Осада. Часть 3
Шрифт:
— Нам сейчас намного важнее оперативная информация, чем присутствие в армии. С подготовкой справятся и назначенные люди. А куда-либо двигаться я запретил им. Разведчики же не дадут устроить сюрприз гарлам.
— В каком смысле? — удивился король.
— Я принимаю решения исходя из известий из Тарлоса, которые тут получаю очень быстро. Могу сразу отправить гонца. Причем не просто отправить, я приказал организовать целую сеть станций, размещенных по дороге. Гонцы будут просто передавать сообщение друг другу, и дальше продолжит путь новый человек на свежей лошади. Скорость передачи сообщения таким образом возрасла многократно.
—
— Нужны согласованные действия с Тарлосом — только так мы можем рассчитывать на успех.
— Я помню ваши приказы… Правда не совсем понимаю, что вы задумали.
— Использовать слабость гарлов против них. Вступить с ними в открытый бой мы не сможем из-за слишком великого риска. Мне нужно немного времени, в течение которых гарлы не смогут переключиться на меня. Сейчас они ничего от нас не ждут, только наблюдают. И не очень опасаются, могут посчитать нашу численность. Думаю, они даже не против будут, если мы открыто выступим. На этом и сыграем.
— Что? Герцог, я не понимаю…
— Думать, как враги. Для них очень выгодно, если мы выступим открыто. Но если мы так сделаем, и они начнут действовать, то могут нас спугнуть? Что бы вы сделали на месте командующего гарлов?
Король задумался.
— Позволил бы вам идти, делая вид, что не замечаю вас.
— Вот именно. И в обычной ситуации ничего им противопоставить не получится. И они об этом знают. Гарлы ничем не рискуют. Потому мы и не будем действовать так, как от нас ожидают. Будет сюрприз. Но на первом этапе мы должны делать вид, что решили вступить в открытый бой. И штурм Тарлоса, про который нас предупредили, послужит нам идеальным прикрытием. Если гарлы будут уверены в успехе, то от нас они будут только прикрываться и дадут нам время.
— А если штурм увенчается успехом?
— Тогда будет плохо, — мрачно признал герцог. — Но капитан заверил, что они хорошо подготовились. Остаётся только довериться ему.
— Ваша светлость! Прилетело три голубя! — к герцогу, беседующему с королём, подскочил дежурный.
Герцог недовольно покосился на него от такого нарушения этикета, но замечаний делать не стал. Принял записки, развернул сначала одну, потом вторую, наконец третью.
— Одно и то же сообщение, — заметил он королю. — Видимо, хотели, чтобы точно сообщение доставили. Выезжаем, Ваше Величество. Срочно.
— Что-то важное?
— Капитан Дайрс написал, что дочь придумала, как сообщить нам о начале штурма города. Сейчас отправлю гонца с приказом, чтобы к нашему приезду всё было готово, и едем сами. Прибудем к вечеру… У нас будет не очень много времени на отдых.
Но король в этот момент выглядел весьма довольным, хотя кое-чему в письме явно удивился.
— Ваша дочь?
— Ну вряд ли капитан написал так, чтобы доставить мне приятное. Если так пишет, значит, реально что-то придумала. Она может, даже не сомневаюсь.
— Наконец-то это сидение закончилось. Будет дело! Герцог, а если бы не было письма?
— Оно ненадолго наш выезд опередило. Я так и так собирался возвращаться. Капитан в прошлом письме сообщил об их операции по заманиванию гарлов. Весь вопрос был в согласованности наших действий, потому пока и сидели мы с вами тут, ждали как раз это послание. Нам должны были сообщить предполагаемые сроки атаки. Тут оказалось лучше. — придумали сигнал. — Герцог молча кинул записки
Лат, наряженный в доспехи рядового бойца, изучал стену города перед собой. Глянул на Вальда.
— Точно этот участок?
— Да. Судя по сообщению от наших агентов, лакийцы так растянули свою линию обороны, что вынуждены оставлять в обороне дыры, затыкая их ополчением. Нам несколько раз о таких сообщали, но лакийцы не идиоты, они тасуют отряды каждый день. То есть, когда мы узнаем о дыре в обороне, то, оказывается, уже поздно, её закрывают. Сейчас мы узнали о такой дыре заранее. Немного, но заранее.
— И если мы не отреагируем, то завтра днём они опять перетасуют отряды, — кивнул Лат. — Чего они так держатся за те сектора между стенами?
— Время, — пояснил Вальд. — Мы тратим время. Игнорировать те зоны тоже опасно. Начни мы серьезный штурм и увязни в нём, то удар с той стороны может стать неприятным.
— Чёртовы осады и штурмы… — Лат довольно экспрессивно выругался.
В своё время ему приходилось брать максимум укреплённые поселения племён, а это, как оказалось, сильно отличается от штурма настоящей крепости, выстроенной по всем правилам современного фортификационного искусства. Вальд тоже знал о слабости гарлов и потому выстраивал стратегию так, чтобы выманить лакийцев в поле. Кто виноват, что не получилось? Хотя Лат сначала даже рад был, хотелось прямого столкновения. Доказать в открытом бою, что можно обойтись без всяких хитростей. Всё оказалось совсем не так просто, как ему представлялось. Слишком мало опыта, слишком много суеты, слишком долго пришлось наводить порядок. Хотя и сейчас это разбитие на племена играет свою отрицательную роль. В атаках приходится учитывать этот момент, а не действовать так, как хотелось бы.
— Крайне неудобное место, — пробурчал Лат, оглядываясь. — Мы не сможем сюда подвести незаметно крупные силы, а небольшие быстро не справятся даже с ополчением. По крайней мере, до подхода подкреплений.
— Ну трудно обвинять лакийцев в том, что они ослабляют те участки, которые трудно штурмовать, — буркнул Вальд. — Нужно послать лучших. Тогда они смогут быстро взойти на стену…
— А главным силам нужно будет ещё бежать и бежать… Вальд, ты представляешь, какие потери у этих лучших будут?
— Тогда ждать, когда шпионы расскажут о другом месте…
— Не говори глупостей, — поморщился Лат. — Столько твои шпионы не проживут. Сам говоришь, что их уже почти прижали. Я про то, что думать надо. Созываем совет. В крайнем случае будем работать по твоему плану. А я хочу для начала Осмона заслушать. Может, он что предложит. Как показывает опыт, у этого Хитрого Лиса постоянно оказываются сюрпризы.
Осмон, как, впрочем, и обычно, предпочитал сначала отмалчиваться, выслушивая других. Но совет вождей быстро скатился в перебранку. Лат сидел крайне мрачный. Любой знающий его мог бы предсказать, что если всё так и продолжится, то для некоторых всё закончится очень печально. Осмон кашлянул.