и прочие радости, которые остаются на поле брани по результатам учиненной Ангелом бойни. Но лесу все же досталось больше.
Капитан Сорью Ленгли любила и уважала лес, пока он никого не прятал.
Система противно пискнула и перевела увеличенное изображение на другой участок горы. Несколько человек, заботливо подсвеченных тепловизором, спешно покидали местность.
— Эй, Синдзи? У нас тут есть отряды спецназа? Или как? — хитро улыбаясь, спросила девушка.
— Нет. По «синей» тревоге были подняты только мобильные части.
— Отлично.
Потянув на себя манипулятор, она щелчком скинула предохранитель и ласково надавила на спусковой крючок. Одновременно с ее действиями орудие, закрепленное на крыле, по мановению мысли развернулось в сторону горы и замерло на секунду, чтобы после непродолжительного свечения изрыгнуть огонь. Красный луч в мгновение ока достиг цели, и небольшой пламенный гриб взметнулся в небо, испортив еще один изрядный кусок лесного массива.
Капитан мысленно извинилась перед зелеными просторами и с улыбкой принялась ждать, пока оживут контуженные приборы.
— Вау, новые позитронные пушки просто чудо! — радостно воскликнула девушка, увидев первые данные. — И это я еще и десятой части мощи не использовала.
Поздравив себя с успешными испытаниями, она перевела острый взгляд голубых глаз на выжженную просеку, уходившую в глубь равнины. Там вовсю шло побоище с участием регулярных сил NERV, стремящихся задержать Ангела. Их попытки заслуживали уважения, хоть и имели скромные результаты.
«Ну, а я зато могу приступить к основному блюду».
Аянами остановилась, когда впереди между деревьями впереди проскользнула чья-то тень. Припав на колено, она вытянула из-за спины «Ружье». Приклад прильнул к плечу, а палец аккуратно снял предохранитель и лег на спусковой крючок. Наведя прицел в сторону тени, Аянами переключилась с визуального прицела на тепловой и, увеличив изображение в несколько раз, определила цель.
«Это свои», — заключила девушка. Стоило бы, конечно, добавить слово «трусы», поскольку все, кто добросовестно выполняли свой долг на базе, на базе же и нашли свой последний приют. Была слабая надежда, что удача улыбнулась хотя бы раненым из госпиталя. Если им очень повезет, их возьмет в плен NERV. А вот эти три человека, судя по всему, просто свалили намного раньше со своих боевых постов. Аянами не собиралась судить их трусость, ее в принципе такое не заботило. Главное, что теперь можно продолжать путь до нового временного пристанища не в гордом одиночестве, а в компании пусть трусливых, но зато живых людей.
«Живые».
Ван
Встав с колена, Рей хотела позвать их, но тут вспышка ослепила ее, в глазах снова стало больно, хотя «Ружье» и погасило часть излучения. Ее сшибло с ног взрывной волной, ее отшвырнуло на дерево, и каким-то запредельно обостренным восприятием Аянами ощутила, как чешуйки ее брони срезают кору со ствола. Зато она даже не успела понять, что именно произошло.
— Ауч, — сдавленно вымолвила Рей, протирая глаза, в которых билась орущая резь.
Когда измученные красные глаза наконец стали различать детали, скрытые за сплошным светлым пятно, она поднялась на ноги. Потирая ушибленные локти, Аянами оценила масштабы взрыва, произошедшего в метрах двухстах от неё. Сейчас там зияла небольшая воронка с остекленевшими краями, а то, что мгновение назад было лесом, вздымалось в небо уже знакомым пеплом. С деревьев облетали обожженные листья — те, что не успел сорвать листопад.
«Это не Ангел. Это те, кто вместо Бога».
Закинув «Ружье» за спину, она хлопнула в ладоши и склонила голову.
— Покойтесь с миром, — тихо прошептала она и побежала в обход воронки, в очередной раз радуясь наличию у него отличного термокамуфляжа. К радости примешивалась терпкая мысль, что в последнее время ей слишком часто приходится сводить ладоши именно в этом ритуальном жесте. Ее ладони уставали прощаться с товарищами по оружию.
— А вот и он, — обрадовалась Аска, мановением мысли заставив Еву замереть.
Теперь она могла хорошо разглядеть Ангела. Это непонятное чужеродное создание вызывало недоумение и восхищение одновременно. Сотканное словно из эфира массивное туловище казалось необыкновенно грациозным и легким на подъем. Десятки щупалец неспешно колыхались в воздухе, но вся эта неспешность таила в себе опасную обманчивость. Лишь стоило VTOL’у NERV на секунду зазеваться — и огненный жгут моментально выстреливал вперед, превращая стальную птицу в кучку дымящихся обломков. Но никто — пусть даже обманчиво далеко, — не мог чувствовать себя в безопасности: смертельные лучи периодически вырывались из его тела, превращая акры земли в пепел.
— Опять урод. Хотя и посимпатичнее предыдущего.
— Аска, база подтвердила выход стратегической авиации. У нас пять минут.
— Это на четыре минуты больше, чем нам нужно. Вперед.
— Я за тобой.
«Еще бы. Ты всегда за мной».
Взметая воздушные потоки, Евы устремились вперед. Пушки на крыльях заняли положение для атаки. Наземная техника и уцелевшие вертикалки разбежались в разные стороны: свой долг на сегодня они выполнили. Да и пять минут на все про все — не ахти как много времени. Подлетев на расстояние вытянутого щупальца, пилоты стали закладывать лихие виражи, которые позволяли им уходить от смертоносных атак Ангела. А позитронные пушки тем временем отстреливали щупальце прямо у основания тела.
«Как я это обожаю».
Виражи, уклонения, скольжения бортом — все это заводило девушку. Каждый удачный маневр доставлял столько радости, что хотелось кричать от восторга. Все вросшее в Еву естество кипело этим боем, а легкость машины, уходящей от обманчиво неловкого Ангела, — возбуждали. Как пламя в крови. Как шипучка, бегущая по нервам. И как же весь этот восторг контрастировал с серьезным лицом напарника — напряженного, сосредоточенно глядящего куда-то вперед. Его губы сами собой подрагивали, бубнили одну и ту же фразу: «Захват цели — огонь!».